Чертовы котята - Леена Лехтолайнен

Я сходила с Юлией в тренажерный зал, потом в бассейн. Она посещала бассейн только в те смены, когда купальники были обязательны, хотя, на мой взгляд, при ее идеальной фигуре ей было абсолютно нечего скрывать. Если бы моя хозяйка родилась животным, из нее вышел бы пахнущий шампунем и подстриженный по последней собачьей моде пудель, который, несмотря на очаровательную внешность, вполне может больно цапнуть.

В восьмом часу мы с Юрием вышли из дома. Из глубины шкафа я вытащила черный парик и бюстгальтер, увеличивающий грудь на пару размеров. Пестрое закрытое платье я купила по случаю на блошином рынке; бабушка Вуотилайнен отнесла его к шестидесятым годам. Наконец-то мне представился случай его надеть. Образ завершили огромные темные очки и яркий макияж.

Макконен жил в Сауналахти, в доме на берегу моря, там же помещался оружейный магазин. Здесь продавались охотничьи ружья, однако иногда непонятными путями сюда попадало незаконное оружие, от которого хозяин спешил избавиться, минуя кассу.

Юрий вырядился в стиле а-ля рус: темно-фиолетовый бархатный пиджак, кремовая рубашка, галстук. На мне было свободное полупальто с подмышечной кобурой — для будущей покупки, и странно было ощущать легкость там, где обычно я носила револьвер.

Жизненный опыт учит, что нельзя судить о профессии человека по внешности. Это же правило сработало и в случае с Макконеном. Мне всегда казалось, что такая сомнительная личность, как продавец оружия, должен быть худым и мрачным, но на пороге дома нас встретил толстенький, похожий на тюленя, улыбающийся мужчина. Круглая лысина, жиденькие, заложенные за уши пряди цвета слабого чая делали его почти стариком, хотя на самом деле ему слегка перевалило за тридцать.

— Юрий! — радостно кинулся он навстречу, пожимая руку Транкову. — Да ты и девушку с собой привел! Кто это?

— Канерва, — быстро представилась я, не желая называть мое настоящее имя.

К счастью, Юрий быстро сообразил и промолчал.

— Проходите в мой арсенал. Может, выпьем что-нибудь? Кто из вас за рулем?

— Выпей глоточек, — предложила я Юрию, — я поведу машину.

Мой ответ рассмешил Макконена, живот под пестрой рубашкой заходил ходуном.

— Вот такие девочки мне нравятся! Все четко и без лишних слов!

С первых шагов стало ясно, что мы попали в дом настоящего охотника. Повсюду висели чучела и макеты животных: зайцы, лисы, совы, пара лосиных голов с рогами. Макконен пригласил нас в подвал, где обнаружилось чучело шакала с неприятно оскаленными зубами.

Вдоль стен стояли металлические оружейные сейфы, в том числе с декоративными ружьями, из которых нельзя стрелять. Я загляделась на старинные мушкеты двухсотлетней давности: когда-то из них убивали людей, которые ничего не знали ни про самолеты, ни про электричество.

Макконен открыл шкаф и достал богато украшенный револьвер с барабаном.

— Такой подойдет? Наган М — тысяча восемьсот девяносто пять. Трофей ваших солдат. Неужели ваша родина решила потребовать его обратно? У тебя же есть один такой, что с ним случилось?

— Это для подарка другу. — Юрий взял пистолет, взвесил на ладони, погладил холодную сталь, покрутил барабан. — Сколько?

— Для такого хорошего человека — бесплатно. Если, конечно, согласишься на мою игру. Мне нравится играть с тобой, хотя до сих пор я только проигрывал. Ну, что скажешь?

Юрий побледнел и быстро вернул оружие Макконену, словно револьвер жег ему руку:

— На этот раз давай рассчитаемся деньгами.

За дверью послышались шаги, и я вдруг каким-то шестым чувством поняла, кто там. Наверное, уловила легкий, присущий именно этому человеку запах, хотя со времени нашей последней встречи прошло уже более трех лет.

— Неужели ты стал трусом, мой мальчик? — спросил Валентин Паскевич, входя в комнату. — И не хочешь рисковать? Небольшая игра в рулетку прекрасно взбадривает. — Он взглянул на меня, и мне пришлось сделать усилие, чтобы не опустить глаза. — Пожалуй, надо пояснить девушке, что мы говорим не о настольной игре, а о той, что принята у нас дома. О русской рулетке.