Маэстра - Л. Хилтон

– А у вас со Стивом все серьезно!

– Ну не знаю…

– Какая разница! В любом случае вещи-то у тебя останутся!

Перед возвращением на «Мандарин» мы зашли в кафе и с наслаждением съели две мини-пиццы и мороженое, запили рюмочкой «Бейлиса» и эспрессо. Карлотта задумчиво оттянула складку кожи над локтем и грустно сказала:

– Я все время умираю от голода! Герман не любит, когда я ем, но ведь две креветки и ломтик дыни – это же не обед, правда? На старости лет стану все время объедаться и превращусь в жирную корову!

Когда мы поднимались по трапу в тот вечер, Карлотта уже вошла в роль, все время прижималась к Стиву и поправляла ему воротничок. Оказалось, что в смокинге он выглядит довольно привлекательно, хотя в последний момент он все-таки отказался от галстука-бабочки. Я прошипела Карлотте, чтобы та немедленно сняла кольцо, подаренное на помолвку, и та беспрекословно выполнила указание, незаметно сунув его в новую сумочку. С таким же успехом могла бы кольцо в море выкинуть, подумала я, если бы подвернулся шанс остаться в роли. Тристан дипломатическими уловками заманил Германа на экскурсию по подводному миру, наобещав погружение в некие знаменитые труднодоступные гроты, куда Карлотте, к сожалению, никак нельзя его сопровождать, поскольку у нее нет сертификата о прохождении обучения дайвингу. Кстати, надо на всякий случай озаботиться и получить такую бумажку, подумала я.

– А ты слышала, что случилось в пещерах на Капри в прошлом году? Там отец с сыном застряли, и отцу пришлось решать, то ли спасаться самому и оставить там сына, то ли умереть вместе с ним, представляешь?!

– Господи, Карлотта! С тобой не соскучишься! Ты круче Эдгара Аллана По! – воскликнула я, но она посмотрела на меня с непониманием. – Ладно, проехали… Выглядишь потрясающе! Мы отлично проведем время!

Сначала нам пришлось доехать до Ривы, так как яхта Баленски стояла на глубине, в другом конце острова. Пятипалубный корабль был размером с приличный торговый центр, поэтому наш автомобиль спокойно въехал на нижнюю палубу, а затем нас проводили в отделанный медью лифт и подняли наверх. С тех пор как я поселилась на «Мандарине», мне частенько хотелось остановить время, чтобы получше запомнить обстановку, увидеть себя со стороны и с недоумением вспомнить ту Джудит, которая ехала на метро по линии Пикадилли с тяжеленным брифкейсом на плече. Сейчас настал как раз один из таких моментов.

Самая просторная палуба была украшена гирляндами из розовых орхидей, обвивавших все перила и трапы. Вдоль прохода висели шары из розовых роз, распространяя сладкий аромат шербета, повсюду стояли официанты с литровыми бутылками розового «Крюга». Мы с Карлоттой отказались от приготовленных на гриле тарталеток с трюфельной икрой и томатным конфитюром и тарелочек с розовыми лобстерами а-ля болоньеза. В конце прохода нас встречал Баленски, в темно-синем шелковом смокинге с подкладными плечами, назначением которых было скрыть карликовый рост хозяина. Несколько прядей тщательно расчесанных волос, окрашенных в странный рыжий цвет, судя по всему хной, с трудом прикрывали складки землистой кожи на накачанном ботоксом лбу. Да, не все можно купить за деньги. Сколько бы богатств он ни кидал в топку индустрии красоты, череп все равно напоминал Землю после ядерной катастрофы. Баленски, должно быть, за восемьдесят, решила я, его лицо казалось воплощением вселенского, вневременного зла. Где-то далеко у него, наверное, есть жена и дети, хотя интернет-сплетники посмелее утверждали, что он устраивает вечеринки для мальчиков в отреставрированной римской вилле в предместьях Танжера. Баленски пожал руку Стиву с энтузиазмом кандидата в президенты на встрече с избирателями, потом склонился над запястьем Карлотты, которую Стив представил как свою спутницу.

– Спасибо, что пришли. Очень рад!

– Спасибо за приглашение! Какие чудные цветы!

Хозяин уже смотрел в другую сторону. Я сделала шаг назад, чтобы пропустить ожидавших своей очереди гостей. Позади Баленски, в тени трапа, стояли два огромных амбала стандартного телосложения регбистов в плохо сидящих черных костюмах (ну почему миллиардеры всегда экономят на костюмах телохранителей?! Хороший портной наверняка смог бы скроить костюм так, чтобы из-под него не торчали пушки!), со скрещенными на груди руками и гарнитурами в ушах. Взглянув на них, я ощутила ни с чем не сравнимое леденящее прикосновение адреналина, похожее на первый глоток идеального мартини.

Я немного сдала назад, стараясь затеряться среди других гостей, притворилась, что машу рукой кому-то из знакомых, а потом тихонько спросила у официанта, где находится дамская комната. Неспешным шагом он проводил меня вниз по лестнице, затем провел по коридору, украшенному копиями фресок Кокто из Вильфранш-сюр-Мер, которые изображали святого Петра с рыбами, и распахнул передо мной дверь в ванную комнату. Я заперла за собой дверь и стала ждать звука удаляющихся шагов, но напрасно. Вот ведь крыса! Досчитав до шестидесяти, я спустила воду, открыла кран, а потом позволила официанту проводить меня обратно на вечеринку, по дороге считая количество дверей, мимо которых мы проходили.

Достать план яхты Баленски оказалось довольно просто: Стив написал от имени компании письмо владельцу крупнейшей фирмы по постройке яхт, сказал, что хочет похожую планировку, и дизайнеры, чей труд, как всегда, нещадно эксплуатируется, прислали ему чертежи всего через пару часов. Поскольку яхта Баленски, разумеется, строилась под заказ и не имела аналогов, сомнений в том, что чертежи точные, у нас не было. Дверь в гостиную была третьей по счету справа после гостевой ванной в первом коридоре этого этажа.

На палубе Карлотта нежно прижималась к Стиву, а тот разговаривал с мужчиной плотного телосложения, на накрахмаленной рубашке которого сияли бриллиантовые пуговицы. У его ног, словно декоративный пудель, суетилась надменная блондинка, еще совсем подросток. Мне удалось завязать беседу с одной из девушек, моделью из ЮАР, демонстрировавшей купальники. С ней мы познакомились в Марина-ди-Масса. Разговор ни к чему не обязывал: куда едем дальше, на каких вечеринках успели побывать и так далее. Я сказала, что мне нравятся ее сережки, она пришла в восторг от моих босоножек.

Бикини-модель и я продолжали держаться вместе, пока нас не пригласили на верхнюю палубу, где был подан ужин. Вечеринка оказалась немноголюдной. И хотя антураж был достоин выпускного бала в отеле «Крийон», за стол село всего человек двадцать. Баленски лично рассаживал гостей и посадил меня через два человека справа от себя, напротив Стива и Карлотты. Слева от меня сидел мистер Бриллиантовые Пуговицы, а почетное место рядом с хозяином занимала итальянская актриса и модель в расшитом пайетками платье с вырезом до пупка – ее лицо было знакомо мне по журналу «Дженте». Она недавно запустила свою линию нижнего белья и когда-то встречалась с Джорджем Клуни. Поскольку они с Баленски полностью друг друга игнорировали, я предположила, что за визит сюда ей щедро заплатили.

Место по правую руку от меня занимала очередная чья-то девушка. Постепенно мужчины завели беседу, официанты разносили фаршированные икрой устрицы, фаршированные фуа-гра перепелки и вителло тоннато с трюфельным кремом. Каждое блюдо было украшено розовыми фиалками и тончайшим сусальным золотом. Когда официанты приносили очередную перемену блюд, повисало долгое молчание, потом Баленски кидал какую-нибудь реплику, и мужчины наперебой бросались отвечать ему. По крайней мере, у нас были нормальные стулья, в отличие от несчастных французских аристократов Версаля, которым запрещалось сидеть в присутствии короля. На десерт нам подали парфе из розовых лепестков в желе ядерного вишневого цвета, которое было сделано в виде настолько реалистичного цветка, что казалось, мы едим настоящее произведение искусства. Возможно, так оно и было. Я радовалась, что от меня не ожидают особого остроумия, тихо водила ложечкой по тарелке и ждала удобного момента, чтобы нанести удар. Скажу честно, я наслаждалась тем, что мне предстоит задача посложнее, чем изящно поедать розовое парфе!