Лондон бульвар - Кен Бруен

ШАРАХНУЛ ЕМУ по коленям. Чувак упал. У Джеффа прибор был заряжен дробью. Не причиняя особого вреда, он

делает очень больно

создает ужасную картинку

пугает всех до обморока.

За пару минут я согнал сотрудников и посетителей в компактное стадо. Джефф, как чума, пронесся по банку, наполнил два черных пластиковых мешка. И мы ушли.

Побежали к машине, и тут в игру вступила Великая Британская Традиция. Ага, соревнование «дай-ка я попробую». Какой-то мужик набросился на меня сзади, обхватил руками. Панк уже дал по газам. Я тело расслабил, одним движением впечатал каблук мужику в подъем ноги. Он заревел так, что его, наверное, в Брикстоне было слышно. Наконец отпустил меня. Я крутанулся, сунул ему в лицо пушку, заорал:

— Ты, тупой ублюдок, хочешь, чтобы тебя пристрелили, а?

Джефф оттянул меня, сказал сквозь зубы:

— Давай пошли.

Послышались сирены. Я отскочил и побежал к машине.

И мы сорвались оттуда. Джефф сказал:

— Господи, Митч, я думал, ты его завалишь.

— Я тоже так подумал.

Панк истерически смеялся, повторял:

— Надо было… надо было тебе его шлепнуть!

Если бы он не вел машину, я бы точно ему кулаком по башке врезал.

Доехали до Киля, сменили машину. Уже без особой спешки доехали до третьей машины. Снова пересели и несколько минут спустя уже были на трассе, затерялись в тоннах движущихся машин. Когда мы залезли в фургон, я сделал долгий-долгий выдох. Даже не ожидал, что так долго смогу не дышать.

На заднем сиденье Майк, Берт и панк орали от радости. Джефф вел машину. Он засунул руку под сиденье, достал фляжку «Катти Сарк», протянул мне. Я сделал большой глоток, чтобы до кишок продрало. Джефф взглянул на меня, ухмыльнулся. Я сказал:

— Просто пирожное, а?

Вернулись к Джеффу, начали отмечать. Я пил «Бад» и прикладывался к «Катти». Панк наносил серьезный урон бутылке джина. Джефф и Берт считали деньги.

Майк спросил:

— Еще один «Бад», Митч?

— Давай.

Я сидел на кухонном стуле, Майк прислонился к столу, говорит:

— Вижу, не нравится тебе этот пацан.

— С ним будут проблемы.

— Он хорошо сегодня работал.

— Посмотри на его руки, дорожки видишь?

Майк пригляделся, сказал:

— По-моему, он сейчас не колется, руки не опухшие.

— Препарат Н.

— Что?

— Снимает отечность.

Майк по-настоящему удивился:

— Черт, Митч, откуда ты знаешь про это дерьмо?

— «Новые надежды для мертвецов».

— Что?

— Чарльз Уилфорд.

— Слушай, кончай темнить.

— Чарльз Уилфорд уже кончил темнить, потому что он умер, — такая невезуха.