Маньяк и русалка – не пара - Татьяна Луганцева

– Не знаю почему, но нравишься ты мне сильно! Ты не думай о том, как стать нашей… Коллектив у нас хороший, все всё поймут. Ты должна думать только о своем номере. Если Артур тебя взял, значит, он считает, что ты справишься. Тебе не надо быть «супер-пупер». В конце концов, это он – главное звено, а ты – ассистент. Но тебе надо быть предельно внимательной, чтобы и номер не сорвать, и самой не пострадать, и слушать его.

– Я понимаю. Думаю, что он мне все подробности разъяснит, – предположила Диана, – он для меня будет царь и бог!

– А вот это – правильный подход! – похвалила ее Настя.

Они пили кофе с пирожками. Настя же позволила себе еще и курить.

– Между прочим, Артур – гений своего дела! – сказала Настя. – Его заслуги как иллюзиониста признаны во всем мире. Его имя внесено в историю цирка навсегда. Ты даже не представляешь, какой он сильный иллюзионист! Это очень тяжелый жанр, где уже, казалось, все-все открыли и изобрести что-то новое и интересное архисложно. Но у Артура это получалось, он внес в это искусство очень много своего, оригинального… Интереснейшие разработки, механизмы, ну и так далее…

«Интересно, мне кто-нибудь расскажет или поинтересуется, знаю ли я о судьбе Марии, своей предшественницы?» – подумала Диана.

И через некоторое время она услышала вкрадчивый вопрос:

– Извини, Дианочка… А вы давно знакомы с Артуром? То есть ты знаешь его историю? Его жизнь? Что-то о его творчестве…

– Ты имеешь в виду, знаю ли я, как погибла его жена-ассистентка? – спросила Диана в лоб. – Да, я в курсе… Без подробностей, но знаю… Это ужасно…

Она решила не ходить вокруг да около, а честно во всем признаться.

– Не то слово! Мы-то ее знали, свадьбу их играли, ездили вместе на гастроли… Дело не в этом… Ведь Машу убили, заменив эти лезвия, и убийцу не нашли! – сказала Настя.

– Это печально…

– И с Артуром из наших больше никто не захотел работать, – внимательно смотрела на нее Настя.

– Это тоже объяснимо… Возможно, поэтому он меня и взял со стороны, – кивнула она головой, – я не знала Машу… не видела этого ужаса.

– Странно, что он вообще взял тебя! Мы уже думали, что Артур никогда не оправится от перенесенного шока. И вот наконец такая приятная новость и такая красивая женщина! Браво, Артур! Он уже выиграл, похоже!

– Спасибо, – поблагодарила ее Диана, – а вот я еще успела в цирке с двумя мужчинами познакомиться, такие оба… приметные. Они кто?

– Это Егор и Карл? – озорно усмехнулась Настя. – Это наши дрессировщики, нормальные чуваки и друзья, очень близкие друзья. Понимаешь? Они все делают вместе и вместе живут… – лукаво посмотрела на нее женщина.

– Думаю, что я поняла, – ответила Диана, хотя и была удивлена – они ей такими не показались. – Такое сейчас случается все чаще и чаще. Это всегда было.

– Но они не ненавидят женщин, очень хорошо относятся и всегда поддержат, – добавила Настя.

– А дрессируют кого? – спросила Диана.

– Один тигров, другой собачек, – ответила Настя. – И позволь сразу же тебя удивить. Тот, что маленький, – тренирует тигров, а большой – собачек, – сообщила Настя, заливаясь смехом и запрокидывая голову.

– Это и правда чудно! – сказала Диана.

– Это удивляет всех! – смеялась Настя. – А теперь тебе обязательно следует познакомиться с директором, который нам словно отец родной. Только он тебя сможет взять на работу официально. Но я не думаю, что он пойдет против Артура. Он ждал его возвращения, как и все мы. Все будет хорошо! Ты должна осваиваться… А я всегда к твоим услугам. Помогу, чем смогу.

– Спасибо! – поблагодарила ее Диана.

– У меня к тебе только один вопрос еще, – придвинулась к ней поближе Настя. – Мы здесь одна семья и должны все знать…

– Что? – тоже понизила голос Диана.

– У вас с Артуром любовь? Интрижка? Страсть?

– Вот ты о чем… Нет, мы с ним просто в хороших дружеских отношениях. Никакой любви! – ответила Диана, удивляясь, почему собеседницу интересует именно этот вопрос.

– Честно? – уточнила Настя, прищурив глаза.

– Я не вру…

– Но за Артура же ты не можешь ответить! У него, возможно, другое мнение! – все равно усомнилась Настя.

– Я не думаю… У нас все оговорено!

– Это хорошо… Иначе одного врага бы ты точно нажила в нашем цирке, – вдруг выдала гимнастка.

– И это… – поинтересовалась Диана, поняв, что что-то нащупала.

– Моя дочь – Камилла – воздушная гимнастка, как и я! – ответила Настя, пожирая ее взглядом.

Диану впервые за всю беседу посетило чувство легкого разочарования. Она вдруг поняла, что никакого дружеского участия эта женщина к ней не испытывала. Она тупо волновалась за судьбу своей дочери, по всей видимости, влюбленной в Артура и имевшей на него виды. Вот уж действительно, одна большая семья!

«Странно, что она не поддержала любимого мужчину и не вышла с ним на арену, у нее был неплохой шанс стать его ассистенткой. Хотя, возможно, не пустила мать, в этой женщине чувствуется большая сила воли. Она просто подавляет», – подумала Диана.

После буфета она направилась на поиски директора и нашла его в кабинете с табличкой «Директор». Это был крупный, вернее, откровенно толстый мужчина, который в этот момент пил коньяк прямо из горла. Его нисколько не смутило, что его застали за этим пагубным занятием.

– Новенькая? Сразу узнал! Уже наслышан! Проходи и располагайся! Хочу увидеть женщину, которая возродила Артура к жизни. Это всем интересно, только об этом и судачат в цирке! – и он отрыгнул. – Извините!

– Ничего страшного! Вы возлагаете на меня очень большую ответственность… Я просто согласилась стать его ассистенткой, – ответила Диана, присаживаясь.

– Поверь мне… В этом случае все не так просто, – стукнул он дном бутылки по столу.

– Я знаю, что случилось, – сразу же дала понять Диана, что она в курсе этой жуткой истории.

– Вот! А ты думаешь, наши девочки не пытались ему помочь? Не предлагали заменить Машу, чтобы его звезда и дальше сияла под куполом цирка? – сказал он, вновь элегантно отрыгивая. – Извините! Кстати, я не представился – Всеволод Арсеньевич.

– Диана.

– Я в курсе. Пьете? – не мог он отвлечься от бутылки.

– Нет, спасибо.

– Правильно! Пока на арене, пить нельзя. Я тоже расслабился, только когда перестал выступать и стал важным директором, – погладил он себя по большому животу, словно только он и обозначал его значимость и статусность положения. Или живот он позволил себе отрастить, когда закончил выступать, и теперь смотрел на него с любовью, вспоминая, что тяжкий труд на арене закончился.

– А кем вы были? – спросила Диана, чтобы поддержать беседу. – Ну, когда выступали…