Тайна голубиного пирога - Джулия Стюарт

– В любом случае я поговорю с управляющим, когда слушания закончатся. – Он заглянул в бумаги. – Так на чем мы остановились?

– На теле покойного, сэр, – подсказал шотландец.

– Да, тело, тело, тело, – повторил несколько раз коронер, что-то вспоминая. – Пойдем во дворец, чтобы взглянуть на него. К счастью, мне не придется идти далеко в новой неразношенной обуви.

Доктор Хендерсон, встав со своего места, спросил, так ли уж необходимо созерцать труп.

– Это не слишком приятное зрелище, – пояснил он.

– Кто бы в этом сомневался! – согласился Твелвтриз. – Но что это за дознание, если мы не осмотрим тело покойного?

– Однако к гробу снова привинчена крышка.

Мгновение коронер глядел на Хендерсона.

– Тогда ее опять придется снять, доктор. Кажется, во дворце живет ваша теща? – Выдержав паузу, он добавил: – Нет-нет, вспомнил: вы и жены-то еще себе не подыскали. Прошу вас пойти с нами.

Члены жюри друг за другом вышли из зала вслед за коронером. Они не имели ни малейшего представления, куда идут, поскольку не разобрали, что ответил шотландец на вопрос о местонахождении покойного. Тем не менее они молча перешли через дорогу и направились в сторону Хэмптон-Корта, недоумевая, чем все это закончится. Когда члены жюри проходили мимо торговца фруктами в Фонтанном дворе, продавцу масла внезапно захотелось что-нибудь пожевать, и он купил ревеня. Процессия поднялась по лестнице на верхний этаж, где коронер позвонил в колокольчик у дверей Бэгшотов. Ожидая, пока не откроют, члены жюри опустили глаза, внезапно осознав, что вскоре им предстоит лицезреть вырытое из могилы обнаженное тело генерала Бэгшота.

Дворецкий раскрыл дверь и обвел взглядом стоявшую перед ним толпу.

– Мы пришли, чтобы увидеть генерала, – объявил коронер, сдвигая очки на лоб.

– Конечно, сэр. Он в столовой. Следуйте за мной, – сказал дворецкий, направляясь по коридору. – Я рассчитывал, что осмотр будет производиться на кухне, но повариха и слышать об этом не хочет. Она заперла дверь и отказалась давать ключ: мол, это не место для трупа, если у него нет хвоста. Так что у нас здесь что-то вроде бунта: многие из младших слуг нашли прибежище в «Королевском гербе», а никто из старших не заходит в столовую. Боюсь, там даже пыль не вытирали.

Присяжные заседатели, войдя в комнату, в нерешительности сгрудились у двери, разглядывая гроб, стоящий на большом обеденном столе. На именной дощечке остались следы земли. За столом сидел констебль, читающий «Суррей комет».

– Какой чудесный вид на реку! – пришел в восторг Твелвтриз, подойдя к окну. – Сам бы не отказался здесь пожить. А что, дворец действительно наводнен призраками?

– Да, сэр, – ответил дворецкий. – Как раз недавно видел привидение. Стонало ужасно.

– Имеете представление, чей это призрак?

– Ни малейшего.

Констебль, которому не удалось позавтракать, внезапно закашлялся.

– Гроб на столе, сэр, – сказал он.

Чарльз Твелвтриз оглядел все вокруг:

– Тогда откройте его, констебль. Мы не имеем возможности стоять здесь весь день, любуясь видом из окна.

– Похоже, что крышка привинчена, сэр, – сказал полицейский.

Коронер повернулся к группе джентльменов, которые так и застыли у двери:

– Доктор Хендерсон, не возьмете ли вы это на себя? Всем не терпится узнать причину смерти генерала.

Терапевт, подойдя к столу, задумчиво провел рукой по его поверхности.

– Я как-то не догадался прихватить с собой отвертку, – пробормотал он.

Коронер несколько секунд смотрел на него, а потом перевел взгляд на членов жюри:

– Ни у кого из вас, случайно, не найдется отвертки?

Проверив карманы, все дружно покачали головами.

Коронер тяжело вздохнул и повернулся к дворецкому:

– Нам нужно отвинтить крышку.

– Это не входит в сферу моих обязанностей.

– А кто должен этим заниматься?

– Кто-то из младших слуг, сэр.

– Так приведите его.

– Они в пабе, сэр. Как я уже говорил, у нас здесь бунт.

– Господи милостивый, тогда сходите за гробовщиком!

Констебль, у которого урчало в животе, решительно направился к двери. Полюбовавшись видом на Темзу, картинами, зеленым ковром и красными обоями, присяжные заседатели взяли стулья и расселись вокруг. Отвергнув предложение Барнабаса Поупджоя рассказывать анекдоты, они принялись играть в карты, обнаружив колоду на каминной доске.

Коронер, сославшись на несуществующий закон, проник на кухню и упросил повариху приготовить ему чашечку чая, которую и выпил, сидя на стуле и сняв башмаки.

Наконец явился мистер Блад с необходимым инструментом и остановился в дверях, глядя на членов жюри, рассевшихся за партией в покер вокруг гроба, на который они водрузили пучок ревеня.

– За дело! – рявкнул коронер. – Иначе мы не успеем все закончить до Пасхи!

Гробовщик, повозившись немного, снял крышку гроба руками, которые чаще касались мертвых, чем живых, и прислонил ее к стене. Присяжные заседатели вздрогнули и, увидев генерала, чей естественный цвет заметно изменился, полезли в карманы, чтобы закрыть носы платками. Констебль из любопытства тоже присоединился к ним и мгновенно потерял аппетит.

* * *

Сгорбившись под дождем, предсказанным барометром коронера, члены жюри направились обратно в «Митру». К тому времени графиня и леди Беатрис переместились в бар, сообщив судебному приставу, что они испытывают головокружение от недостатка свежего воздуха. Увидев через окно, что присяжные заседатели возвращаются, дамы выпили по третьей рюмке шерри и помчались в столовую, где вновь заняли свои места. Обе пребывали в нервном ожидании. Свидетели, остававшиеся на месте, прекратили созерцание потолка и устремили взоры на членов жюри, которые выглядели теперь гораздо более унылыми, чем раньше.

Стянув с ног башмаки, коронер вызвал доктора Хендерсона. Судебный пристав, приблизившись к нему, пролаял:

– Свидетельские показания, которые вы будете давать в ходе данного расследования, проводимого от имени нашего суверена, королевы Англии, и касающегося смерти генерал-майора Джорджа Бэгшота, должны содержать правду, только правду и ничего, кроме правды. И да поможет вам Бог.

Приведенный к присяге доктор поцеловал Библию и дал краткую медицинскую преамбулу. В заключение доктор заявил:

– Я обнаружил небольшое количество мышьяка во всех органах покойного.

Разносчики сплетен тут же прекратили сосать мятные конфеты.

– Яд был в достаточном количестве, чтобы стать причиной смерти? – спросил коронер.

Газетчики, сидевшие в зале, страстно желали, чтоб так оно и было, а обитатели дворца тревожно подались вперед.