Один неверный шаг - Харлан Кобен

Они оба медленно сели. Майрон сложил руки и пристроил их перед собой на столе.

Казалось, Маклафлин подбирает слова.

– У вас есть возлюбленный, Бренда?

– Здесь что, служба свиданий? – вмешался Майрон.

Тайлз отошел от стены. Протянул руку, взял ладонь Майрона, осмотрел и опустил на стол. Потом проделал то же с другой и с отвращением вернул на место.

Майрон постарался скрыть свое недоумение.

– Пользуюсь «Пальмоливом», – сказал он. – Хорошее мыло.

Тайлз отошел и снова скрестил руки на груди.

Теперь Маклафлин смотрела только на Бренду. Она немного наклонилась вперед и понизила голос.

– Ваш отец умер, Бренда. Мы нашли тело три часа назад. Мне очень жаль.

Майрон был готов к этому известию, но его все равно словно метеоритом шибануло. Он вцепился руками в край стола и почувствовал, как голова пошла кругом. Бренда молчала. На лице ничего не отразилось, только дыхание стало частым и неровным.

Тратить время на утешения Маклафлин не стала.

– Я понимаю, вам тяжело, но все равно придется задать вам несколько вопросов.

– Убирайтесь, – сказал Майрон.

– Что?

– Я хочу, чтобы вы и этот Сталин немедленно убрались отсюда. Интервью окончено.

– Тебе есть что скрывать, Болитар? – спросил Тайлз.

– Да, вот именно. А теперь убирайся.

Бренда не пошевелилась. Взглянула на Маклафлин и произнесла лишь одно слова:

– Как?

– Что как?

Бренда сглотнула.

– Как его убили?

Тайлз едва не подпрыгнул.

– Откуда вы знаете, что его убили? Мы не сказали ни слова об убийстве. – Он явно был доволен собой. – Только то, что ваш отец умер.

Майрон поднял глаза к потолку.

– Ну ты нас поймал, Тайлз. Два копа волокут нас в участок, разыгрывают из себя Шиповича и Симона, а мы почему-то приходим к выводу, что ее отец умер неестественной смертью. Ты что, псих?

– Заткнись, засранец.

Майрон быстро встал, опрокинув стул. Подошел к Тайлзу и уставился на него.

– Пошел вон.

– Или?

– Хочешь попробовать меня на зуб, Тайлз?

– С радостью, наглец.

Маклафлин быстро встала между ними.

– Вы что, мальчики, с утра перебрали тестостерона? Ну-ка, разойдитесь.

Майрон не сводил взгляда с Тайлза. Несколько раз глубоко вздохнул. Он вел себя безрассудно. Глупо было потерять контроль над собой. Он это знал. Надо взять себя в руки. Хорас мертв. Бренда в беде. Следует сохранять спокойствие. Он поднял стул и поставил его на место.

– Моя клиентка не будет с вами разговаривать, пока мы не посовещаемся.

– Почему? – спросила Бренда. – В чем дело?

– Они считают, что ты его убила, – сказал Майрон.

Бренда повернулась к Маклафлин.

– Я что, подозреваемая?

Маклафлин сочувственно пожала плечами, будто говоря – я на твоей стороне.

– Ну, пока еще рано что-то утверждать.

– На языке полицейских это означает да, – пояснил Майрон.

– Заткнись, засранец, – рявкнул Тайлз.

Майрон не обратил на него внимания.

– Ответьте на ее вопрос, Маклафлин. Как его убили?

Маклафлин взвешивала ответ.

– Хораса Слотера убили выстрелом в голову.

Бренда закрыла глаза. Снова влез Тайлз.

– С близкого расстояния, – добавил он.

– Верно, с близкого расстояния. Сзади.

– С близкого расстояния, – еще раз повторил Тайлз. Он положил кулаки на стол и наклонился поближе. – Похоже, он был знаком с убийцей. И даже доверял ему.

Майрон показал пальцем на его усы.

– У тебя там какая-то еда застряла. Похоже на яичницу.

Тайлз наклонился так близко, что их носы практически соприкасались. Какие на коже большие поры. Майрон даже испугался, не провалиться бы в одну из них.

– Ты мне не нравишься, засранец.

Майрон наклонился еще ближе. Потом медленно покачал головой из стороны в сторону, касаясь кончиком носа его носа.

– Будь мы эскимосами, – заметил он, – считалось бы, что мы уже обручены.

Это добило Тайлза. Оправившись от шока, он сказал:

– То, что ты ведешь себя как последний говнюк, фактов не меняет. Хораса Слотера замочили с близкого расстояния.

– Это означает, что к нему подкрались, Тайлз. Будь ты настоящим полицейским, то конечно бы знал, что большинство убийц приканчивают своих жертв с близкого расстояния. А вот члены семей такого не делают. – Майрон понятия не имел, соответствует ли это действительности, но прозвучало убедительно.

Бренда откашлялась.

– Где его убили? – спросила она.

– Простите? – отозвалась Маклафлин.

– Где его застрелили?

– Я же сказала. В голову.

– Нет, я хочу знать где. В каком городе?

Разумеется, они понимали, о чем спрашивает Бренда. Просто не хотели говорить, надеясь ее подловить.

– Они нашли его здесь, – ответил за них Майрон. Потом взглянул на Тайлза. – И пока ты еще не сделал следующего выстрела, сообщаю тебе, что догадаться было просто – мы ведь в местном участке. Это может означать лишь одно – тело нашли здесь.

Маклафлин не стала отвечать прямо, а обратилась к Бренде:

– Когда вы в последний раз видели своего отца?

– Не отвечай, – вмешался Майрон.

– Бренда?

Девушка взглянула на Майрона. Глаза ее были широко открыты и, казалось, ничего не видели. Она старалась справиться, но напряжение уже сказывалось. В голосе слышалась мольба.

– Давай скорее покончим с этим?

– Я не советую тебе отвечать.

– Хороший совет, – признал Тайлз. – Если есть, что скрывать.

Майрон взглянул на Тайлза.

– Никак не могу решить, это усы, или просто такие длинные волосы торчат из носа?

Маклафлин все еще старалась казаться крайне дружелюбной, эдакая ласковая душечка.

– Дело обстоит следующим образом, Бренда. Если ты ответишь на наши вопросы, мы на этом закончим. Если будешь молчать, нам станет любопытно, в чем дело. А это выглядит не слишком хорошо, Бренда. Как будто у тебя есть, что скрывать. К тому же, не забывай о прессе.

Майрон поднял руку.

– Вы это о чем?