Смерть в белом галстуке. Рука в перчатке - Найо Марш

Уитерс бросил на кровать фрачную пару. Аллейн тщательно осмотрел ее, понюхал фрак и вывернул карманы. Они оказались пусты.

– У вас есть портсигар? – спросил он.

– Да.

– Позвольте на него взглянуть?

– Он в соседней комнате.

Уитерс отправился в гостиную. Аллейн с кошачьим проворством заглянул под кровать и за дверцу стенного шкафа.

Уитерс протянул ему маленький плоский серебряный портсигар.

– Это ваш единственный портсигар?

– Да.

Аллейн открыл портсигар. На внутренней стороне крышки было выгравировано: «Морису от Эстелл». Он вернул его и вынул из кармана другой.

– Посмотрите внимательно на этот портсигар и скажите, не случалось ли вам видеть его раньше?

Уитерс взял в руки тонкий блестящий золотой портсигар, без надписи, но с маленьким гербом в углу.

– Откройте его, пожалуйста.

Уитерс открыл.

– Узнаете его?

– Нет.

– Вы не узнали эмблему?

– Нет.

– Не герб ли это, к примеру, мистера Дональда Поттера?

Уитерс сделал быстрое движение.

– Это не его герб. Его я видел. Он на его запонках. Они где-то здесь.

– Позволите посмотреть? – спросил Аллейн, забирая портсигар.

Уитерс пошел к туалетному столику. Аллейн быстро обернул портсигар шелковым носовым платком и сунул в карман.

– Вот они, – сказал Уитерс.

Аллейн с серьезным видом осмотрел запонки Дональда и вернул их Уитерсу.

В соседней комнате зазвонил телефон.

– Вы не подойдете? – попросил Аллейн.

Уитерс пошел в гостиную. Аллейн сорвал пыльную суперобложку с одного из запрещенных романов и опустил ее в карман пальто. Затем последовал за Уитерсом.

– Это вас, – сказал Уитерс. – Если только вы Аллейн.

– Благодарю вас.

Это был Фокс, который очень тихо сообщил, что Томпсон приступил к заданию.

– Прекрасно, – отозвался Аллейн. – Капитан Уитерс как раз хотел им воспользоваться.

Он положил трубку и обратился к Уитерсу:

– Ну а теперь, будьте любезны позвонить мистеру Поттеру. Буду признателен, если вы не упомянете о том, что предложение исходит от меня. Как ваша личная инициатива оно прозвучит более достойно.

Уитерс неохотно набрал номер, попросил Дональда, и вскоре голос того послышался в трубке:

– Алло.

– Привет, Дон, это Уитс.

– О Господи, Уитс, я так ужасно беспокоюсь, я…

– Тебе лучше не говорить о своем беспокойстве по телефону. Я звоню сказать, что тебе, вероятно, лучше пожить некоторое время у матери. Ей понадобится твоя поддержка в нынешней ситуации. Я пришлю тебе твои вещи.

– Да, но послушай, Уитс. Насчет того дома в…

– Сиди и не рыпайся! – оборвал его Уитерс и положил трубку.

– Благодарю вас, – сказал Аллейн. – Это то, что нужно. Какой у вас рост, капитан Уитерс?

– Пять футов и восемь с половиной дюймов[19], без обуви.

– Примерно того же роста, что и лорд Роберт, – заметил Аллейн, внимательно глядя на него.

– Надо думать, в ваших расспросах есть какой-то смысл, – заметил Уитерс.

– Надеюсь, что так. Не вспомните ли, о чем лорд Роберт говорил по телефону, когда вы вошли в комнату примерно в час ночи?

– В какую комнату?

– В Марсдон-Хаусе.

– Вы мелете вздор. Я в жизни не слышал его телефонных разговоров.

– Ну хорошо. Скажите, вы были на верхнем этаже у комнаты с телефоном примерно в час ночи?

– Откуда, к дьяволу, мне знать? Я провел наверху порядочное время.

– В одиночестве?

– Нет. Я был там с Доном во время поздних танцев. Мы были в первой гостиной. Там же был в это время старик Каррадос.

– Вы слышали, как кто-нибудь говорил по телефону?

– Теперь, когда вы упомянули об этом, мне кажется, что слышал.

– Что ж, на данный момент, полагаю, этого довольно, – сказал Аллейн, забирая с собой «Судебную медицину» Тейлора. – Кстати, не возражаете, если я обыщу эти комнаты? Ну, просто для проформы, чтобы очистить от подозрений ваше доброе имя.

– Можете облазить их с микроскопом, если хотите.

– Хорошо. Большое спасибо. Пожалуй, как-нибудь в другой раз. Всего доброго.

Он уже дошел до двери, когда Уитерс сказал:

– Эй, погодите!

Аллейн обернулся и увидел, что в лицо ему уставлен плоский белый палец.

– Полагая, – проговорил капитан Уитерс, – что я имею какое-то отношение к смерти этого шута, то вы просто теряете время. Я этого не делал. Я не убийца, и если бы даже был им, то охотился бы на крупную дичь, а не на домашних свиней.

– Вам повезло, – отозвался Аллейн. – Нам в нашей работе часто приходится преследовать самую неприятную добычу. Производственная необходимость. Всего доброго.