Последний срок - Майкл Коннелли

– Это просто: Митчелл утверждает, что пока он развернул телескоп и навел на фокус, мужчина успел скрыться. Он мог спуститься на землю или сойти с лестницы на одной из площадок.

Босх чуть не спросил, почему это не отражено в рапорте, хотя прекрасно знал ответ. Как и то, что, если бы расследование вели Ящик и Бочка, смерть Джорджа Ирвинга объявили бы самоубийством.

– Что убеждает нас в том, что спускался не Ирвинг?

Вопрос был с подковыркой, и Соломон несколько мгновений обдумывал ответ.

– Такой уверенности нет, но что он мог делать на лестнице?

– Не знаю. Есть какое-нибудь описание? Одежда, волосы, раса?

– Он находился слишком далеко. Митчелл считает, что он – белый, и ему показалось, будто кто-то из технического обслуживания. Выполнял какую-то работу.

– В полночь? Что навело Митчелла на такую мысль?

– Он утверждает, что его рубашка и брюки были одного цвета. Как бы форма.

– Какого цвета?

– Светло-серого.

– Вы справлялись в отеле?

– О чем? – В голосе детектива опять появились притворно смущенные интонации.

– Будет тебе, Соломон. Перестань валять дурака. Вы справлялись у администрации, имелась ли причина для того, чтобы кто-то из тех, кто находился или работал в отеле, вышел в этот час на пожарную лестницу? Спрашивали, какого цвета форму носит обслуживающий персонал гостиницы?

– Нет, Босх, не спрашивали. Зачем? Неизвестный появился на лестнице от двух до четырех часов раньше, чем наш клиент совершил прыжок. Эти события не связаны друг с другом. А то, что ты послал нас с опросами по улице – вообще пустая трата времени. Глупое занятие.

Босх понимал, что если сорвется, от Соломона до конца расследования не будет проку. А он не хотел терять его. Поэтому снова сдержался.

– Хорошо, по поводу вашего второго доклада – разговора с писателем Томасом Раппортом. У вас есть еще какие-нибудь сведения о том, зачем он приехал в Лос-Анджелес?

– Не знаю. Он вроде бы известный сценарист. Студия поселила его в одном из бунгало в глубине территории – там, где умер Белуши. За одни сутки тысяча баксов, а он утверждает, что поселился на неделю. Говорит, что собирается редактировать сценарий.

Хоть один ответ получен без наводящих вопросов: теперь известно, что с Раппортом, если понадобится, можно связаться в течение недели.

– И что, студия раскошелилась на автомобиль? Как он добирался в отель?

– Нет… взял у аэропорта такси. Самолет прилетел раньше времени, автомобиля студии не было. Пришлось ехать на такси. Он сказал: поэтому-то Ирвинг оказался на регистрации впереди него. Они приехали в одно и то же время, но Раппорт попросил таксиста напечатать чек, и это заняло целую вечность. Его медлительность взбесила писателя. Он жил еще по времени Восточного побережья, смертельно устал, и ему не терпелось добраться до бунгало.

Босх ощутил холодок в животе. Чувство возникло от того, что интуиция соединилась с убеждением: в мире есть определенный порядок. Истина открывается праведникам. К нему часто приходило это ощущение, когда во время расследования отдельное словно переставало существовать и складывалось в единое целое.

– Джерри, – спросил он, – Раппорт не сказал, на такси какой компании приехал в «Шато»?

– Какой компании?

– Ну да. Такси «Вэли»? «Желтое такси»? Название компании указано на дверце машины.

– Не сказал. Но какое это имеет отношение к нашему делу?

– Может, никакого. Вы взяли у Раппорта номер мобильника?

– Нет, но он целую неделю будет в «Шато».

– Понятно. А теперь вот что, Джерри: отправляйтесь с напарником снова в отель и расспросите о человеке на пожарной лестнице. Узнайте, не работал ли кто-нибудь ночью, кто мог бы оказаться там. И какая форма у гостиничного персонала.

– Да что с тобой, Босх? Человек оказался на лестнице за два часа – а скорее всего и раньше – до того, как Джордж Ирвинг спикировал вниз.

– Не важно, хоть за два дня. Прошу вас задать вопросы и не позднее вечера прислать мне доклад.

Гарри закрыл телефон и посмотрел на Чу.

– Дай мне дело клиента Ирвинга, желавшего получить лицензию на оказание таксомоторных услуг.

Напарник порылся в стопке и подал нужную папку.

– Как наши дела?

– Пока никак, – ответил Босх. – Над чем работаешь?

– Страхование. Пока все чисто. Но надо сделать один звонок.

– Мне тоже. – Босх снял трубку с телефона на столе и набрал номер отеля «Шато-Мармон». Ему повезло: когда звонок переадресовали в бунгало, писатель Томас Раппорт оказался на месте.

– Мистер Раппорт, с вами говорит детектив Босх из полицейского управления Лос-Анджелеса. Мне необходимо задать вам несколько дополнительных вопросов по поводу того, о чем уже спрашивали вас мои коллеги. Вам удобно говорить?

– Не очень. Я как раз посреди сцены.

– Сцены?

– Кинематографической. Пишу сценарий.

– Все понимаю, но это займет всего несколько минут и очень важно для расследования.

– Этот парень прыгнул сам или ему помогли?

– Пока не знаем, сэр, но, если вы ответите на пару вопросов, мы будем ближе к истине.

– Валяйте, детектив, задавайте. Я в вашем распоряжении. По вашему голосу я представляю вас человеком типа Коломбо.

– Точно, сэр. Можно начинать?

– Да, детектив.

– Вы приехали в отель в воскресенье вечером на такси. Так?

– Да. Прямиком из международного аэропорта Лос-Анджелеса. Студия должна была прислать за мной машину, но я прилетел раньше времени, не хотел ждать и взял такси.

– Случайно, не запомнили название компании такси?

– Компании?

– Именно, сэр. В нашем городе действуют несколько компаний, имеющих право перевозить пассажиров. Меня интересует, какое название было на дверце вашей машины.

– Простите, не знаю. Там стояло много такси, я залез в одно из них.

– Не запомнили цвет автомобиля?

– Нет. Только помню грязь в салоне. Стоило все-таки дождаться машины студии.

– Вы сказали детективам Соломону и Глэнвилу, что задержались со входом в отель, потому что ждали, когда таксист отпечатает чек. У вас этот чек на руках?

– Подождите.

Пока писатель искал чек, Босх открыл папку, куда Ирвинг собирал документы по делу о лицензии на таксомоторные услуги. Там были договор, который юрист подписал с «Риджент» пять месяцев назад, и письмо в комиссию по лицензированию. Письмо информировало комиссию, что «Риджент» собирается вступить в борьбу за лицензию в Голливуде, когда в будущем году подойдет срок ее возобновления. Далее приводились оценки нынешнего держателя лицензии, то есть компании «Черное и белое». Босх не успел дочитать письмо, когда в трубке снова послышался голос Раппорта.