Женщина в "Восточном экспрессе" - Люси Эшфорд

Джебель-Синджар

На следующий день Агата завтракала в одиночестве на террасе с видом на Тигр. Нэнси осталась в постели, отсыпаясь за бессонную ночь в поезде и долгий переезд через пустыню.

Вид на реку чем-то напомнил Венецию: выцветшие арабские лодки с высоким носом почти не отличались от гондол. Выше по течению показалась вереница плотов – Кэтрин называла их гуфами, – нагруженных дынями, цыплятами и мешками с зерном. Провожая их взглядом, Агата переживала события вчерашнего дня.

Она едва не провалилась сквозь землю, когда ее обман публично раскрыли. По пути в отель Нэнси уверяла, что нет ничего плохого в желании путешествовать инкогнито. Отчасти Агата даже испытывала облегчение, хотя у нее не было шанса объяснить все Максу – тот сразу уехал вместе с Кэтрин и Леонардом.

Поэтому, когда официант принес записку на подносе с кофе, она очень удивилась. Оказывается, Макс приехал в гостиницу и ждал ее в лобби.

– Попросите его присоединиться ко мне – здесь, – уточнила Агата, не вполне уверенная, что официант ее понял.

Намазывая джем на кусочек тоста, она подняла голову: в дверях стоял Макс, прикрывая глаза от солнца.

– Доброе утро!

Широко улыбаясь, он направился к ее столику, отклонив по пути сломанную ветку пальмы.

– Здравствуйте!

Агата попыталась прочесть выражение его лица. Макс улыбался, но как-то нервно, словно у него были плохие новости.

– Присаживайтесь, пожалуйста. Не хотите ли кофе – или вы предпочитаете чай?

– От кофе не откажусь.

Агата налила кофе в пустую чашку, предназначенную для Нэнси.

– Молоко, сахар?

– Спасибо, не надо.

– Мне ужасно неловко, что я вас ввела в заблуждение в Венеции, – начала она. – Понимаете…

Макс поднял руку.

– Прошу вас, не беспокойтесь! Представляю, как вам надоедают желающие пообщаться, когда хочется просто расслабиться на отдыхе.

– Вы очень добры. – Агата почувствовала, как напряжение спадает. – Берите тосты – тут слишком много для одного.

– Благодарю, миссис Кристи, я и вправду слегка проголодался. Еда у нас в пансионе так себе.

– Тогда налегайте. И зовите меня просто Агатой.

Как бы ей хотелось вернуться к девичьей фамилии! Кристи… Постоянное напоминание о том, чего больше нет. Что поделать – она получила известность с фамилией мужа, деваться некуда.

– Спасибо, Агата.

Макс слегка порозовел и, чтобы скрыть смущение, занялся тостом, щедро намазывая его маслом и джемом.

– Вы, наверное, гадаете, зачем я пришел, – произнес он, отложив нож. – Следующие несколько дней я проведу в Багдаде – занимаюсь провиантом для раскопок. И хочу пригласить вас и вашу подругу на экскурсию – если вам, конечно, интересно…

– Очень мило с вашей стороны.

Агате вдруг пришло в голову, что причина кроется в Нэнси: они с Максом почти одного возраста, к тому же девушка весьма хороша собой. Интересно, Кэтрин уже успела посвятить его в подробности ее несчастливого замужества?

– Знаете, я не уверена, что Нэнси готова к путешествиям. Она очень устала с дороги и отсыпается…

Агата внимательно наблюдала за лицом Макса. Если он и был разочарован, то вида не подал.

– А вы?

– А куда вы собираетесь?

– Я подумал, что вам будет интересно посмотреть на усыпальницу шейха Ади в Джебель-Синджар, недалеко от Мосула. Слышали о таком?

– Ну я слышала о езидах^[33] – вроде бы они поклонялись дьяволу?

– Так принято считать, но это не совсем верно. Центральным персонажем их религии является дух по имени Шайтан – очень похоже на Сатану из Библии, – однако ему вовсе не поклоняются, его просто боятся. Езиды верят, что Господь поставил его повелевать миром и что однажды на смену ему придет Иисус, а пока Шайтана нужно умилостивить. – Макс откусил кусочек тоста и проглотил. – Очень славный, мирный народ, а храм – одно из самых прекрасных мест на земле.

Пока Агата расспрашивала его о езидах, Макс успел прикончить все тосты. Перспектива путешествия в далекую северную Месопотамию казалась куда привлекательнее изначального плана с поиском жилья – подождет до завтра. Интересно, как отнесется к предложению Нэнси?

– Вы ничего не имеете против пеших прогулок? – уточнил Макс.

– Как, до самого Мосула?

– Да нет! – улыбнулся он. – Лишь последнюю пару миль до гробницы. Туда можно добраться только пешком или на лошади. Там довольно прохладно даже днем.