Билет в газовую камеру - Джеймс Хедли Чейз

– У меня дома случайно сохранилась непочатая бутылка отличного виски.

Эдди резво вскочил на ноги.

– Сразу надо было об этом сказать! – рявкнул он. – Где моя шляпа?

По дороге Эдди болтал о футболе. Он совершенно не разбирался в нем, но любил делать вид, будто знает обо всем на свете. Я не мешал ему болтать, думая о предстоящем деле.

Дома я усадил его в кресло, поставил бокалы и бутылку виски.

– Прежде чем мы напьемся, Мо, – начал я, – открою тебе карты. Я очень хочу, чтобы ты мне помог.

Эдди усмехнулся, но ничего не сказал.

– Мне обещали десять грандов, если я разберусь в деле Бесси.

– Как это? – резко сказал Эдди. – Кто обещал тебе деньги?

Я развел руками.

– Пока это секрет. Но десять тысяч – большие деньги. Да я уже и сам догадываюсь, что в деле Бесси что-то не так. Очень уж все это смахивает на инсценировку: кто-то подставил Бесси.

Эдди встревожился.

– Лучше брось ты все это, Ник, – сказал он серьезно. – Можешь нажить такие неприятности на свою задницу…

– Давай забудем про анатомию. Расскажи все, что ты знаешь.

Он на мгновение задумался.

– Ларри Ричмонд был президентом «Маккензи Корпорейшн», – медленно начал он, не сводя с меня немигающих глаз. – Акции компании имеются у многих. Сам понимаешь, эти люди не чета нам – у них солидный вес в экономике.

Я наклонился вперед и подлил ему еще порцию виски. Он расценил этот жест по-своему.

– Не лезь в эту грязь, Ник! Закроем тему и…

– Продолжай.

– Странностей здесь хватает. Ричмонд лично вел дела, продавая акции. Кстати сказать, они никогда не были в свободной продаже. Ну, а уж что за птица был Ричмонд, тебе не надо говорить. Пара слов на великосветском рауте, слушок на бирже… якобы из его уст. Купились многие. Его акции хорошо шли. – Он замолчал, оценивающим взглядом измеряя количество виски. – И если теперь, после смерти Ричмонда, всплывет что-то, в любом случае это будет весьма неприятное известие для держателей акций.

Я не торопил его. Для меня это действительно было новостью, но я предпочитал помалкивать.

Эдди наконец оторвал взгляд от бутылки виски и глянул мне в глаза.

– Даже мой босс имеет акции «Маккензи Корпорейшн». А раз так, мне не надо говорить о его реакции на развитие событий. Ха! Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться – эта фирма занимается грязными делишками. Но, поскольку все получали на лапу, и, заметь, не слабо, каждый боялся лишний раз поинтересоваться, откуда все это берется.

– А поконкретнее?

– Увы… – Эдди пожал плечами. – В том-то и дело, что одни догадки и предположения.

– Бесси как-то был связан со всем этим?

– Это уж точно. Он многим не нравился. Но! Ричмонду он нравился, а это о многом говорит. Но скорее всего он где-то сказал не то, что следует. На его беду, он слишком много знал о тайных делишках фирмы. А раз так – почему бы не сделать его козлом отпущения, обвинив в реальных и нереальных грехах? На него повесили убийство, и он не смог от этого откреститься. Сейчас Бесси нет, так что забудь о нем.

– А кто такой Лу Спенсер?

Эдди бросил на меня настороженный взгляд.

– Спенсер был правой рукой Ричмонда. Прежде всех именно его взяли за убийство Ричмонда.

– Так это Лу убил Ричмонда?

Эдди побледнел.

– Я бы не утверждал это на все сто процентов, но…

– О'кей, – перебил я. – Ты дал мне исчерпывающую информацию. Благодарю.

– Надеюсь, ты не будешь искать приключений на свою голову? – Эдди поднялся.

Но по его глазам я понял, что он боится за меня.

– Может быть, займемся расследованием вместе? – предложил я. – Гонорар пополам. Да, кстати, поговаривали, что Ричмонд отбил у Бесси девушку, и тот убил его из ревности.

– Был такой слушок, – кивнул Эдди.

– И кто она?

Мо задумался.

– Француженка. Проститутка. Ее куда-то спрятали, чтобы присяжные не вызвали ее в суд в качестве свидетеля. Но до этого дело не дошло. Блонди так никто и не вызывал.

– Она профессиональная проститутка?

– Разумеется… Бесси любил девиц подобного разряда.

– Не помешает повидать ее, – сказал я. – Это может оказаться полезным.

– Я не знаю, где она живет, но по ночам она часто бывает в «Хоч-баре».

Похлопав его по спине, я толкнул Эдди в направлении двери. Уже на пороге он остановился.

– О'кей, парень, я ухожу. Но все же скажи, кто мог предложить тебе десять грандов?

– Моя тетя Белла.

– Ты имеешь в виду дочь тети Фанни?

Вытолкав его, я запер дверь, вытащил из бара еще одну бутылку виски и прошел в спальню. Выпив почти четверть бутылки, я медленно разделся и лег, размышляя, с чего начать. Меня не очень беспокоила финансовая сторона дела, и времени у меня было более чем достаточно. Я зарабатывал на жизнь тем, что писал статьи на всевозможные темы и рассылал по редакциям. Редакторам моя писанина нравилась, и я получал приличные гонорары. Квартира у меня достаточно удобная, а денег хватает на то, чтобы пить двадцать четыре часа в сутки. Допустим, я начну расследование, и об этом пронюхают. Маккензи или еще кто-нибудь. Наверняка кто-то предупредит меня… но все же я рискую нарваться на большие неприятности и многое потерять. Да, невеселые перспективы. Я закурил сигарету, подлил виски в бокал и поставил на столик рядом с кроватью. И в этот момент раздался телефонный звонок. Ничего себе! Я глянул на часы. Половина третьего. Кто бы это мог быть?

– Да?

– Ник Мейсон?

Услышав твердый металлический голос, принадлежащий, как ни странно, женщине, я сел. Рука сама собой потянулась за бокалом, чтобы подкрепиться. Я не мог не узнать этот голос. Четыре дня назад эта женщина позвонила мне. Не называя себя, предложила мне побывать на казни Бесси, чтобы услышать его последнее слово. Чтобы я не подумал о том, что она разыгрывает меня, тут же пообещала заплатить десять тысяч долларов. Она повесила трубку, едва я попытался узнать, кто она.

Я был донельзя заинтригован. И вот сейчас таинственная незнакомка вновь звонит мне. Я безошибочно узнал ее твердый звонкий голос.

– Да, это я, беби.

– Вы ходили?

– Разумеется.

– И…

– Он умер. Я слышал его последние слова: «Это сделал Лу Спенсер».

Незнакомка тяжело вздохнула.

– Он так и сказал?

– Да… Но послушайте! Какое это имеет отношение к вам?