Одна против целого мира - Ольга Оболенская

После визита Беднякова Сакурова лихорадило несколько дней. То, что он узнал от сыщика, потрясло его. Вот, значит, как! Марианна сестра убитого им… Сакурову стало не по себе. Он рванул воротничок рубашки, расстегнул его и, откинувшись на спинку кресла, прикрыл веки. Перед глазами возникли картины того страшного дня. Никогда в жизни Сакуров не переживал ничего более ужасного, чем в тот роковой день. Даже когда хоронил родителей. Смерть самых близких ему людей далась Сакурову очень тяжело. Но их уход был естественным. А вот Арсен погиб преждевременно. И самое ужасное, что именно он, Сакуров, стал невольным виновником его гибели. Но ведь он не хотел его убивать! Ему пришлось обороняться! Эх, Арсен, Арсен… Кто бы мог подумать, что первый вице-президент компании, человек, которому он доверял, как самому себе, вел за его спиной какие-то темные игры. И вот теперь Марианна! Знает ли она, чем занимался ее брат? И чем он, собственно, занимался, для Сакурова так и осталось тайной, которую Арсен унес с собой. Смутные догадки, неясные подозрения и множество вопросов, на которые не было и нет пока никаких сколько-нибудь вразумительных ответов, вот что имел Сакуров в своем арсенале на сегодняшний день. А вокруг никого, кто бы мог хоть сколько-нибудь прояснить ситуацию.

Какое-то время Сакуров продолжал сидеть в кресле, раздумывая над тем, что предпринять, затем решительно поднялся и направился в кабинет к Марианне.

Сакуров застал Марианну за оживленным телефонным разговором. Она жестом пригласила его садиться. Прикрыв трубку ладонью, Марианна тихо извинилась перед Сакуровым и попросила подождать несколько минут, пока она не закончит разговор. Сакуров уселся напротив Марианны и, воспользовавшись ситуацией, стал украдкой рассматривать ее. Сейчас он смотрел на нее совсем другими глазами. Женщина, сидевшая перед ним, казалась стопроцентной европейкой, это подтвердил бы каждый, кто сейчас посмотрел бы на нее. И все-таки… все-таки, взглянув на нее более пристрастно, Сакуров отметил такие детали, которые ускользали от него раньше. Широкие скулы и нависающие над глазами веки выдавали в ней представительницу Востока. Как он мог не видеть этого раньше, изумлялся Сакуров и тут же находил этому объяснение. Русская фамилия, цвет глаз, белая кожа и энергичный напористый характер делали Марианну совсем непохожей на мягких и созерцательных местных женщин.

Чем больше Сакуров смотрел на Марианну, тем больше он удивлялся своей недавней слепоте. Он вдруг увидел, что она очень похожа на своего брата. Не лицом, нет, а манерой улыбаться, жестикуляцией, привычкой смотреть собеседнику во время разговора не в глаза, а прямо в переносицу. Они были просто копией друг друга.

Марианна положила трубку и уперлась в межбровье Сакурова своим фирменным фамильным взглядом. Отчего тому на долю секунды стало не по себе. Как будто это не она, а Арсен пристально и укоризненно смотрел на него. Сакуров дернул головой, и наваждение тут же рассеялось.

– Что с вами? – Марианна внимательно смотрела на Сакурова. – Вам нехорошо?

– Нет. Все нормально. Просто не выспался. – Сакуров взял себя в руки. Ведь он пришел сюда не для того, чтобы отвечать на ее вопросы, а, напротив, для того, чтобы самому спрашивать.

– Как я вас понимаю, – сочувствующе улыбнулась Марианна. – У меня та же проблема. Увы, хроническая. – Марианна тяжело вздохнула.

– Разумеется, – согласился Сакуров, – вы же ухаживаете за больным отцом. Могу представить, как вам приходится.

– Я привыкла.