Корона вампирской империи - Татьяна Луганцева

– Я не хотел никого убивать.

– Верится с трудом… у меня такое чувство, что ты ударил по всем этим точкам одновременно. – Яна села на кровати и вскрикнула. У нее от боли потемнело в глазах. Ее немедленно повело в сторону.

– Осторожно! – кинулся к ней Андрей и, легко приподняв, усадил на кровати, подложив под спину подушку. – Ты же понимаешь, что у меня не было времени на раздумья. Я должен был обездвижить пришедшего за нами бандита с одного удара.

– Тебе это удалось, – похвалила она его и, немного смягчившись, спросила: – Что с остальными?

– Все живы, здоровы. С Никой случился маленький приступ астмы, она больше всех переживала за тебя, всю дорогу назад плакала.

– Как мы вернулись?

– Когда я выруб… кхе, стукнул тебя, ты сразу же потеряла сознание, мы стали хлопотать над тобой.

– Спасибо, что не добили. Ладно, ладно, рассказывай дальше, шучу я… черный юмор.

– Затем мы зашли в дом. Я связал всю троицу, потом погрузили их на баркас, и мы благополучно поплыли назад. На берегу мы сдали бандитов в полицию, и все, кроме тебя, дали показания. Тебя я привез к себе и вызвал врача-хирурга. Готов загладить и искупить свою вину. Начинаю даже понимать тебя, ты вовремя сбежала от меня, так как, оказывается, я несу тебе только неприятности.

– Ладно, проехали, ты сделал это непреднамеренно, – махнула рукой Яна.

– Думаешь, легко смотреть на женщину, которую любишь, с перебитым носом и сломанными ребрами и понимать, что это сотворил сам? – поднял он на Яну большие глаза.

– Кстати, о любимых… Почему ты еще жив? Почему Карл не уничтожил тебя за нанесение мне, любимой женщине, тяжких телесных повреждений? Или ты и ему внешность попортил?!

– Твоего Карла Штольберга нет в Румынии.

– Как нет? – побледнела Яна.

– Я сейчас все объясню, это не то, о чем ты подумала. Он улетел в Чехию почти в то же время, когда мы отправились в дельту Дуная. Ему позвонили из дома и сообщили, что с его отцом случился сердечный приступ. А о твоем плачевном состоянии я ему не говорил, если хочешь, позвони сама, – сказал Андрей.

– Зачем? Человеку и так плохо, а нос мой заживет. Я бы и сама полетела в Прагу, позаботиться о Франтишеке Штольберге, но боюсь, что пока не способна на это.

– Я тебя никуда не отпущу, – заверил ее Андрей, – это я как врач тебе говорю.

– А что сталось с бандитами?

– Они оказались матерыми рецидивистами. Их везли для передачи российским правоохранительным органам, но по дороге они сбежали, убив двух охранников и ранив водителя. Их разыскивали несколько дней и нас очень благодарили за поимку. Правда, теперь не знаю, передадут ли их России, так как они убили двух граждан Румынии и могут быть осуждены теперь и в этой стране.

– И хорошо, что в России этих отморозков не будет, своих хватает! Хотя лучше бы они сидели у нас, хуже российских тюрем, говорят, нет нигде.

– Добрая ты…

– А ты себя видел? Под обоими глазами фингалы, и губы словно после силиконовых инъекций.

– Ну да… потрепали меня немного, – согласился Андрей. – Так чем я могу искупить свою вину перед самой смелой женщиной на свете?

– Я подумаю… – нахмурила Яна брови. – Раз уж я осталась одна, без своего молодого человека, то я требую легкого флирта, переходящего в тяжелую оргию. Шучу! – сказала Яна, заметив, как он на нее посмотрел. – Давай проведем один день вместе, и ты будешь забавлять меня рассказами о вампирах и старых замках. Я люблю все загадочное, ты же знаешь, что я не меняюсь.

– Идет, – согласился Андрей, – только когда ты сможешь встать.

– Да хоть сейчас! – резко вскочила она на ноги и повалилась на руки Андрея. – Ой, что-то голова кружится.

– Не торопись! Пообещай мне сегодня вести себя прилично и послушно, оставаться в кровати, а завтрашний день мы проведем так, как ты хочешь.

Андрей остался с Яной в качестве сиделки и выполнял все ее капризы – кормил с ложки, открывал и закрывал окна по первому ее требованию. Яна вовсю наслаждалась своим положением, правда, больше не напоминала Андрею, что она и покалечилась благодаря его неуемному темпераменту. Оксана ни разу не пришла Яну навестить, но и не препятствовала тому, что Андрей почти безвылазно находился у нее в комнате. Видимо, она все-таки была благодарна Яне за свое спасение. За окном стемнело, Андрей расположился в кресле, скрестив руки на груди. Яна лежала в кровати и чувствовала себя значительно лучше, видимо, действовали обезболивающие лекарства, которые они принимали на пару с Андреем. К ней в комнату пришла и Ника в большом банном халате, из ворота которого трогательно торчала ее худая шейка.

– Если ты обитаешь в замке, в котором предположительно жил Дракула, значит, ты должен знать о нем, – сказала Яна, – расскажи, ведь мы все оказались в Румынии фактически у него в гостях.

– Это историческая личность.

– Значит, это не выдумка? Дракула не выдумка? – спросила Ника, которая полностью наслаждалась отдыхом, предоставленным ей Яной. – И он был вампиром? – выдохнула Ника.

– К вампирам он никакого отношения не имеет, – ответил Андрей.

– На самом деле он был мягкий и пушистый… – прошептала Яна.

– Нет, он был больной человек, я имею в виду психически, – пояснил Андрей, – князь Влад был рожден от родителей – близких родственников, как многие дети в семьях правителей, поэтому страдал психическим расстройством в виде излишней агрессии и садизма. А когда он пришел к власти, то смог воплотить свои патологические наклонности в жизнь. В то время на Румынию нападали войска турок. Они доставляли много горя местному населению, убивали, насиловали, угоняли в плен. Влад решил освободить свою страну от этих врагов, и ему это удалось.

– Уж на кого только эти турки не нападали, – прокомментировала Ника, во все глаза смотря на Андрея и ловя каждое его слово.

– И от всех получили по шее, а больше всего от нас, русских, – подтвердила Яна, сидя со скошенными к носу глазами, словно медитируя, и стараясь не замечать влюбленных взглядов, которыми Ника одаривала Андрея.

– Влад со своим войском, в котором царила строжайшая дисциплина – за малейшее непослушание или бегство с поля боя воинов сажали на кол, – пленил несколько тысяч турок. После он велел их всех посадить на колья, расставив их вдоль дорог, по которым турки нападали на страну.

– Какой ужас! Какая жестокость! – ахнула Ника.

– Наглядное пособие, причем очень убедительное, – мрачно подтвердила Яна.

– Совершенно верно. Когда следующее турецкое войско пошло в Румынию и увидело гниющие трупы на кольях, они в ужасе повернули обратно. Так Румыния была освобождена от нашествия турок, а Влад получил прозвище Цепеш, что значит «сажатель на кол», «прокалыватель».

– А сколько лет он правил? – спросила Яна.