Прокурор идет в суд - Эрл Стенли Гарднер

— Как мне известно, Большое жюри намерено провестирасследование случившегося, — сказала Инес.

На этот раз он не откликнулся.

Она подняла свои холодные умные глаза и, подчеркиваяофициальность их встречи, спокойно произнесла:

— Дуг, я представляю в суде Джеймса Лейси и миссис ТельмуБерк.

Он не смог сдержать изумления:

— Ты?

Она кивнула и чуть погодя спросила:

— А почему бы и нет? Я адвокат, ты же знаешь.

— А тебе известно, что они скрываются от правосудия?

Она покачала головой.

— Они здесь, в Мэдисон-Сити.

— И предстанут перед Большим жюри?

— Если ты пришлешь им повестку. Я хочу, чтобы все былосделано по правилам. Повестку можно отправить в отель «Мэдисон».

— И они будут давать показания под присягой?

— Не знаю.

Селби отвел глаза и несколько секунд задумчиво постукивалпальцем по краю письменного стола. Затем вынул трубку, набил ее табаком и зажегспичку.

— Может, перестанем тянуть время? — спросила она, когдапервые душистые клубы дыма образовали голубовато-белую дымку вокруг его лица.

— Нет, — коротко произнес Селби, — я не буду спешить. — Ипродолжал молча курить еще несколько секунд, затем сказал: — Послушай, Инес,вероятно, я не должен этого делать, но я хочу рассказать тебе кое-что.

— Не говори ничего такого, чего бы ты не мог сказатьадвокату, представляющему миссис Берк и мистера Лейси, — предупредила она.

Он нетерпеливо потряс головой, как бы отметая ее замечание.

— Инес, я не знаю, что за всем этим стоит. Уверен, что и тыне знаешь. У меня есть все основания полагать, что Джеймс Лейси наговорил кучулжи. Вероятно, недооценивает нашу способность проверить его действия. Я думаю,он планирует предстать перед Большим жюри и напустить еще больше туману.Заявляю тебе, ему это не удастся.

— Почему? — спросила Инес.

— Потому что я не допущу этого. Речь идет об убийстве, и яникому не позволю играть со мной в кошки-мышки. Если он любит свою бывшую женуи хочет защитить ее, ему лучше помогать закону, а не противостоять ему. Еслион, горячая голова, убил Берка за то, что тот пытался убить свою жену, а сейчасстарается это скрыть, то я советовал бы ему выложить карты на стол.

Я думаю, то, что ты допущена к адвокатской практике, простопревосходно. Изучение закона — прекрасная вещь для любой женщины, способной логическимыслить. Но когда дело доходит до практики, до отправления правосудия… словом,Инес, мне неприятно видеть, что ты вступаешь в область уголовного права.

— Что ты имеешь в виду? — поинтересовалась она.

— Защиту людей, обвиняемых в преступлении.

— Даже если они невиновны? — спросила она.

— Очень немногие люди, обвиняемые в преступлении, на самомделе невиновны. Невиновные, как правило, отсеиваются к тому времени, когда делопередается в суд.

— Спасибо, Дуг, за совет, — небрежно сказала Инес.

— Что ты собираешься делать? — спросил он с любопытством.

— Я собираюсь изо всех своих сил защищать Тельму Берк иДжеймса Лейси. Я собираюсь приложить все старания, чтобы любые обвинения,которые ты выдвинешь против каждого из них или их обоих, провалились. При этомя собираюсь воспользоваться любыми средствами, которые предоставляет закон.

— Но предположим, они виновны, что тогда? — спросил Селби.

Она пожала плечами.

— Насколько я понимаю закон, они невиновны до тех пор, покаты не докажешь их виновность, причем с полной обоснованностью. Не забывай,потребуется единодушное мнение двенадцати присяжных, чтобы мои клиенты моглибыть осуждены. — Она встала. — Думаю, это все, что я хотела сказать вам,господин окружной прокурор.

Она повернулась и решительно направилась к двери, затемвдруг остановилась и взглянула на него.

— О, Дуг, — сказала она, — мне очень не хочется идти противтебя, и все-таки мне придется это сделать.

По-иному не получится. У нас с тобой была чудесная дружба.Она… она так много для меня значила. Мы веселились, смеялись и частодействовали не думая, под влиянием момента. У нас были свои маленькие шутки,свои маленькие секреты, и мир казался нам просто большой площадкой для игр, накоторой мы славно веселились.

Потом ты заинтересовался политикой, и тебя выбрали наответственный пост. С тех пор ты работаешь До изнеможения и не способен видетьничего, кроме работы. Это зашло так далеко, что ты потерял ко мне уважение…Поэтому… Нет, Дуг, не прерывай меня. Я знаю, что говорю, и я знаю тебя. Ты всамом деле потерял ко мне уважение, не как к женщине, но как к другу. Мир вдругпревратился для тебя в место серьезной работы, и тебя стали интересовать толькосерьезные работники. Поэтому я решила, что единственный способ завоеватькогда-нибудь твое уважение — стать таким работником. — Минуту она постояла внерешительности, ее губы странно дергались — она пыталась улыбнуться. — Все впорядке, господин окружной прокурор, — продолжала она. — Теперь вам придетсязаметить меня. И посмотреть на меня очень внимательно. Работая над делом, ты,даже если не захочешь заметить меня, поймешь, что это невозможно.

Дуг, я скорее готова отрезать свою правую руку, чем сделатьчто-нибудь, что причинит тебе боль, но я адвокат и представляю моих клиентов. Янамерена помогать им по мере сил. И предупреждаю тебя — будь осторожен. Дело,наверное, привлечет большое внимание. Газеты будут полны им. Начинается что-товроде одной из наших партий в теннис, Дуг. Я буду стараться победить тебя, еслисмогу.

— Даже если два преступника уйдут от правосудия? — спокойноспросил Селби.

— Даже если так, Дуг, и помни — ты сам на это напросился.

Она повернулась к двери и вышла из кабинета, не говорябольше ни слова. А Селби остался сидеть за столом, задумчиво глядя прищуреннымиглазами на дверь, которая медленно закрылась за ней.

Спустя несколько минут вошел Брэндон и спросил:

— Ну, Дуг, как самочувствие?

— Не очень хорошее, — признался Селби с усмешкой. — Естьчто-нибудь новенькое?

— Я сделал так, как мы планировали. Вызвал из Лос-Анджелесадвух специалистов по дактилоскопии. Они отправились в дом Берка и прошлись тампо всему, чтобы получить комплект его отпечатков.

— Ну а каков же результат?

Брэндон сказал:

— Дуг, я не думаю, что мертвый бродяга был Джоном Берком.По-моему, все это просто мошенничество с целью получить страховку или, чтоболее вероятно, здесь некая комбинация, придуманная самим Берком, с помощьюкоторой он собирался исчезнуть.