Серьги с алмазными бантами - Марта Таро

Худенький смуглый человечек в круглых очках представился дамам и сообщил, что последние десять лет был поверенным маркиза де Сент-Этьена.

– Очень рада познакомиться, месье! Мне нужна ваша помощь, ведь я даже не знаю, с чего начинать, – откликнулась Елена.

– Мадам, для супруги моего почётного клиента я сделаю всё, что в моих силах, – пообещал месье Трике, – но сначала мне хотелось бы увидеть документы. Маркиз написал, что у вас имеются свидетельство о венчании и его завещание, заверенные по всей форме.

– Да, всё так и есть, – подтвердила Елена. Она поднялась в свою спальню за документами и, вернувшись, отдала конверт поверенному.

Месье Трике разложил бумаги на столике и прочитал их.

– Мадам, по новому гражданскому кодексу, недавно утверждённому императором, супруге можно оставить наследство при условии, что у умершего нет законных детей. В завещании вашего мужа предусмотрен тот случай, что вы после его смерти можете оказаться в положении. Это самый важный момент, – объяснил поверенный. – Вы ждёте ребёнка?

– Да, – подтвердила Елена, вдруг осознав, что краснеет.

– Тогда по завещанию вам отходит половина состояния, а вторую наследует ваш ребёнок, но в этом случае вступление в права наследства откладывается до его рождения. Сразу это сделать можно лишь в том случае, если суд или император назначит вас опекуншей при будущем ребёнке.

– А сколько времени займёт этот суд? – поинтересовалась мадам Ней.

– Мы можем подать прошение, и месяца за три суд должен рассмотреть это дело. Но, мадам, для суда у нас не хватает какого-либо документа, подтверждающего личность маркизы, например, её метрики, свидетельства о крещении или паспорта, по которому она въехала во Францию.

Его слова настолько возмутили Аглаю, что она вспыхнула, как факел:

– Мадам де Сент-Этьен въехала в нашу страну вслед за каретой императора, после того как государь сам пригласил её в Париж в моём присутствии!

– Тогда у нас остаётся единственный выход: маркизе следует воспользоваться приглашением государя и обратиться к нему с просьбой, чтобы тот своим указом назначил её опекуншей при будущем ребёнке. Как только мы получим этот документ, мадам сможет сразу же наследовать своему супругу.

Тоска и безысходность, утром как будто отпустившие душу Елены, вновь вонзили в неё когти: оказывается, жизнь предоставила лишь передышку, не более. Испугавшись, что опять затрясутся руки, а потом мелко задрожит веко, Елена поспешила закончить разговор:

– Благодарю вас, месье, вы всё так подробно разъяснили, – она старательно улыбнулась французу. – Мы дадим вам знать, как только решим этот вопрос.

Поверенный откланялся, и дамы остались одни. Елена уже не могла справляться с паникой, и в её голосе зазвенели слёзы:

– Аглая, у меня нет никаких документов! Когда Арман посадил меня в карету, ни он, ни я не думали об этом. Я взяла лишь бабушкины серьги и немного денег. Маркиз собирался довезти меня до Вены – там живёт моя тётка. Бой, из-за которого нам пришлось пожениться, спутал все планы.

Мадам Ней поспешила её обнять.

– Успокойся, дорогая! Конечно, кто среди войны помнит о бумагах? Я тебя прекрасно понимаю, – поддакнула Аглая и вдруг расцвела счастливой улыбкой: – Я знаю, что нужно сделать! Мы попросим помощи у императрицы Жозефины.

Мадам Ней тут же написала письмо и отправила его во дворец Мальмезон, а потом успокоила Елену:

– Ну вот, первый шаг сделан. Теперь нам нужно заручиться поддержкой в противоположном лагере. К вечеру доставят твои наряды, и я сразу же повезу тебя в дом самого умного и самого циничного человека в Европе. Ты же слышала о князе Талейране? Его помощь может стать неоценимой. Правда, за малейшую услугу он очень дорого берёт, но и к его чёрной душе существует ключик, и если им умело воспользоваться, то старый лис поможет тебе просто «по дружбе».

– И что же это за ключик? – заинтересовалась Елена.

– Её зовут Доротея – не женщина, а просто сказка. Сама увидишь!.. Главное сейчас, чтобы твои платья не подкачали.

Платья оказались хороши. Для визита в дом князя Талейрана Елена выбрала голубой бархат и брабантские кружева.

– Отлично, – похвалила Алгая, осмотрев её наряд. – Сюда нужны сапфиры. Надень что-нибудь из моих украшений.

Ну, уж нет! Этого гордость Елены уже не могла вынести. Хотя о чём речь? Не зря же княжна Черкасская везла через всю Европу бабушкин подарок!

– У меня есть серьги…

Елена разыскала на дне саквояжа кожаный мешок и достала свои драгоценности.

– Вот это да! – восхитилась Аглая, помогла вдеть серьги в уши и поторопила: – Поедем. Я хочу попасть к Доротее до начала вечернего приёма, пока она ещё свободна. Доротея – жена племянника Талейрана, но в доме дяди исполняет обязанности хозяйки.

Блестящая лаковая карета, запряжённая четверкой серых в яблоках коней, везла дам по улицам Парижа. Дом маршала Нея находился недалеко от Тюильри, и перед Еленой открылась панорама этого великолепного дворца, перестроенного императором Наполеоном со свойственным этой молодой монархии помпезным величием.

– Сюда нам ещё рано, мы пока только ждём приглашения, – мягко подсказала мадам Ней. Она отправила прошение с просьбой разрешить представить ко двору маркизу де Сент-Этьен, но ответа пока не получила.

Наконец экипаж остановился у старинного особняка на улице Сент-Флорантен. Лакей проводил дам в гостиную и пошёл доложить хозяйке о визите. Елена с любопытством оглядывалась по сторонам.

– Посмотри, дорогая, какая роскошь. Что умеет делать Талейран – так это получать деньги. Он обирает и друзей, и врагов, – шепнула мадам Ней. – Муж Доротеи – единственный наследник Талейрана. Но она сама знатнее и богаче мужа. Доротея – младшая дочь последнего курляндского герцога Бирона.

За дверью гостиной послышался звук летящих шагов, и в комнату вошла молоденькая женщина, скорее всего, ровесница Елены. Хороша она была необычайно. Густые чёрные волосы и огромные темно-серые глаза казались ещё ярче на фоне белоснежной, как лепесток камелии, кожи. Всё в этой красавице завораживало глаз и вызывало лишь одно чувство – восхищение.

– Дорогая, как я рада вновь тебя видеть! – воскликнула мадам Ней, поднимаясь навстречу хозяйке. – К тебе первой я привезла жену маркиза де Сент-Этьена. Он поручил Элен заботам нашей семьи, и я помогаю ей освоиться в Париже.

Доротея лучезарно улыбнулась и стала ещё прекраснее, хотя это казалось уже невозможным.

– Здравствуйте, мадам, я искренне рада нашему знакомству. Вижу по вашему лицу, что вы не француженка: такая красота, как у вас, встречается только в Польше и в России, что, впрочем, теперь одно и то же. Не смущайтесь, я тоже здесь чужая, Сен-Жерменское предместье всё время даёт мне понять, что я – иностранка. Это, конечно, не касается нашей дорогой Аглаи, поскольку её золоте сердце и доброта известны всем. – Легко сменив тему разговора, хозяйка пригласила дам к столу. – Садитесь, сейчас подадут чай, и мы с вами познакомимся поближе.