Каменное сердце - Марина Серова

— И что?

— Так вот, — продолжил Кудряшов, — мой друг был одним из лучших… — Саша всхлипнул.

— Так что же произошло?

— Вот это я и прошу вас, Танечка, выяснить, — Саша поднял на меня заплаканные глаза и посмотрел проникновенно.

— Так, хорошо. Но мне нужны какие-то исходные данные. Нужно знать все подробности, я не могу вот так с ходу взять и выяснить обстоятельства его смерти. Вы знаете, были ли у вашего друга враги, недоброжелатели? Кто вообще мог желать его смерти?

— Да что вы! — театрально всплеснул руками Кудряшов. — Какие враги? Какие недруги? Женя был… Он был такой замечательный…

— А что же тогда такого замечательного Женю взяли да и грохнули? — ляпнула я.

— Не надо так! — грозно проговорил Саша, резко выпрямившись в кресле. — Не говорите так о человеке, которого вы совсем не знали, — Кудряшов отвернулся. Потом, помолчав немного, снова развернулся ко мне и спросил: — Вы возьметесь? Я просто не понимаю, как вы могли не слышать об этом происшествии? — возмущенно проговорил он. — Весь город уже который день только и говорит о нем.

— Ну, а я вот не слышала, извините, — съязвила я. Меня взбесило то, что какой-то голубой парнишка высказывает недовольство, что я не слышала о том, как грохнули какого-то другого голубого.

— Танечка, пожалуйста, — просительным тоном произнес Саша. — Я просто не знаю, к кому еще обратиться. В милиции, по-моему, не будут этим делом особенно заниматься. Вы меня понимаете? Но ведь кто-то же его убил…

— Да как я могу начать что-то выяснять, если вы мне ничего толком не можете рассказать! Только всхлипываете и вздыхаете…

Кудряшов снова жеманно вздохнул и мрачно задумался. Потом вдруг просветлел лицом и неожиданно заявил:

— А знаете, мне кажется, что я знаю, кто может быть причастен к его смерти, — проговорил он.

— Так пойдите в милицию и расскажите об этом, — посоветовала я.

— Да что вы! — всплеснул руками Саша. — Там даже и слушать не будут. Тем более там такой человек… — Кудряшов многозначительно закатил глаза, что, видимо, должно было означать, что тот, о ком он говорит, не самый последний лох в Тарасове. — И к тому же… — Саша потупил взгляд, — вы же понимаете, как грубые солдафоны относятся к людям творческим. Тем более к таким, каким был Женя.

— О господи! — взмолилась я. — Ну, хорошо. Давайте с этого места поподробнее.

— Понимаете, я не сказал самого главного, — начал Саша, уложив руки на коленях. Боже мой, как он меня уже утомил! — Я вам не сказал одну вещь. Дело в том, что Женя, он всегда был не таким, как большинство мужчин…

— Это я уже поняла, — устало произнесла я. — Он был гомосексуалистом. Дальше.

— Нет, вы не поняли, — настойчиво проговорил Кудряшов. — Вы, видимо, не знаете разницы между гомосексуалистами и тем, кем был Женя.

— А что, у вас еще и подразделения имеются? — ядовито спросила я, но Саша не обиделся на мое высказывание. Я была нужна ему, поэтому ему приходилось терпеть мое отношение к нему в частности и к людям, подобным ему, вообще.

— При чем здесь подразделения? — терпеливо спросил он. — Дело в том, что Женя не был рядовым гомосексуалистом…

— Ага, — перебила я Кудряшова. — Он был выдающимся гомосексуалистом. Я уже слышала от вас, что он был ведущим… или, как там у вас это называется…

— Нет, речь не об этом, — невозмутимо произнес Саша. — Просто с детства Женя ощущал себя не тем, кем родился. Он всегда знал, что его женская сущность была помещена не в то тело. В мужское тело. И очень сильно страдал из-за этого, — Кудряшов не обратил внимания на мой тяжелый вздох. — Так вот. Совсем недавно Женя все же решился на отчаянный, но вынужденный шаг: он собрался сделать операцию по перемене пола. Он всегда был транссексуалом, поэтому дальше жить в мужском обличье не представлял для себя возможным.

— Так значит, он был не мужчиной? — изумилась я. Такого поворота дела я вовсе не ожидала и даже заинтересовалась.

— Он не был мужчиной вообще никогда, — пояснил Кудряшов. — Но ему приходилось мириться с ошибкой природы. Но потом он все же сделал операцию и наконец-то стал женщиной. Нормальной, полноценной женщиной. Сбылась его давняя мечта.

— Так он что, трансвестит?

— Фу ты, господи! — возмутился Кудряшов. — Ну при чем здесь трансвестит?! Что вы такое говорите? Как маленькая, ей-богу! Трансвестит — это совсем другое. Женя стал женщиной. Такой же, как вы, как многие другие женщины. Понимаете?

— Не понимаю. Но это неважно, продолжайте.

— Операцию ему делали в Москве, и в Тарасове мало кто знал об этом. Но и знали-то только близкие люди вроде меня, поэтому, естественно, никто не распространялся на эту тему. После того, как он вернулся в Тарасов, он стал жить нормальной жизнью. Той, о которой всю жизнь мечтал. Но недолго ему пришлось наслаждаться счастьем… — Саша снова всхлипнул и отвернулся, вытирая глаза вышитым шелковым платком.

Я подождала, пока он успокоится, достала сигарету и закурила. Наконец, минута молчания по безвинно убиенному «мужчине, ставшему женщиной» закончилась, и Саша продолжил:

— Так вот, когда он стал женщиной, он завел себе бойфренда. Здесь, в Тарасове. Естественно, не из простых… — многозначительно произнес Кудряшов. — Женя работал в престижном салоне, поэтому и клиенты у него были соответствующие. Получилось, что Женя понравился одному крутому бандиту. Они начали встречаться…

— А потом бандит узнал, что его девочка вовсе не девочка, — прыснула я. — Вот уж, наверное, для него был удар. По-моему, он, бедняга, видать, должен был покончить с собой. Кто же выдержит такое? Да и братва его не поняла наверняка.

— Зачем вы все время юродствуете? — грозно спросил Саша. — Ведь Женя уже умер, а вы так себя ведете.

— Извините, — я поняла, что веду себя на самом деле несколько неадекватно с потенциальным клиентом, но такая история… — Продолжайте.

— Они встречались какое-то время, а потом тот человек узнал каким-то образом, — Саша потупил глаза, — что Женя…

— Не совсем тот, за кого себя выдает, так? — помогла я.

— Нет, не так. Женя был нормальной женщиной, я же вам сказал. Просто есть на земле еще такие выродки, которые не способны воспринимать человека таким, какой он есть. Они слишком закомплексованы, полны предрассудков, — Саша принялся горячо защищать себе подобных. Видать, давно наболело. — Так вот: бойфренд закатил Жене скандал, они поссорились и расстались. Расстались довольно бурно. Бандит потребовал, чтобы Женя в кратчайшие сроки покинул Тарасов. Иначе… Ох, он говорил Женечке такие ужасы, — Саша закатил глаза.

— Он угрожал убийством? — спросила я, чтобы вернуть Кудряшова к действительности.

— Угрожал, — подтвердил Кудряшов. — И он мог и убить. Может, и на самом деле он и убил, — сделал вывод Саша.