Я и мое отражение - Карина Тихонова

– Вы накрывайте, а я разберусь, что мне делать, – ответила я спокойней, чем сама ожидала.

– Хорошо.

Лисья мордочка исчезла, дверь бесшумно притворилась.

Я шумно перевела дыхание.

Похоже, я превращаюсь в невротичку. Это не хорошо. В моем положении это очень даже плохо.

Решено. Буду себя жестко контролировать.

Я мысленно поклялась себе быть сдержанной при любом повороте событий.

– Считайте до пяти, потом говорите, – советуют англичане импульсивным людям. И добавляют: – Только считайте медленно.

Вот так я и поступлю.

Я пошла в ванную, сбросила с себя помятое Женино платье и как следует отмылась.

Вымыла волосы, уложила их в прическу, похожую на ту, которую я видела на фотографии Жени.

Привела в порядок лицо, немного подкрасилась.

Перебрала чужие вещи, выбрала строгий брючный костюм с длинным приталенным пиджаком и довольно откровенным декольте. Такой пиджак следует носить без блузки и без бюстгальтера. Вот и посмотрим, как отреагирует новоявленный дядюшка на мое появление. А заодно проверим, как на него отреагирует моя тетушка.

Что-то мне подсказывает, что тетя Лена весьма и весьма ревнива. Проверим.

Зачем?

Затем, что это слабость. Слабости противника в моей ситуации нужно знать, как «Отче наш». Назубок.

Я перевесила вешалку с костюмом на свободную стойку. Вошла в комнату, где меня уже ждал стол, накрытый к ужину.

Уселась в кресло. Окинула взглядом принесенные Ритой яства.

Скажу честно: страх отбил мне аппетит. Но я решительно взяла в руки вилку и приступила к трапезе.

Я должна быть очень и очень сильной. Борьба за жизнь – вещь нелегкая.

Поужинав, я позвонила Рите и попросила ее убрать со стола. Вернее, проинформировала, что она может это сделать. С каждым разом повелительный хозяйский тон давался мне все легче, и я поймала себя на том, что уже не притворяюсь: я становлюсь богатенькой избалованной хамкой.

Господи! Неужели это правда, и в каждом благообразном докторе Джекиле скрывается монстр по имени «мистер Хайд»?

Мне не хотелось встречаться с Ритой. Поэтому я удалилась в гардеробную и начала переодеваться. Влезла в чужой костюм, как в свой собственный, и обнаружила, что он мне впору. Даже пуговица, чуть перешитая в талии, застегнулась именно там, где нужно.

Интересные вещи случаются на свете! Создает же природа таких похожих людей! А еще говорят, что она не любит повторяться!

Очень даже любит. Может быть, природа так шутит. Вот, например, ситуация в которую я попала: чем не отличная шутка? Мы играем фарс, а кто-то сверху смотрит и забавляется!

Я тяжело вздохнула и отогнала нехорошие мысли.

Повернулась перед зеркалом, осмотрела себя с головы до ног. До чего же преображает женщину хорошо сшитая одежда!

В зеркальном гардеробе отражалась не запуганная интеллигентка, привыкшая к образу жизни под названием «честная бедность», а хорошенькая, уверенная в себе молодая женщина. Я немного загорела на пляже, и глубокий вырез пиджака этот факт красиво подчеркивал. Забыла сказать, что костюм был светло-серый и шел к моему цвету волос бесподобно.

Чего-то не хватает…

Я покрутилась перед зеркалом.

Конечно! Не хватает туфелек на высоком каблучке! Сюда подойдет элегантная классическая лодочка.

Я опустила нижнюю планку гардероба и извлекла на свет божий фантастический запас Жениной обуви.

Лодочки нашлись. И даже несколько пар. Одна пара мне особенно понравилась: простая и элегантная темно-зеленого, почти черного цвета. Боюсь соврать, но, по-моему, обувь была сделана из змеиной кожи. Во всяком случае, из кожи какой-то рептилии.

Никогда в жизни я не надевала такую дорогую вещь.

Я осторожно обула правую ногу в узкую длинную туфельку и осмотрела ее со стороны.

Красиво.

Даже очень красиво.

Я обулась полностью и прошлась по комнате.

Что значит дорогая обувь! Никакого дискомфорта ноги не ощущали. Не натирало пятку, не болел носок, не давило сбоку… Ничего! Комфорт, изящество, простота, удобство.

Если я отсюда выберусь живой и невредимой, то обязательно куплю себя такие же туфли. Сколько бы они ни стоили. Хоть тысячу долларов.

Перспектива немножко подняла мне настроение. Покажите любой женщине красивую тряпку, обувь или украшение, и она забудет обо всем на свете. Даже о том, что ее приговорили к смертной казни.

Я еще раз прошлась по гардеробной. Каблук был высоким, но удобным, ходить нисколько не мешал.

Интересно, а украшения у Жени есть? Я имею в виду, бижутерия? Надеть на себя настоящие драгоценности я бы вряд ли посмела.

Я вернулась назад, в комнату, и переворошила все ящики.

Нет. Никаких украшений. Странно.

Впрочем…

Очевидно, предусмотрительная тетушка припрятала бирюльки в сейф до возвращения племянницы из больницы.

В дверь стукнули. Кажется, это Рита.

– Да! – крикнула я.

Рита сунула мордочку в дверь.

– Елена Борисовна и Юрий Васильевич просят вас спуститься к ним, – доложила она. – Они в столовой.

– Иду, – ответила я.

Рита скрылась.

Я еще раз бросила на себя оценивающий холодный взгляд.

Не трусь Лерка, прорвемся! И считай до пяти! Медленно!

Я вышла из комнаты и пошла по коридору к лестнице.

Тетушка с дядюшкой сидели за огромным овальным столом. Перед ними дымились маленькие кофейные чашечки, расписанные затейливыми китайскими иероглифами. А может, не китайскими. Может, японскими.

При моем появлении дядюшка медленно поднялся со стула. Я так и не поняла, почему. Потому, что хорошо воспитан, или потому, что его потрясло мое сходство с Женей?

Тетушка отреагировала вяло. Смотрела перед собой, на какую-то невидимую точку в белоснежной скатерти. Губы твердо сжаты, брови сведены к переносице.

– Здравствуйте, Юрий Васильевич, – сказала я, мило улыбаясь.

– Здра…

Он шумно глотнул воздух.

– Здравствуй…те…

– Рада вас видеть, – продолжала я, все так же улыбаясь.

– Благодарю, и я те…вас…

– Что же вы тогда так быстро ушли? – спросила я.

Дядюшка вытянул шею.

– Когда?

– Когда мы впервые увиделись! – напомнила я. – В кафе! Помните, вы меня попросили разменять сто долларов?

– Помню…