Теснина - Майкл Коннелли

Наутро после прибытия Рейчел Уоллинг в Лас-Вегас участники операции под кодовым названием "Дорога XXYXZ" собрались на совещание в кабинете на третьем этаже здания, названного в честь Джона Лоренса Бейли, агента, убитого двадцать лет назад во время ограбления банка. Те, кто не смог прибыть лично, присоединились к коллегам по селектору. Окон в кабинете не было, да и вентиляция работала плохо. Со стены на присутствующих строго взирал Джон Бейли.

Участники расселись за столики, расставленные рядами по кабинету. За отдельным столом, в центре, устроился Рэндел Алперт. Тут же было установлено телевизионное устройство, соединенное с таким же кабинетом в Квонтико, штат Виргиния. На экране появилась готовая к докладу агент Брасс До-ран. Рейчел сидела во втором ряду, одна. Она знала свое место и отнюдь не стремилась этого скрывать, напротив, демонстрировала открыто.

Алперт начал с того, что попросил всех представиться. Сначала Рейчел решила, что это – жест вежливости в ее сторону, но потом стало ясно, что тут многие не знакомы друг с другом.

Первым прозвучало имя Доран; она была командирована в Квонтико для сбора информации, а также представляла там интересы национальной лаборатории. Затем Алперт еще раз попросил каждого назваться и обозначить свою должность. Первой оказалась Черри Дей – следователь. Затем – ее напарник Том Зиго. Далее – Джон Китс, представитель местного отделения ФБР, единственный чернокожий среди присутствующих.

Следующие четверо представляли науку – двух из них Рейчел видела накануне. Это были отвечающая за раскопки антрополог-криминалист Грета Кокс, медики Харви Ричардс и Дуглас Сандин, эксперт Мэри Понд. Следом за Эдом Ганнингом, еще одним сотрудником отдела поведенческих наук в Квонтико, подошла очередь Рейчел. Она оказалась последней.

– Агент Рейчел Уоллинг, – представилась она. – Местное отделение Бюро в Рапид-Сити. Раньше служила в поведенческом. У меня... э-э... есть некоторый опыт подобных расследований.

– Отлично, отлично, благодарю вас, Рейчел, – поспешно вмешался Алперт, опасаясь, возможно, что она назовет имя Роберта Бэкуса.

Из этого Рейчел сделала вывод, что не все тут осведомлены о ключевом моменте дела. Возможно, среди непосвященных – Китс, а также некоторые из ученых.

– Так, начнем с науки, – предложил Алперт. – Как там у вас, Брасс, есть что-нибудь?

– По части науки лично у меня ноль. Да и откуда? Зря, что ли, вы целую команду набрали? У них и спросите. Привет, Рейчел. Тысячу лет не виделись.

– Привет, Брасс, – негромко откликнулась Рейчел. – Действительно, не виделись бог знает сколько.

Она встретилась взглядом с давней сослуживицей. Восемь лет! Вот сколько прошло с их последней встречи. Доран выглядела усталой, под глазами и в уголках рта обозначились морщинки, волосы пострижены коротко, стало быть, не слишком много времени она им уделяет. По классификации Рейчел, Доран была эмпатом, и годы брали с этой женщины щедрую дань.

– Неплохо выглядишь, – улыбнулась Доран. – Похоже, свежий воздух и сельская местность тебе только на пользу.

Тут вмешался Алперт, избавив Рейчел от необходимости возвращать вымученный комплимент.

– Грета, Харви, кто первый?

– Наверное, я, ведь все начинается с раскопок, – вызвалась Грета Кокс. – Вчера к семи утра были извлечены восемь трупов, все они в Неллисе. Сегодня, как только вернемся, займемся девятым. Картина одна. Все тела помещены в пластиковые мешки и...

– Грета, у нас запись, – прервал ее Алперт. – Как можно больше подробностей. Докладывайте так, словно обращаетесь к непосвященной аудитории. Ничего не пропускайте.

"За вычетом Роберта Бэкуса", – подумала Рейчел.

– Как скажете, – кивнула Кокс. – Итак, восемь извлеченных из земли трупов. Все полностью одеты. Высокая степень разложения. Руки и ноги связаны клейкой лентой. У всех на голове целлофановые пакеты, в свою очередь, закрепленные клейкой лентой на шее. Во всех случаях одно и то же, даже между первыми двумя жертвами никаких различий. Это необычно.

Накануне вечером Рейчел разглядывала фотографии – ими была целиком обклеена одна из стен трейлера. Со всей очевидностью можно заключить, что людей душили. Хоть пакеты особенной прозрачностью и не отличались, по лицам и мучительно открытым ртам видно: несчастные тщетно пытались глотнуть воздуха. Все это напомнило Рейчел фотографии жертв войны. Трупы, извлеченные из земли в местах массовых захоронений в Югославии и Ираке...

– А что в этом необычного? – поинтересовался Алперт.

– Видите ли, как правило, план убийств формируется постепенно. За неимением лучшего определения я бы сказала – он совершенствуется. С каждой новой жертвой наш маньяк действует все более умело. Это следует из всех данных, которыми мы располагаем.

"Маньяк", – отметила про себя Рейчел. Стало быть, Кокс используют втемную, она и понятия не имеет, что ФБР-то знает его имя.

– Так, с этим разобрались, способ убийства один и тот же, – констатировал Алперт. – Что-нибудь еще?

– Только то, что послезавтра с раскопками мы скорее всего закончим. Разве что пробы почвы сюрприз подкинут.

– А вы что, все еще берете пробы?

– Ну да, когда есть время. Хотя вообще-то после вчерашних открытий мы углубились футов на шестьдесят – и ничего. Да, и не далее как вчера вечером мы получили сообщение из Неллиса, что термальная обработка тел ничего нового не показала. Так что, мне кажется, мы обладаем всей полнотой информации.