Жар тела - Михаил Март

В итоге Кира проследила всю компанию и определила их базу. Она поняла ход мыслей Михаила, но не думала, что есть еще кто-то из охотников. Значит, ее дружок не приедет. Тем лучше. Кира могла себя защитить. У нее имелось оружие. «Наган» сорок пятого года выпуска, самовзводный, который купил ее муж. Это не «ТТ», который нашла полиция в их доме. Она нашла его раньше и спрятала подальше от греха. Не дома, а на последнем этаже за батареей отопления. А вдруг пригодится. Но полиция туда даже не ходила. Ручку она обмотала скотчем, который легко содрать. Теперь без оружия она уже не могла жить и носила его под чулком у самых трусов. И это в такую жару. Зато Михаила очень возбуждали женщины в сексуальном белье. Но она умело заматывала оружие в пояс, когда ложилась в постель. Все бы ничего, но у нее не было глушителя. И что это такое, она плохо понимала, но знала, какой грохот возникает при выстреле.

На ее счастье, Фаина приехала с подругой. Третья женщина села играть с ними по приглашению. Она отдыхала с семьей в другом месте. Уже легче.

* * *

Это произошло ночью. Кира мирно спала в своем сарайчике. Она не слышала, как двое влезли в окно. Все произошло очень быстро. Кто-то держал ее ноги, второй наклеил скотч ей на рот. Она не успела среагировать, как сильные руки перевернули ее на живот и связали запястья тем же скотчем, потом ноги. Револьвер лежал под подушкой, но она уже ничего не могла сделать. Потом в комнате зажегся свет.

Пришел конец! – подумала она.

Рядом с кроватью стоял тот киллер, которого она огрела пепельницей. Слабо. Вот он и выжил. Теперь его очередь рассчитаться с ней. Рядом стояла Вера. Это она держала ее за ноги. Но она тут при чем? Хочет захватить акции. Ради бога! У Киры и без них денег хватает.

Она могла лишь моргать и мычать. Но это ее не спасет. Вот и пришло возмездие за ее грехи.

– Лежи и не рыпайся, – произнес мужской голос. – Твою участь будем решать не мы. И без нас у тебя врагов хватает. Мы пришли, чтобы помочь тебе. В следующий раз на нас не надейся. Михась послал нас и твоих бывших подруг убить тебя. Подруг из Питера, которым он передал копию твоего чистосердечного признания. Но адрес на окраине поселка дал только нам, им сказал название пляжа «Саван», где ты будешь загорать и купаться. Я так думаю, что они хотят тебя утопить. Мы тебя убивать не будем. К слову, Михась – кличка твоего так называемого спасителя из полиции. Если ты попадешь в руки сыщиков, то можешь заговорить. Тогда ему крышка. Его задача убрать всех свидетелей. Я и Вера входим в их число. Мы следующие на очереди. Обезвредить его мы пока не можем. К нему трудно подобраться. Сдать его тоже нельзя. Он всех нас заложит, а мы тоже не ангелы. Есть другое решение. Дуэль. Либо он, либо мы. Решение одно. Пока он нас не распознал, надо играть на его стороне. И в первую очередь убить тебя, пока шлюхи до тебя не добрались. Мы убьем тебя понарошку. Не по-настоящему.

Глеб достал из рюкзака резиновый ошейник телесного цвета.

– Если его надеть на шею, потом сделать надрез и полить кровью, то мы увидим человека с перерезанным горлом. Кровь я достал настоящую, – он вытащил небольшую бутылку, полную крови. – Я добыл ее, когда в соседнем селе резали барана. Все будет выглядеть натурально. Ты притворишься мертвой. Мы сделаем несколько фотографий. С твоего телефона я перешлю ему снимки на почту. Это его успокоит. Тебя мы зароем. Но не по-настоящему, а для отчета. Тут в горных местах полно мест для могил. Что делать с твоим трупом, он не говорил. Так что наши действия не контролируются. Важно то, что тебя больше нет. И главное. Нет трупа, нет убийства. Фотографию Михась не решится никому показывать. Первый вопрос следователя: «Откуда ты ее взял?» Ведь он не входит в следственную бригаду. А если убийца переслал снимок ему, то значит, киллер работает на него. Другого варианта у нас нет. Хочешь выжить, соглашайся.

Глеб сорвал скотч с ее рта.

– Без вопросов. Я согласна. Но он никому не верит. Найдет время и приедет сюда с инспекцией. Ваш Михась не лыком шит. Он даже себе не верит.

– Пусть приезжает, но нас здесь уже не будет. Какой же убийца станет сидеть на одном месте после преступления. С рассветом уйдем в горы. Фото с трупом должно быть на фоне леса и с выкопанной ямой. Пусть ищет.

Киру развязали. Сделали надрез посередине пластикового ошейника. Жертва сама его надела и села перед зеркалом. Снизу и сверху было хорошо видно, что на теле швы от приложенной маски и цвет не соответствует, лишь надрез выглядел натурально. Кира начала накладывать грим. Делала она это искусно. За два часа скрупулезной работы ошейник стал с телом как единое целое. С рассветом они вышли из дома. К горам пробирались по оврагу, вдоль речки, от шоссе лесом вверх. Нашли подходящее место. Глеб выкопал яму на небольшую глубину. В метре от нее Кира легла на землю. Вера достала бутылку с кровью, и они залили ей надрез. Загустевшая кровь плохо разливалась по обеим сторонам шеи.

– Мы сделали непростительную ошибку, – сказал Глеб.

– Какую? – насторожилась Кира.

– Убийца подошел к тебе со спины, схватил за волосы, оттянул голову назад и полоснул ножом по горлу. Значит, кровь потекла вниз по груди. А мы уже всю кровь вылили, и она растеклась в разные стороны, а не вниз.

– Перепиши свой сюжет, и все получится без ошибок. Ко мне подкрасться невозможно. И где? На любой улице слишком много народа. А там, где никого нет, я учуяла бы приближение человека даже за спиной. Нет. Все не так. Ты прокрался ко мне ночью, когда я спала. То есть лежала, а не стояла. А потом, если меня кто-то схватил за волосы, я бы закричала. Здесь везде фанерные стены. На крик сбежались бы люди, и ты не ушел бы. Одно понятно, ты не убийца, а лох. Вот почему Михась послал дублеров.

– Ты хорошо мыслишь. Я убил тебя в постели. И ты в такую жару спишь в платье?

Кира встала и без всякого смущения скинула с себя всю одежду, после чего опять легла.

– Так лучше?

– Убедительно, – ответила Вера. – Но есть одна деталь. Он пришел к тебе ночью, зарезал, забрал труп и унес в лес. А как поведут себя хозяева? Тебя не видно и не слышно, пойдут, проверят, где ты. Зайдя в дом, найдут окровавленную постель без жилички. Любой вызовет полицию. Начнется следствие. И Михась об этом узнает первым.

– Полицейские сами сдают углы курортникам. Убийство здесь вещь неординарная, – рассуждал Глеб, – им такая реклама ни к чему. Скорее всего, они приведут жилище в порядок, заберут твои вещи и никаких дел заводить не будут.

– Вещи. Это плохо, – тихо протянула Кира. – Там лежит мой паспорт. Без него я не сбегу.

– Ладно, – махнул рукой Глеб, – давайте фотографировать. Надо закончить начатое. Потом спустишься к речке и искупаешься. Смоешь с себя всю гадость, а ошейник утопишь. Я пошлю ему снимки завтра, а ты заберешь паспорт и уедешь. Сегодня у нас двадцать третье число. А может, я убил тебя двадцать пятого. Ты можешь еще денек здесь пожить. Нужны шприц и жгут. Ты должна набрать из вены кровь и облить подушку. Главное, когда ты пропадешь, чтобы полиция все же видела следы убийства. Паспорт они не найдут, а вещи тебе не нужны. Купишь новые. Оставь мне свой мобильник. Я его конфисковал у трупа. Тебе он больше не нужен. По нему можно определить твое место нахождения. Потом я его утоплю.