Плюс-минус вечность - Анна и Сергей Литвиновы

И вдруг… По корме что-то с силой хлестнуло. Оба вскинули головы и в ужасе замерли: трос! Оборвался и с такой силой по катеру хлопнул, что на стали образовалась вмятина.

А купол со съежившимся под ним пассажиром лишился опоры и начал стремительно терять высоту.

– Сейчас убьется… – испуганно пробормотала Римка.

Шторм, как назло, усиливался. И, как ни пытался парашютист встать против ветра, ничего у него не выходило. Его болтало, крутило, купол то наполнялся воздухом, то сдувался, почти как тряпка… И метрах в двадцати от земли сложился совсем. А пассажир камнем вошел в воду.

– Конец… – потрясенно выдохнула Римка.

…Но им опять повезло. Хотя и раздолбай дядя Миша, а спасательный жилет заставил клиента надеть. Поэтому тело они нашли быстро и без труда. Тут же начали искусственное дыхание и еще непрямой массаж сердца делать. Да и с берега инцидент заметили, и, когда потерпевшие швартовались, у причала их уже ждала «Скорая», а к пирсу бежали люди в белых халатах.

– Может, спасете… – обреченно пробормотал дядя Миша.

Врачи не ответили: ситуация с парашютистом явно была серьезной. Его быстро погрузили в машину и увезли, а к потрясенному дяде Мише подступили милиционеры.

– Допрыгался ты со своим аттракционом, – зловеще предрек первый из них. – Даже если выживет клиент – статья выходит серьезная. И срок по ней немалый.

А второй, с некоторым даже сочувствием, спросил:

– Как же так?.. Ты ж по технике безопасности трос должен был перед каждым полетом проверять!

– Да я проверял… – виновато покачал головой дядя Миша.

«Ага, – мелькнуло у Римки. – Последний раз – две недели назад».

– Ладно, дядя. Показывай свою лодку, – важно велел первый мент. – Будем вещдоки изымать…

А какие тут вещдоки? Один прохудившийся трос и есть, больше у дяди Миши никакого оборудования не имелось.

И вдруг Римка заметила то, чего прежде, за долгие прогулки на дядь Мишином катере, не видела никогда: на корме, под скамьей, валяется странной формы нож. С изогнутым в форме вопросительного знака лезвием.

Где-то она уже видела такие… Где-то раньше – но никак не здесь, не на несолидном дядь Мишином аттракционе… Ну, конечно же! Патрик Свейзи! Он поигрывал таким в своей звездной роли – в фильме «На гребне волны»!

И тогда девушка выпалила – перекрывая и шум шторма, и грозные голоса милиционеров:

– Я все поняла! Дядя Миша не виноват! Трос перерезали!

– Кто?! – вопросительно воззрились на нее милиционеры.

Дядя Миша тоже смотрел пораженно.

А Римма уверенно ответила:

– Я знаю – кто.

Владелец и директор детективного агентства Паша Синичкин сидел в своей любимой позе: в кожаном кресле, ноги – на столешнице. А его секретарша Римка, загорелая и веселая после черноморского отдыха, возбужденно рассекала по кабинету и очень гордо повторяла:

– Вот, Павел Сергеевич, берите пример! Я, хотя и в отпуске, а человека от тюрьмы спасла!

– Судя по тому, что ты рассказала… тюрьма твоему дяде Мише, может быть, и на пользу пошла бы, – назидательно произнес Синичкин.

– Все равно: он не виноват, – упрямо повторила девушка. – И трос сам по себе оборваться не мог.

– Он что – был сертифицированный? – насмешливо уточнил Синичкин.

– Ясное дело: нет. Но – крепкий. И привязывал его дядь Миша умело, каким-то особым морским узлом… Вот я и подумала: а случайно ли на катерок перед этим злосчастным клиентом целая компания приходила? Торчали целый час, но кататься не стали. Не мог ли кто-то из этих четверых трос перерезать? Но кто? И зачем? И тут меня осенило. На футболке у одной из девиц, самой скромной, было написано: «Neptune Wave». Может быть, просто – «Волна Нептуна». А еще я вспомнила, что так марка высотомеров называется. Профессиональных. Которыми парашютисты пользуются. А с какой стати у обычной курортницы вдруг оказалась такая футболка? Если это просто совпадение – то очень странное. И еще. На руке у нее браслетик имелся. Переплетение из трех шпилек. Парашютных… Поэтому, если все в комплексе рассматривать, вполне могло быть, что девица имеет отношение к парашютному спорту, к настоящему, к прыжкам с большой высоты.

– А какая связь? – скептически произнес Синичкин.

Но Римма не обиделась. Торжествующе продолжила:

– А связь такая, что этот парень, наш клиент… Он, похоже, тоже парашютист. Когда за катером летел, очень он уверенно выглядел. Обычно-то народ полной раскорякой болтается. Ноги – в разные стороны. А этот – подобрался, конечности скрестил. Совсем не похож был на чайника. Да и потом, когда трос оборвался, он явно не растерялся. Все время пытался против ветра встать. Как в парашютном спорте положено, чтобы посадка помягче была… Но мы-то его этому не учили! Дядя Миша – тот еще «парашютист». Сам не прыгал ни разу. Об этом правиле вообще, по-моему, и не знает.

– И что? Допустим, парень когда-то прыгал. Пусть даже профессионально. И, когда трос оборвался, делал все, чтоб спастись…

– Но если трос порвался сам – откуда тогда на катерке взялся стропорез?! – триумфально выкрикнула Римка. – Профессиональный! Да у дяди Миши такой штучки сроду не было! Я это точно знаю, потому что как раз накануне помогала ему катер мыть! И никаким стропорезом тогда даже не пахло. А тут вдруг появился. А из посторонних только эта компания на катере и была. Не иначе: эта девица, парашютистка, принесла. И, пока на корме сидела, трос и подрезала!..

– Но зачем ей это было нужно? – пожал плечами Синичкин.

– А затем, – предположила я, – что парень – ну, наш клиент, который едва не разбился, – ее хахаль. Или бывший, или только что поссорились. Вот она и решила ему отомстить. По-своему. По-парашютному. Менты, конечно, мне не поверили. Но на всякий случай стали проверять. И что ты думаешь: нашли девицу! Курорт-то маленький, все как на ладони! К тому же она и не скрывалась. Сама в больницу пришла, под дверью реанимации сидела, пока нашего клиента откачивали… Ее взяли в оборот – она и раскололась. Действительно: поссорились. Он сказал, что завтра уезжает. Но перед отъездом обязательно дядь Мишин аттракцион испробует – уже без нее, потому что надоела. Вот она и решила ему в отместку устроить шоу. Перерезать трос. Разбиться, думала, он не разобьется, все-таки профессионал, но в штаны, когда трос порвется, обязательно наложит. Но шутка получилась так себе. На троечку. Небо, как говорят те же парашютисты, ошибок не прощает.

– А что с парнем? Спасли? – поинтересовался Синичкин.

– Спасти-то спасли, – поморщилась Римка. – Но, наверно, он инвалидом останется… А у дяди Миши, хотя он не виноват ни в чем, нервный срыв. В смысле, запой. И аттракцион он свой, конечно, закрыл. Теперь, сказал, никаких парашютов, буду только на рыбалку народ вывозить.

Она вздохнула. Погрустнела…