Зимний убийца - Джон Сэндфорд

— Я бы хотел хорошенько там полазать.

— Я тоже, но судья даже слышать об этом не пожелал, — сказал шериф. — Он вообще собирался дать нам разрешение только на осмотр комнаты Джима Харпера, но я уговорил его включить сюда и его личные вещи — мы можем заглядывать в шкафы, кладовки и тому подобное в основных помещениях. Разумеется, если мы увидим что-нибудь противозаконное…

— Ясно. Кстати, Джин Климпт…

— …напросился поехать с нами, что меня вполне устраивает. Джин крепкий парень. Кроме того, мы возьмем с собой Лейси — он сказал, что не хочет пропустить веселье.

Они обошли церковь и направились по аккуратно расчищенной дорожке к дому священника.

— Насколько часто Берген попадал в автомобильные аварии?

Карр посмотрел на него, нахмурился и спросил:

— А что?

— Я слышал, ты помогал ему выпутаться из пары ситуаций, когда он получил штраф за вождение в нетрезвом виде, — ответил Лукас. — Интересно, въехал ли он во что-нибудь.

— Кто тебе сказал?

— Сплетни, Шелли. И все-таки?

Они остановились на тротуаре, шериф пристально посмотрел на Лукаса и наконец произнес:

— Я тебе ничего не должен. И работа эта тебе не нужна.

— Итак?

Карр зашагал дальше.

— Фил попал в аварию три года назад: врезался в опору в конце моста, вдребезги разбил машину. Он был пьян. Его поймали еще дважды в таком же состоянии. Один раз он был на грани, во второй набрался в стельку.

— Тебе следует хорошенько подумать, стоит ли с ним так плотно общаться, — сказал Лукас. — О его проблемах с вождением ходят разговоры.

— Кто конкретно об этом болтает?

— Так, люди…

Шериф вздохнул.

— Будь оно все проклято!

— Вчера Берген солгал мне, — продолжал Лукас. — Он сказал, что он хороший водитель. Маленькая ложь, но она заставляет сомневаться во всем остальном из того, что он говорил.

— Я не понимаю, — признался Карр. — Я сердцем чувствую, что он невиновен. Просто я не понимаю, что он скрывает — если он действительно чего-то недоговаривает. Возможно, мы просто не улавливаем последовательности.

Они остановились около двери священника. Шериф позвонил, и они замолчали, держа руки в карманах и выдыхая большие клубы пара в ночном воздухе. Через секунду Карр нахмурился и снова нажал кнопку. Они услышали звонок внутри дома.

— Я знаю, что он там, — сказал шериф.

Он отошел на шаг от крыльца, посмотрел на освещенные окна, потом позвонил в третий раз. Внутри послышался какой-то шум, затем тяжелый удар, и Карр встал на цыпочки, чтобы заглянуть в маленькое окошко в двери.

— О нет, — простонал он, распахнул наружную дверь и толкнул внутреннюю.

Лукас последовал за ним.

Священник стоял в коридоре, прислонившись к стене и глядя на них. Он был в белой футболке навыпуск, черных брюках и серых шерстяных носках. Волосы стояли дыбом, словно наэлектризованные. В руке отец Фил держал стакан. В доме пахло бурбоном.

— Ты идиот, — тихо произнес Карр.

Он прошел через комнату и забрал стакан из безвольной руки священника. Шериф повернулся к Лукасу, как будто спрашивая, куда бы выбросить стакан.

— Ты же знаешь, что обо мне говорят, — сказал Берген, обращаясь к спине Карра. — Все уверены, что это я их убил.

— Господи, мы всего лишь пытаемся… — начал Лукас.

— Не смейте святотатствовать в этом доме! — завопил священник.

— Вам придется плохо, если вы создадите мне проблемы! — крикнул в ответ Лукас.

Он прошел по ковру, отмахнувшись от Карра, который успел схватить его за рукав куртки, и встал перед отцом Филом.

— Что произошло в доме Лакортов?

— Они были живы, когда я их видел! — заорал Берген. — Они были живы, все трое!

— У вас была связь с Клаудией Лакорт? Сейчас или вообще когда-нибудь?

— Связь? Вы имеете в виду интимные отношения? — удивился священник.

— Совершенно верно, я это имею в виду! — рявкнул Лукас. — Вы с ней спали?

— Нет, это же смешно. — Гнев Бергена испарился. Спотыкаясь, он добрался до кресла и повалился в него, с изумлением глядя на Лукаса. — То есть я никогда… Вы о чем меня только что спросили?

Карр сходил на кухню, вернулся с пустой бутылкой «Джим Бим» и показал ее Лукасу.

— До меня дошли слухи, что у вас с ней была интрижка.

— Нет-нет, — сказал Берген, качая головой, явно искренне удивленный. — Когда я учился в семинарии, то спал с женщиной из расположенного неподалеку колледжа. А еще я напился, и меня уговорили заняться сексом с проституткой. Один раз. Всего один. Но после того как я принял сан, я этого не делал. Я никогда не нарушал свои клятвы.

У отца Фила был отсутствующий вид, то ли от виски, то ли он что-то просчитывал в уме.

— Вы когда-нибудь вступали в гомосексуальную связь?

— Дэвенпорт… — вмешался шериф, и в его голосе прозвучало предупреждение.

— Что?!

Берген снова вскочил на ноги, его лицо раскраснелось, он пришел в ярость.

— Да или нет? — не отставал Лукас.

— Нет! Никогда!

Трудно было определить, лжет Берген или говорит правду. Внешне все звучало вполне искренне, но глаза у него прояснились, и Лукас заметил, что его собеседник тщательно взвешивает свои ответы.

— А как насчет спиртного? Вы пили в тот вечер у Лакортов?

Священник отвернулся и снова рухнул в кресло.

— Нет. Ни капли. Это моя первая бутылка за год. Даже больше.

— Со временем что-то не сходится, — сказал Лукас. — Объясните нам почему.

— Я не знаю, — ответил Берген. Он опустил голову, затем обхватил ее руками и принялся дергать себя за волосы, пока они снова не встали торчком. — Я все время пытаюсь найти объяснение… Я не пил.

— Какие у вас отношения с пожарными?

Берген поднял голову и прищурился.

— Дик Вестром недолюбливает меня. Я покупаю то, что мне требуется, в другой лавке скобяных товаров, она принадлежит одному из прихожан. А Дуэйн… я едва знаком с ним. Не представляю, что он может иметь против меня. Возможно, что-то такое, о чем мне неизвестно.

— А те, кто сообщил о пожаре? — спросил Дэвенпорт.

Он взглянул через комнату на шерифа, который по-прежнему держал в руках бутылку из-под «Джим Бим», словно демонстрировал улику суду присяжных.

— Обычные люди, — сказал Карр. — Они тут ни при чем. Увидели пожар и позвонили. Они очень старые, и у них слишком много проблем со здоровьем, чтобы в этом участвовать.