Смертельный бизнес - Саймон Керник

Я зашел в бар «Бродячий волк», выпил кружку пива, а потом сел на автобус и поехал домой, как раз в самый час пик. Оказавшись дома в половине седьмого вечера и едва закрыв за собой дверь, я сразу же набрал номер Данни.

Он ответил после трех гудков.

— Слушай, Данни, — сказал я, — делай все, как я скажу. Дойди до ближайшей телефонной будки, позвони мне и скажи номер таксофона, с которого звонишь. Потом никуда не уходи, я тебе перезвоню. — Он начал было расспрашивать меня, что случилось, но я повесил трубку.

Через пять минут Данни позвонил и продиктовал мне свой номер. Я перезвонил ему с мобильного, который дал мне Реймонд.

— Черт возьми, что случилось? — спросил он, сняв трубку. — Что это за шпионские игры?

— Мне нужно было, чтобы мы могли спокойно поговорить, — сказал я. — Сегодня утром мне позвонила твоя сестра.

— Ужас!

— Да, я тоже так подумал. А теперь признавайся, кто тебя надоумил ей позвонить? Я же говорил, веди себя как ни в чем не бывало, пусть ситуация рассосется сама собой.

— Знаю, знаю. Просто мне сейчас очень тяжело, Дэннис. Понимаешь, я никак не могу перестать думать о том, что произошло. Мне даже во сне это снится. Вчера я был в баре, и там говорили, что, возможно, к происшедшему имеют отношение Хольтцы. Ты что-нибудь об этом слышал?

Для тех, кто не знает, Хольтцы — это теневая группировка, действующая на севере Лондона. О ней известно немного, но ее название, так или иначе, всплывает в связи с любыми тяжкими преступлениями, после которых не остается серьезных улик и явных подозреваемых. Я готов был поклясться, что Реймонд не был знаком ни с одним из членов этой организации и уж тем более не мог согласиться убрать кого-либо по их просьбе.

— Не будь таким тупым, Данни, — отрезал я. — Неужели ты думаешь, что я мог бы связаться с такими людьми? И потом, вряд ли Хольтцы стали бы решать проблемы, прибегая к помощи людей, которых они в глаза не видели. У них своих исполнителей хватает. И кто, черт возьми, наплел тебе это дерьмо?

— Парень из бара по имени Стив Фэрли. Я бы не обратил внимания, если бы услышал это от кого-нибудь другого. Но Стив вращается среди наркодилеров и в курсе того, что происходит в криминальном мире.

Я знал Стива Фэрли, мне о нем рассказывала одна проститутка. Он такой же наркоторговец, как я балерина.

— И ты думаешь, Хольтцы решили рассказать ему подробности этого дела? Чтобы как можно больше людей узнало о том, что случилось?

— Слушай, я понимаю, что все это звучит глупо…

— Ты прав. То, что ты говоришь, звучит очень глупо.

Данни вздохнул:

— Я все равно обеспокоен тем, что происходит.

— Но зачем рассказывать о своих тревогах другим, особенно твоей сестре, Данни? Чем она сможет помочь? Напишет тебе рекомендательное письмо? — Я помолчал немного, чтобы остыть. — И чего ты добился? Она позвонила мне, решив, что ее единственный брат снова попал в беду, попросила проведать тебя, а потом перезвонить ей. Мне это не нужно, Данни.

— Дэннис, прости, я виноват. Больше это не повторится.

— Надеюсь.

Я хотел было сказать ему, что из-за подобных разговоров нас могут и убить, но потом передумал. Не стоило пугать его еще больше.

— Я не сболтнул ей ничего лишнего, честное слово.

— Ты сказал сестре, что накопил приличную сумму денег, и это ее сразу насторожило.

— Да, но она все равно не догадается, как именно я это сделал.

— Согласен. Но если ты начнешь кому попало изливать душу всякий раз, когда выпьешь, в один прекрасный день или вечер сболтнешь что-нибудь, что выведет копов на тебя и меня. И тогда нам крышка. Теперь слушай внимательно. С каждым днем у них все меньше шансов поймать нас, след остывает, поэтому нам нужно только одно — сохранять спокойствие. И тогда все будет хорошо. Если тебя это утешит, я единственный, кто знает, что ты участвовал в этом деле, а я никому об этом не скажу ни слова. Это значит, что ты в безопасности, понял?