Жертвы требуют красоты - Лариса Соболева

– Вы девушку не можете отличить от мужчины?

– Мы до кучи ее взяли, а то подняла бы визг.

Старик переводил блеклые глаза с Валдиса на Платона, во время паузы стояла томящая тишина. И вдруг неожиданный вопрос:

– Кто из вас Гитис?

– Ну, я, – сказал Валдис, понимая, что этот дед предъявит счет именно ему. Хреновое положение.

Старик приподнял одну бровь, то ли ему Валдис не показался, то ли наоборот, но он едва заметно кивнул, словно согласился съесть молодого человека на завтрак. Потом прошел к креслу напротив узников, усевшись в него, еще с минуту приценивался к оперативнику, а может, что-то обдумывал. Валдис тоже не сводил с него глаз, гадая, чем насолил этому непредставительному существу в дорогих кроссовках. Это был тип, которому безоговорочно подчиняются, что угадывалось не только по его охранникам, но и по спокойствию и уверенности, исходившим от него.

– Как тебя зовут? – спросил старик.

– Допустим, Валдис.

– Валдис... Ты прибалт?

– В двадцать пятом колене, – усмехнулся тот. – Может, объясните, почему нас привезли сюда?

– Мне нужна ваша помощь.

Валдис не расслабился, услышав ответ, хотя до этого волновался, что ему предстоит расплатиться за нанесенную обиду или оскорбление. Но за помощью приходят сами и просят оказать услугу, а не похищают, что равносильно ультиматуму. Судя по всему, старик не одуванчик в чистом поле, значит, помощь ему понадобится особенная. Вполне вероятно, он потребует сдать кого-то, подтасовать улики или стать своим человеком в милиции. Это ведь тоже помощь.

– Почему именно я должен вам помочь? – спросил Валдис.

– Бамба, почему он? – Старик повернул голову к пятому охраннику, тот не заставил себя ждать с ответом:

– Сказали, из легавых это лучшая ищейка.

– Слышал? – Теперь старик адресовал вопрос Валдису.

– Угу. Я ищейка и легавый. Дальше?

Старик не торопился с ответом, он опять что-то соображал, прикидывал, это стало понятно по его прищуренным глазам, которые он остановил сначала на Нике, потом на Платоне.

– Это твои друзья? – наконец спросил он.

Валдис понял, что слова надо взвешивать, не говорить лишнего, иначе можно навредить Нике с Платоном, поэтому ответил обтекаемо:

– Знакомые.

– Это хорошо, что вы и его знакомых захватили, пригодятся, – сказал старик, обращаясь к Бамбе. – Итак, Валдис, приступим к делу. Мне нужен один человечек, которого ты должен найти и отдать его нам. А до этого твои друзья погостят у меня. Не волнуйся, им будет здесь хорошо.

– Хм, не сомневаюсь, – скептически сказал Валдис. Слова «отдать его нам» означали: «человечку» каюк. – И что сделал этот «человечек»?

– Он убивает моих знакомых.

– Ваших знакомых? Значит, убито несколько человек?

– Совершенно верно. Пять. Представь, среди убитых есть одна женщина, а это совсем уж нехорошо.

Число убитых, также их состав насторожили Валдиса, да и Платона, а Ника сидела, как замороженная, кажется, от страха ничего не соображала.

– Так вы считаете, их убил один человек? – спросил Валдис.

– А ты думаешь иначе? – задал встречный вопрос старик. – Это же ты работаешь по этим убийствам. Рядом с покойниками находят резиновую змею, это знак, что убивает один человек, верно?

Осведомленность у него, как в разведцентре, впрочем, стукачей везде навалом, без них было бы скучновато жить. Валдис продолжил диалог, мучительно соображая, на какие надавить струны, чтобы дед отпустил Нику и Платона:

– Раз вы знаете, что я работаю по убийствам – кстати, не я один, – то зачем же нас увезли? Мы и так стараемся найти убийцу.

– Видишь ли, Валдис, вы ищете убийцу для вашего правосудия (последнее слово прозвучало с издевкой), а я хочу сам получить его из рук в руки. Мое правосудие будет куда гуманнее вашего. И справедливей.

Под гуманизмом он наверняка подразумевал жестокое наказание с последующей смертью. В общем, за время диалога Валдис определил, кто есть старик – пахан. Да и знакомых вроде Кенара порядочный человек иметь не будет. Худо дело.

– Но времена Шерлока Холмса прошли, я не могу работать один, – сказал он. – Следствие ведут следователи, а вы их тоже похитили, – и указал на Платона с Никой. – Надо ли вам говорить, что сейчас в прокуратуре забросят все дела и кинут людей на наши поиски? И уверяю, вас найдут.

– Блефуешь? – не поверил старик.

Точно: блефовал. Если пахан не знает, что Ника и Платон следователи, то, узнав, не обрадуется. Отсюда два варианта развязки – либо отпустит всех троих, либо закажет три гроба. Но подобные преступления не прощаются, поднять руку на правоохранительные органы – это вырыть себе же могилу. Что бы ни говорили, а делом чести каждого мента станет найти дедушку вместе с его братвой. А там не исключено, что у кого-то сдадут нервы и он проявит гуманизм, как его понимает этот престарелый спортсмен. И не может быть, чтоб он этого не знал, но как он поступит – тут фифти-фифти.

– Посмотрите наши удостоверения, у нас забрали их ваши люди, – сказал Валдис.

– Принеси, – бросил тот через плечо Бамбе. – И девушка следователь?

– Да, – ответил за Нику Валдис. – И оба работают по убийствам, о которых вы говорили.

– Почему оба? – недоверчиво спросил старик.

– Так ведь целых пять убитых со змеями, их объединили в одно дело, но расследуют два следователя, потому что объем работы большой. Вы, кажется, не верите мне. У вас, как я понял, есть осведомитель, позвоните ему, он скажет, кто работает по пяти убийствам.

Бамба принес удостоверения, старик внимательно, сличая фотографии, как на таможне, изучил их, после чего повернулся к своему мальчику на побегушках, однако голос на него не повысил:

– Ты что, падла, сделал? Следаков зачем притаранил?

– Так на них же не написано, кто они, – развел тот руками.

Временной интервал, когда пахан обдумывал положение, из которого выходить надо ему и только ему, Валдис тоже потратил на решение проблемы. То, что он согласится найти убийцу и отдать пахану, – это само собой. Сейчас главное – выйти отсюда живыми и невредимыми всем троим, потом видно будет, что да как делать. Но в какие условия загонит его пахан? Видно же – он тертый калач, умный, а так глупо влип, выкрав следователей. Это и есть та случайность, которая может стать роковой для него.

– Отсюда выйдет один из вас, – сказал старик. – Ты.

Итак, пахан не захотел извиниться и отпустить всех, взяв с него обещание найти убийцу. Бесстрашный какой! У Валдиса все внутри опустилось, теперь придется упрямиться, а это не понравится пахану, реакция его непредсказуема...

– Тогда и я останусь, – твердо сказал он. – И делайте, что хотите.