Расплата - Оливье Норек

– «Домино» – «Омеге-2». Позади Солала вижу красный пикап у ступеней Оперного театра. «Омега-1», на вашей стороне вижу грузовик во втором ряду у выхода из метро «Бомарше». Подтвердите.

– Никак нет. Красного пикапа нет. «Омега-2».

– Никак нет. Грузовика нет. «Омега-1».

Солал транслировал запись. Они по-прежнему были его марионетками. Он задавал темп, а полицейские должны были плясать под его дудку, стараясь не отдавить друг другу ноги.

– Хорошо. Это запись, но не расслабляйтесь! Он будет здесь с минуты на минуту. «Домино» – «Кристаллу-20». Модис готов?

– «Кристалл-20». Ждет вашей команды.

– Хорошо. Пусть выходит. «Кристалл-10», «Кристалл-20», следуйте за Модисом на расстоянии двадцати метров. Удвойте меры предосторожности, наша мишень – бывший военный и бывший коллега, ему ничего не стоит обнаружить слежку.

Натан вышел из машины и направился к Июльской колонне не спеша, прогулочным шагом, чтобы агенты безопасности не отстали. Он настолько привык носить пистолет на поясе, что без него явственно ощущал пустоту. Через пятьдесят метров он прибудет на место встречи. Через пятьдесят метров его сердце бешено забьется.

На верхних ступенях оперного театра, как ни удивительно, любили сидеть бродяги и панки с собаками. Солал опустил голову и надвинул на глаза кепку, так что прекрасно вписывался в пеструю толпу. Отсюда он видел всю площадь. Он посмотрел в телефон проверить, сколько уже идет видео. Это был его обратный отсчет. Когда видео закончится, он встанет, пересечет площадь и выполнит свою часть плана. В записи его голос, волевой и уверенный, звучал непривычно даже для него самого:

– А сценарий таков: крупный бизнес придумывает, как получить прибыль от потока климатических беженцев. Наживаться на страданиях – вот что они предлагают. Даже правительства в ужасе и думают о том, удастся ли сдержать эту волну, если разместить беженцев в соседних странах, которые пострадали меньше. Но как заставить людей там остаться и, главное, как получить прибыль там, где существуют только нищета и страдания? Вот где проявляется гений неолиберализма. Теперь не неправительственные организации будут управлять этими лагерями, нет, – их построят частные компании, чтобы использовать перемещенное население в качестве рабочей силы^[65]. Самый дешевый и незащищенный труд окажется в руках транснациональных корпораций – а их обвиняют в пытках, использовании рабской силы, жестоком обращении и эксплуатации детей, которые работают за доллар в день на заводах на краю света без какого-либо контроля или надзора. Эти беженцы, которые оказались вынуждены покинуть свои страны из-за экологических катастроф, вызванных побочными действиями компаний-загрязнителей, окажутся в созданных для них лагерях и должны будут работать на эти же компании^[66]. Идеальный порочный круг, в котором жертва служит палачу. Все это уже существует и называется индустрией помощи, оборот которой составляет более двадцати пяти миллиардов долларов в год^[67]. Не верите мне? Проверьте сами! Посетите гуманитарные выставки, где участвуют эти промышленные гиганты, посетите международную торговую ярмарку, где говорят о климате и прибыли, поезжайте на Дубайскую международную выставку гуманитарной помощи, где даже министры Франции присматриваются к стратегиям будущего.

16:59

Натан находился уже в пятнадцати метрах от центра площади, а Солала все еще не было. Но тот факт, что видеоролик «Гринвара» транслировался за несколько минут до назначенного времени, заставлял предположить, что Солал появится после него. Поэтому капитан оставил в одном ухе наушник, слушая последнее сообщение человека, ради которого Диана пожертвовала собой.

Шеф посмотрел на часы. Сжав рацию, он подумал, что за оставшиеся шестьдесят секунд постареет лет на десять.

– «Домино» – «Омеге-1» и «Омеге-2». Осталась одна минута.

– «Омега-1». Вижу вашего офицера, но вокруг очень много людей.

– «Омега-2». Тоже его вижу.

– Если Солал сделает малейшее подозрительное движение, рисковать не будем, стреляйте, – приказал шеф «Бастиона».

– Это нам решать, – поправил снайпер. – Конец связи.

Солал встал и сделал три глубоких вдоха. Грязная собака с высунутым языком и добрыми глазами отбежала от дремлющего хозяина и уселась перед Виржилем. Учитывая предстоящее, была велика вероятность, что он больше никогда не погладит ни одной собаки. Солал потрепал ее, вытащил наушник и спокойно спустился по ступенькам, не дослушав конец своего послания.

– Не думайте, что те, кого вы наделили властью, или те, у кого она действительно есть, ищут способ спасти нас от глобальной экологической катастрофы. Они просто выбирают тех, кто ее избежит. И если вам интересно, кто эти избранные, то вы не один из них. ООН признает сто девяносто семь стран. Тысячи лагерей беженцев становятся страной номер сто девяносто восемь, населенной новым поколением рабов. Добро пожаловать в «Страну номер сто девяносто восемь». Добро пожаловать в ваш мир. Но этот мир все еще ваш, и его можно изменить.

К концу видеоролика просмотры побили все рекорды. Его посмотрели двести тридцать пять миллионов, что более чем в три раза превышало население Франции. «Гринвар» – «Зеленая война» – становилась мировой.

Пробираясь между машинами, Натан пересек кольцевую развязку и ровно в пять был у Июльской колонны. Он прислонился к ограждению, встав почти на том же месте, где Солал записал свое сообщение.

Как ночной клуб внезапно заполняется после полуночи, так и это место неожиданно заполнилось прохожими и туристами. И все же, несмотря на толпу, Натан мгновенно разглядел лицо Солала в трех метрах от себя. Это волевое решительное лицо. Оставалось всего два метра. И все больше и больше людей.

Снайпер снял винтовку «PGM Ultima Ratio» с предохранителя. «Ultima Ratio». В переводе с латыни «последнее средство».

– «Омега-1» – «Домино». Вижу цель.

Полицейские расстегнули кобуру, готовые выхватить оружие, и ускорили шаг. Затем, услышав сообщение «Вижу цель», перешли на бег. От капитана и цели их отделяло двадцать метров.