Единожды солгав - Харлан Кобен

Она оделась и пошла будить Лили.

Полчаса спустя Майя с Лили были в детском саду. Мисс Китти встретила их в костюме какой-то диснеевской принцессы, которую Майя не смогла опознать.

– А ты, Лили, не хочешь тоже нарядиться принцессой?

Лили кивнула и ушла с мисс Китти, даже не помахав матери на прощание. Майя вернулась в машину и запустила детсадовское приложение. Лили натягивала костюм Эльзы из «Холодного Сердца».

«Отпусти и забудь!» – настойчиво крутилось в голове у Майи, когда она отъезжала от сада.

Она включила радио, чтобы перебить навязчивую песенку какой-нибудь мутью из утренних программ. Знали бы ведущие утренних радиопередач, какой бред они несут в эфире. Майя переключилась в АМ-диапазон – господи, неужели еще остались те, кто до сих пор его слушает? – и настроилась на новостной канал. Его практически армейская четкость и предсказуемость действовали на нее успокаивающе. Новости спорта в начале каждой пятнадцатиминутки. Дорожная обстановка каждые десять минут. Мысли Майи, впрочем, были заняты другим, и радио она слушала едва ли вполуха, когда ее внимание привлекло одно сообщение.

– Скандально известный хакер Кори Компроматчик пообещал на этой неделе обнародовать целый ряд новых разоблачений, которые, по его заявлению, не только станут неприятной неожиданностью для ключевых фигур нынешней администрации, но и неминуемо приведут к их отставке, а также, вероятно, и к судебному преследованию…

Вопреки всему, вопреки своим собственным словам о том, что Кори Компроматчик ничего больше не может ей сделать, Майя почувствовала, как ее вновь охватывает дрожь. Шейн тогда задавался вопросом, почему Кори не выложил всю запись целиком и не дожидался ли он удобного момента, чтобы вбросить бомбу покрупнее, – и да, выбор слова был достоин грустной усмешки. Она, разумеется, тоже задавалась этим вопросом. Про Майю Штерн все уже успели забыть, но потенциал у этой истории все еще был. Большие секреты не остаются секретами. Они обладают свойством выплывать наружу, когда ты меньше всего того ждешь, – еще долго расходясь, как круги по воде, аукаясь всем вовлеченным и нанося – Майя вновь подумала о том, как часто и незаметно армейский жаргон проникает в нашу повседневную речь, – обширный сопутствующий урон.

Фарнвуд представлял собой классическое богатое поместье. До знакомства с Джо Майя была уверена, что подобные места остались только в исторических романах и в фантазиях. Как же она ошибалась. Она подъехала к воротам, которые обслуживал Моррис. Он охранял эти ворота с начала восьмидесятых, а жил в том же самом жилом комплексе для обслуги, что и семья Изабеллы.

– Привет, Моррис.

Тот, по своему обыкновению, ответил ей неприветливым взглядом, который немедленно напомнил Майе о том, что она получила право находиться в этом поместье лишь благодаря замужеству, а отнюдь не по рождению. Впрочем, сегодня взгляд Морриса показался ей неприветливее, чем обычно, что можно было объяснить скорбью по поводу гибели Джо или, что было более вероятно, слухами вокруг Изабеллы и эпизода с перцовым баллончиком. Моррис неохотно нажал на кнопку, и ворота начали открываться так медленно, что невооруженным взглядом заметить это было довольно трудно.

Майя въехала по пологому холму, миновала покрытый травой теннисный корт и полноразмерное футбольное поле – «Мы называем его площадкой», пояснил ей как-то Джо, но ни то ни другое на памяти Майи не использовалось ни разу – и покатила к особняку в стиле Тюдоров, который напоминал ей шикарный дом Бэтмена из старого фильма. Она почти ожидала увидеть высыпавшую навстречу ей ораву мужчин, одетых для охоты на лис, но у двери стояла лишь ее свекровь Джудит. Майя припарковалась перед вымощенной камнем дорожкой.

Джудит была исключительно красивой женщиной. Миниатюрная, с огромными, широко распахнутыми глазами и изящными кукольными чертами, она выглядела моложе своих лет. Часть этой красоты была рукотворной – инъекции ботокса, возможно, что-то еще вокруг глаз, – но все проделано с исключительным вкусом, и своему моложавому виду Джудит, похоже, обязана то ли генетике, то ли ежедневным занятиям йогой. Ее фигура до сих пор притягивала взгляды. Мужчин по-прежнему к ней влекло – ее внешность, мозги, деньги, – но, если она с кем-то и встречалась, Майя об этом ничего не знала.

– Думаю, у нее есть тайные любовники, – сказал как-то раз Джо.

– Почему тайные?

Но Джо лишь пожал плечами в ответ.

Ходили слухи, что в студенчестве Джудит была хиппи. Майя этому верила. Если приглядеться, в глазах и улыбке свекрови до сих пор можно было увидеть что-то неукротимое.

Джудит спустилась с крыльца ей навстречу, но остановилась на второй ступеньке снизу, так что они с Майей практически сравнялись в росте. Женщины обменялись поцелуями, но взгляд Джудит все это время был устремлен мимо Майи.

– А где Лили?

– В детском саду.

Майя ожидала увидеть на лице свекрови удивление. Ее ожидания не оправдались.

– Тебе нужно уладить это недоразумение с Изабеллой.

– Она вам рассказала?

Джудит не снизошла до ответа.

– Так помогите мне его уладить, – попросила Майя. – Где она?

– Я так поняла, она куда-то уехала.

– Надолго?

– Не знаю. Предлагаю тебе пока заменить ее Розой.

– Лучше не надо.

– Ты же знаешь, что она вынянчила Джо.

– Знаю.

– И?..

– Лучше не надо.

– Значит, ты будешь водить ее в сад? – Джудит неодобрительно покачала головой. – Много лет назад я имела дело с детскими садами – в профессиональном плане. – Джудит была лицензированным психиатром и до сих пор дважды в неделю вела прием пациентов в офисе в фешенебельном районе Манхэттена. – Помнишь нашумевшие дела о насилии над детьми в восьмидесятых и девяностых?

– Конечно. А вас разве привлекали в качестве эксперта?

– Что-то в этом роде.

– Я думала, обвинения признали ложными. Списали на детские фантазии и тому подобное.

– Да, – кивнула Джудит. – Воспитатели были оправданы.

– И?..

– Воспитатели были оправданы, – повторила она еще раз, – но система в целом – едва ли.

– Я вас не понимаю.

– Этими детьми было очень просто манипулировать. Знаешь почему?

Майя пожала плечами.

– Подумай вот о чем. Дети выступили с этими жуткими историями. Я задаю себе вопрос: почему? Почему эти дети с такой готовностью говорили то, что хотели от них услышать родители? Может быть – это всего лишь мои предположения – может быть, если бы родители уделяли им больше внимания…

А вот это уже, подумалось Майе, изрядная натяжка.

– Понимаешь, я знаю Изабеллу. Знаю ее с самого детства. И я ей доверяю. А этих людей из детского сада я не знаю и не доверяю им. И ты их тоже не знаешь и потому не можешь им доверять.