Удар новичка - Джеймс Хедли Чейз

– Хорошо, Чэд. Прости, что разбудила тебя. Спокойной ночи.

– И тебе спокойной ночи! – Я раздраженно бросил трубку.

Каким-то образом этот телефонный звонок испортил царившее меж мной и Евой согласие. До него спальня представлялась маленьким и таким уютным мирком, в котором было место только для нас с Евой, словно каюта на гондоле, тайное укрытие, где нам было так хорошо вдвоем. Звонок Вестал разрушил очарование тайны, и спальня стала как бы открытой для всеобщего обозрения. Вестал словно присутствовала в каждом углу.

– Я ухожу, Чэд, – сказала Ева.

– Будь она проклята. Ей приснилось, что она теряет меня.

– Мне кажется, она что-то подозревает.

– Знаю. Не уходи, до рассвета еще три часа.

– Нет. Мне плохо. Я буквально ощущаю, как она смотрит на нас.

– Да, у меня такое же чувство.

Я подошел и попытался обнять Еву, но она отстранилась.

– Нет, Чэд, не нужно.

– Тогда завтра ночью. В это же время. Может, я приду к тебе?

– Бедный Чэд, ты так плохо ее знаешь! Завтрашней ночи для нас уже не будет. Вестал обязательно вернется.

– Не может быть! Ведь она же должна еще вручать награды. Разве она бросит все, не добыв до конца торжеств?!

– Увидишь, я буду права.

И в самом деле Ева не ошиблась. Возвращаясь вечером из офиса, я увидел перед входом в дом «роллс-ройс». Вестал ждала меня на террасе.

Та ночь с Евой, когда мы дали волю пожиравшей нас дикой страсти, оставила меня неудовлетворенным. Я пытался убедить себя в том, что, не вернись Вестал и проведи мы вместе еще одну ночь, я не испытывал бы такого разочарования. Но я знал, что обманываю сам себя. Я никогда не смог бы вдоволь насытиться Евой: я хотел ее постоянно, она вошла в мою плоть и кровь, чего не удавалось сделать еще ни одной женщине.

Присутствие Вестал доводило меня до безумия. Я буквально лез на стену от одного только ее вида, не говоря уже о чем-то другом. Но должен был притворяться не только спокойным, но и любезным. Сколько же времени я смогу играть роль любящего мужа? Рано или поздно она почувствует мою ненависть, стеной стоявшую между нами.

Спустя три дня после своего неожиданного возвращения Вестал вошла в мой кабинет.

– Чэд…

Я отложил в сторону биржевую сводку и недоуменно взглянул на миссис Винтерс.

– Я занят, Вестал. Неужели ты не видишь?

– Завтра я устраиваю небольшой вечер. Будет только несколько старых друзей. Среди них и лейтенант Леггит. Ты не составишь нам компанию?

– Что за вопрос? – рассеянно откликнулся я, почти не вникая в смысл ее слов. – А теперь будь хорошей девочкой и не мешай мне, ладно? У меня масса работы, которую необходимо закончить к вечеру.

Если бы еще два месяца назад кто-либо только заикнулся, что я вот так буду разговаривать с Вестал и это сойдет мне с рук, я наверняка решил бы, что у бедняги не все в порядке с головой. Но произошло то, чего никак нельзя было ожидать. Мне все прощалось. Я говорил бесцеремонно и грубо, даже не поднимая головы. А Вестал так боялась потерять меня, что сносила любое обращение, только бы я оставался с ней. Ее любовь позволяла мне делать все, чем я и пользовался. Но, я хотел большего: чтоб Вестал не требовала ответной любви к ней.

– Все в порядке, дорогой, – покорно согласилась она. – Пойду к себе и переоденусь.

Едва она вышла, я раздраженно отбросил бумаги в сторону, закурил и смешал себе коктейль.

Я пытался представить себе, где сейчас Ева. Я не видел ее целый день. После той ночи мы встретились с ней только раз, случайно, и всего на секунду. Но она была во мне постоянно, и память о ней ныла, как незаживающая рана.

Одним глотком выпив напиток, я вышел в холл. Мне немедленно нужно было увидеть ту, что сводила меня с ума. До сих пор я еще не побывал в комнате Евы, но резонно предположил, что в данный момент мисс Долан находится в приемной кабинета Вестал.

Так оно и было: Ева сидела за столом, разбирая обширную почту. Когда я вошел, подняла голову и бесстрастно взглянула на меня.

– Она переодевается наверху, – прошептал я. – Ева, я все время думаю о тебе. Давай встретимся где-нибудь в четверг.

– Нет! – яростно выдохнула она. – Я же тебе сказала! Мне необходимо навестить мать. И перестань беспокоить меня!

– Неужели моя любовь для тебя ничего не значит? – в отчаянии спросил я.

Девушка резко поднялась и, выйдя из-за стола, направилась к двери. Я схватил ее за руку и рывком повернул к себе.

– Ева! Я больше не могу ждать! Ты должна что-нибудь придумать!

– Оставь меня в покое!

Она вырвалась, толчком распахнула дверь и быстро пересекла холл, направляясь к лестнице.

Я оперся о стол. Лицо горело, в висках толчками стучала кровь. Мягкий звук приближающихся шагов заставил поднять голову: Харгис почтительно застыл в дверном проеме. Но во взгляде его читалось неприкрытое подозрение.

– Что вы хотите? – рявкнул я.

– Я только собирался задернуть шторы, сэр, – пролепетал он. – Но если я вам мешаю…

Я прошел мимо слуги и направился к лестнице.

Дом был полон шпионов и доносчиков. Я чувствовал себя в нем, как в стеклянной клетке. Отовсюду на меня смотрели чужие, ненавидящие глаза, старающиеся разглядеть самые потаенные глубины моей души.

Направляясь в свою гардеробную, я шел по длинному коридору, куда выходило много дверей, и я, поглощенный неотвязными мыслями об Еве, не заметил, как миновал свою комнату и оказался в конце его.

Я раздраженно повернулся, чтобы пойти назад, как вдруг увидел небольшой коридорчик, под прямым углом отходящий от главного, где стоял я. Он заканчивался тупиком, и там находилась только одна дверь.

Всего в этом громадном здании около тридцати комнат предназначалось для гостей, но было непохоже, чтобы и за этой, обособленной от других дверью скрывалось такое же помещение. И оно было слишком изолированным, чтобы служить туалетом или ванной.

И вдруг меня охватило предчувствие, что это и есть спальня Евы.

Кинув взгляд в оба конца коридора, чтобы убедиться в отсутствии посторонних, я шагнул в коридорчик и остановился у заинтересовавших меня дверей, весь превратившись в слух.

Там стояла мертвая тишина, потом донесся шорох, и я понял, что в комнате кто-то есть. Я уже собрался постучать, как вдруг услышал щелчок снимаемой трубки телефона.

Я замер, прижав ухо к двери. До меня отчетливо донесся голос Евы:

– Это ты, Ларри? – спросила она. – Я приду в четверг. У нее званый вечер, так что я смогу задержаться попозже… Да, раньше часа он не закончится. Встретимся у отеля «Атлантик» в семь. Тебя это устраивает? – После длительной паузы произнесла еще: – Я тоже считаю часы, Ларри. Не опаздывай, дорогой.