Тайна дома в деревне - Анна Волжанская

Александр проводил взглядом Варю и доктора, улыбнувшись милой девочке и вдруг подумав, что хотел бы, чтобы и у него была дочка, с голубыми глазами и золотистыми волосами. Пока Алекс прощалась с Артуром Робертовичем и девочкой, Франц вдруг явственно услышал детский смех и живой разговор в такой же уютной гостиной их общего дома. Кажется, он даже прикрыл глаза, от чего Александра, вернувшись к столу, чуть повела бровью, изучая его такое одухотворенное лицо.

– Задумались, Александр Константинович? – спросила девушка, подливая чая себе и ему, и Александр улыбнулся, мягко посмотрев на Алекс. Голубой взгляд словно бы читал его мысли, и перед ним он не мог и не хотел закрываться. Зеленые глаза ответили глубокой нежностью, и сильная ладонь снова коснулась изящных тонких пальчиков.

– Я залюбовался вами, Александра Федоровна, и Варей, – сказал он. – С тех пор, как в нашей деревне появились вы, она почти совсем перестала грустить. И не только она больше радуется, – Франц незаметно переместился поближе к Алекс, завладев ее ручкой и поднеся ее к губам, на что девушка с улыбкой наклонила голову и чуть лукаво проговорила:

– Кажется, я знаю ваше тайное желание, – она встала, и Александр несколько мгновений любовался ей, а потом одним движением поднялся и заключил ее в сильные горячие объятия.

– Я хочу остаться, – прошептал он. – Сегодня, сейчас… и насовсем. Александра, любимая…

Его грудь волновалась, а голос стал ниже и мягче, он ласкал своим звуком и укутывал нежностью. Алекс прикрыла глаза, расслабляясь в сильных руках Франца, и когда его губы нашли ее губки, она ответила на долгий, чувственный поцелуй, обняв его за шею, когда он порывистым движением распустил ее прическу, и его сердце замерло, когда шелковые локоны коснулись его руки и упали на плечи девушки.

Поцелуй длился долго, пробуждая чувственное волнение у обоих, и пуговицы рубашки Александра расстегнулись почти сами собой, а легкое платье Алекс совсем было не против соскользнуть с плеча, когда в дом раздался легкий стук, затем снова и снова, так что девушка слегка отстранилась, поглаживая плечо Александра:

– Кто-то пришел. И очень настойчивый, – сказала она, поцеловав Франца в щеку, и, пока он успокаивал сбитое дыхание, подошла к двери.

– Александра Федоровна, Александр Константинович, извините, – на пороге возник смущенный и взволнованный Степан. – Нашлись новые доказательства по делу, это срочно.

Франц выразительно посмотрел на Степана, едва ли не вслух пожелав ему много доброго, но Алекс приветливо улыбнулась Александру, слегка сжав его руку, и он, поцеловав ее, тихо сказал:

– Я должен посмотреть документы, но совсем недолго. Мыслями и сердцем я остаюсь здесь.

Девушка с легкой, едва уловимой улыбкой в глубине голубых глаз провела ручкой по щеке Александра и слегка наклонила голову:

– Вновь сбегаете из моего дома? – в голосе Александры слышалась легкая ирония, и Франц слегка приблизил к своим губам манящую ручку, коснувшись запястья поцелуем, чуть более долгим, чем обычно:

– Это невозможно.

Зеленые миндалевидные глаза выразительно блеснули, выражая то, что не могли сказать вслух при посторонних и явно назначая встречу. Девушка это прекрасно поняла и слегка наклонила голову в ответном согласном жесте, и Александр, повернувшись к своему помощнику и наградив его отнюдь не таким нежным взглядом, направился в сторону своего дома, где они обыкновенно и решали все дела.

– Я посчитал, вы должны как можно скорее это увидеть, – верный Карась чувствовал себя крайне виноватым и смотрел на Франца, который ответил нетерпеливым кивком:

– Есть новости по делу Быкова?

Степан лишь немного помялся, а потом протянул Александру несколько распечатанных листов.

– Только сейчас пришло из Москвы, – сказал Карась, и Франц немедленно пробежал глазами строчки мелким шрифтом. Сообщалось, что Крейде удалось убедить следствие в том, что Сергей Быков не отдает отчет в своих действиях, что у него была любовная связь с Анной Лукиной, которую он убил случайно в припадке ревности. Медицинская комиссия и следственная экспертиза уже почти закончены, и с большой вероятностью Быкова после суда ждет специальное лечебное заведение.

– Черт! – Александр хлопнул по столу и резко поднялся. – Вот же гад ползучий! Быкова в психбольницу – и концы в воду!

Дальше следовало несколько непечатных выражений с такой яростью, что Карась даже отступил немного, к шкафу, откуда взял большую папку старых бумаг, когда Александр подошел к окну, стараясь успокоиться – эмоции мешали трезво мыслить, хоть и были вполне справедливые.

– Александр Константинович, – сказал Степан, и Франц резко повернулся:

– Что там у тебя?

– Когда сельсовет переехал в другое здание, в старом остался архив, – Карась одним движением положил папку на стол перед Александром, и он тут же взял ее в руки, распустив узел на потемневших от времени завязках старой картонной папки с названием «Дело №…» – Я выпросил разрешение его посмотреть, и нашел там несколько документов. Вот это, – он достал какую-то пожелтевшую бумагу, – свидетельство о праве собственности. В нем значатся Ирина Соловьева и Дмитрий Быков. Тут дом и участок, также значатся дети – Маргарита и Сергей…

Александр поднял руку, требуя тишины, и, когда Степан замолчал, внимательно вчитался в строки документа, затем отложил его и просмотрел следующие. Здесь было завещание, свидетельство о смерти Дмитрия в результате несчастного случая при уборке урожая, потом вступление в наследство… Прочитав последний документ, Франц посмотрел на Степана и спросил:

– А где находился дом, в котором жили Быковы? Удалось выяснить?

Степан встретился взглядом с Францем и негромко ответил:

– Это был тот самый полуразвалившийся дом, который купила Александра Федоровна. По словам Прасковьи Михайловны, именно там они и жили, когда сошлись…

Александр нахмурился сильнее. Прасковья Михайловна, или как ее в деревне звали, бабка Паша, была известной сплетницей. Но ведь слухи не ходят без оснований…