Клептоманка. Звезда пленительного несчастья - Станислава Бер

"Осторррожнее!!!"

Стакан упал на пол, рассыпавшись на множество мелких осколков. Регина чертыхнулась, встала, начала их собирать.

– А-а-а! – вскрикнула она, держа особняком окровавленный палец.

"Порезалась?! Больно?!" – заволновался Гриша.

– Там. Там.

"Что там? Где?"

– В осколках я вижу Эмму. Эмму Ростоцкую.

"И что?"

– Она опять говорит мне про предательство.

* * *

Утро Архипова начиналось замечательно – завтрак с Региной, поцелуй на удачу, сонный город за стеклом автомобильного окна, и тут на тебе, сообщение от Берёзкина "Приезжай сразу в морг". Тьфу! Опять его будет трясти то ли от мертвецкого холода, то ли от тошнотворного запаха, которым пропиталась анатомка.

– Всем доброго утра! – поздоровался бодрый, не смотря на ранний час, эксперт с бородкой клинышком.

– Добрее видали, – пробурчал Берёзкин.

– Чем нас порадуешь, Мерлин? – спросил Архипов.

Эксперт напоминал ему волшебника. Колдует, колдует, а потом такими драгоценными заключениями радует следствие – разве это не волшебство?

– Что я вам хочу сказать, друзья мои. Ваша утопленница не такая уж и суицидница.

– То есть всё-таки ей помогли утонуть? – спросил Берёзкин.

– Ага. Телесных повреждений нет, как я и говорил ещё при первичном осмотре, но у неё в крови обнаружилась убойная доза снотворного. И, похоже, что она эту дозу получила вместе с чаем.

– Подожди секунду. А она могла нашего актёра зарезать, а потом утонуть? – спросил Архипов, не отпуская от себя понравившуюся версию.

– А вот фигушки! Не могла она этого сделать. Она умерла раньше вашего Брэда Питта на целые сутки.

Руслан досадливо сморщился, кивнул старшему оперуполномоченному и вышел из морга. Регина опять права.

– А знаешь, друг мой Берёзкин, кто нас с Региной настойчиво угощал чаем в Тутаевке? – в пафосном стиле бородатого эксперта спросил Архипов, жадно вдыхая свежий утренний воздух после смрада из морга.

– Кто?

– Степан Ильич, смотритель музея. Поехали, брат мой, в деревню, в глушь, на природу, – продолжал передразнивать эксперта следователь.

– Хватит уже. Знаешь же, что я с трудом переношу его. Вечно наш эксперт умничает и по-дурацки шутит.

– Может, это смотритель музея Травникову и того… утопил, а потом слёзы крокодильи льёт. Но какой у него мотив? Не пойму никак. Ладно, возьмём в плен и разберёмся. Короче, нужно нам Ильича этого потрясти.

– Надо потрясти, потрясём, – легко согласился старший оперуполномоченный.

Однако далёко уехать Архипову не удалось. Ему позвонила Регина, он развернул автомобиль, и они с Берёзкиным на всех парах помчались к ней. От сказанных женой слов сердце следователя колотилось как паровоз на длинном перегоне. Он не слушал сердце, пытаясь настроить мозг на быструю работу. Сейчас не до размазывания соплей, нужно действовать молниеносно.

В купеческом доме на пригорке, казалось, всё было спокойно. Да и тихая улица не настораживала – трели утренних птиц, ленивый лай собак, даже рыжая соседская кошка мирно спала на заборе. Руслан забежал в гостиную. Регина сидела за круглым столом и пыталась перевязать руку бинтом. Бинт тут же заалел от проступающей крови.

– Ты цела? Где болит? Кто это был? – засыпал Архипов её вопросами.

Он осмотрел жену – в порядке, обежал комнаты – нормально.

– Успокойся, пожалуйста. Я цела. Почти, – сказала Регина, покосившись на окровавленную руку.

– Рассказывай, что было, – приказал Руслан, усаживаясь рядом с ней.

Берёзкина пригласить присесть никто не догадался. Он маячил, стоя у окна, выходящего на улицу.

– Утром принесли. Через полчаса после твоего ухода, – сказала Регина, указывая на фруктовый букет в корзинке.

Цветы, вырезанные из яблок, груш, абрикосов, экзотических плодов, и ягоды, насаженные на острые палочки, поместили в круглую плетённую корзинку. Любят сейчас заморачиваться с подарками. И как Архипов не заметил её сразу? Корзинка была немаленькой и занимала четверть стола. Рядом лежала сорванная упаковочная плёнка и красная ленточка. По зелёной скатерти важно расхаживал Гриша, загораживая оригинальный подарок от хозяйки.

– Я обрадовалась. Мне как раз с утра так фруктов захотелось, – продолжала рассказ Регина.

"Тебе всегда их хочется", – заметил ворон.

– Потянулась к винограду, а Гриша как налетел на меня и клюнул в руку.

– Григорий, в чём дело? Зачем? – спросил Руслан, округляя глаза от удивления.

– Он говорит, что виноград отравленный, – выпалила Ростоцкая, потом поправилась. – Ну, не говорит, а как бы намекает. Я тоже что-то почувствовала, когда пригляделась к корзинке.

– Так. Интересно, интересно. От кого этот фруктовый букет?

– От тебя, – сказала Регина и подала ему сопровождающую записку.

"Любимой жене и маме моего будущего сына. Руслан"

– Я не отправлял никаких букетов. Я в морге был. Там другие цветочки.

– Тогда кто его послал?

– Значит так. Команда "Вольно!", отдыхай пока. Никуда не выходи. Грише отдельная благодарность от командования.

"За что?"

– За что? – повторила за вороном Ростоцкая.

– За бдительность. Я забираю корзинку на экспертизу.

Архипов поцеловал Регину, взял загадочно-опасный подарок и уехал. В лаборатории он не отходил от эксперта, пока тот не подверг фрукты проверке и не подтвердил – виноград отравлен. Берёзкин тем временем выяснил, что такие подарки организовывает компания "Вкусный букет".

– Представляешь, они даже букеты из колбасы и ветчины делают. Подарок на 23 февраля, ну или день рождения, – увлечённо рассказывал старший оперуполномоченный по телефону. – Красиво, вкусно и полезно.

– Кто заказал ЭТОТ букет? – строго спросил следователь друга.

– Неизвестно. Вчера похожий подарок отвезли не на адрес Регины, а на автостанцию. Там и передали заказчику. Он расплатился наличными.

– Возраст, приметы? – торопил Архипов коллегу.

– Курьер не смог вспомнить. Говорит, обычный гражданин.

– Твою ж дивизию! – выругался следователь в трубку. – И Регина говорит, обычный парень принёс ей эту посылку.

– Кстати, курьеры компании в фирменной одежде развозят подарки. А к твоей жене приходил посыльный в обычной футболке и джинсах.

– Значит, злоумышленник заказал фруктовый букет, забрал его на автостанции, потом вкачал в виноград яд и с улыбкой вручил Регине. Она кому-то серьёзно перешла дорогу.