Фуэте на пороховой бочке - Татьяна Луганцева

– Спасибо, – взял у нее из рук пирожки Петр.

Но видная дама уходить не спешила. Ее полные губы растянулись в улыбке, она засмущалась и стала как-то покачиваться туловищем из стороны в сторону.

– Что? – спросил Петр.

– Люблю, когда мужчины и женщины приходят вместе… Это так трогательно – познакомиться в больнице, где установлены жесткие границы – мужское и женское отделения, да к тому же нарушено физическое здоровье. Но жизнь-то идет… А что, может, вам судьба познакомиться в больнице. Что тут такого? Правильно, и здесь люди живут! Тем более, что чувство может оказаться сильным, раз перебило хворь. Вот в буфетик привели даму… и правильно… Да вы вообще очень красивая пара!

– Спасибо, вы нам наговорили очень много комплиментов и добрых слов, но мы познакомились еще до больницы. И сюда попали вместе, – ответила Настя.

– О, да вы – страстная парочка! – прокомментировала новость буфетчица, продолжая мяться у их столика.

– Что-то еще? – спросил Петр, почувствовавший неловкую, затянувшуюся паузу.

– Вы выглядите не очень больными, да и глаза у вас горят… – склонилась над ними буфетчица, колыхнув большой грудью. – Может быть, хотите коньячку? – спросила она таким умоляющим голосом, что согласиться должен был бы и язвенник, и трезвенник.

– А в больнице можно? – удивилась Настя, не сдержавшись.

– Нет, конечно… Но вот хорошим и фактически здоровым людям я иногда позволяю расслабиться. Да и, если честно, зря коньячок запрещают. В малых-то дозах он очень даже способствует выздоровлению. А как же иначе? Сосуды расширяются, давление снижается, аппетит повышается, иммунитет стимулируется. А если у человека поднимается настроение, он начинает активнее бороться со своим недугом. Ведь задерживаются в больнице только пессимисты.

Настя переглянулась с Петром. По ним было понятно, что оба они не только не страдают алкоголизмом, но даже и в данный момент выпивать не хотят. Но Петр, как и Настя, не хотел быть жестоким, а потому сказал:

– Хорошо… мы выпьем чуть-чуть коньяка.

– Чудесный выбор! Я сейчас! – оживилась буфетчица.

– Чего она так радуется? – спросила Настя.

– Думаю, наценка за коньячок здесь будет больше, чем в самом дорогом ресторане, – предположил Петр.

– Вот ведь гадство!

– Каждый крутится, как может… – философски заметил Петр. – Я сейчас не способен пойти и донести на нее кому-либо…

– Хотя было бы правильно, – отметила Настя, про себя подумав, что у Петра у самого есть судимость, вот он и относится с послаблением к криминальным склонностями других.

– В больницу попадают разные люди, хронические алкоголики тоже. Многие из них успешны в жизни, то есть по внешнему виду и не скажешь, что выпивают они каждый день. И вот когда они попадают в больницу, то испытывают большой дискомфорт, и такой буфет с «разумной» хозяйкой для них является своего рода спасением. А выпивать в больнице категорически нельзя! – продолжал размышлять вслух Петр.

– Это как во времена нашего «сухого закона» – всегда можно было поймать такси и «подлечиться» у таксиста, – внесла свою лепту в разговор о пьянстве Настя.

Петр с удивлением посмотрел на спутницу.

– Ого! Откуда такие познания? Ты же тогда еще не родилась!

– Не льсти мне, получается не очень правдоподобно. Все равно эта женщина – преступница. Она играет на порочных страстях людей, фактически на их второй болезни. «Полезно, сосуды расширяются…» Просто умора! Она предварительно диагноз уточняет, что ли? А если человеку вообще пить запрещено? Ведь пьют же и лекарства. Ой, не знаю я… Главное, чтобы сейчас в больницу не ворвались наркоманы в поисках наркотиков и не взяли нас в заложники…

– Я тоже уже привык: как только оказываюсь с тобой наедине, сразу же что-то должно произойти, – засмеялся Петр.

– Пожалуйста, – поставила перед ними два непрозрачных пластиковых стаканчика буфетчица.

– Спасибо, – ответил Петр, и она испарилась.

– Рискует… навязывается сама… – посмотрела ей вслед Настя.

– Увидела парочку и предположила, что людям надо выпить, – пожал плечами Петр и продегустировал предложенное таким не совсем стандартным способом. – Коньяк неплохой… Ну, что ж… давай поедим и выпьем.

– Давай, – согласилась Настя. – Не чокаясь!

Петр снова засмеялся, и они приступили к еде, достаточно вкусной и в меру сытной. Домашней ее назвать было, конечно, нельзя, но, по крайней мере, пюре было из настоящего картофеля, а не из порошка, а котлеты явно содержали не только хлеб, но и мясо хотя бы на добрую половину.

Настя с Петром с интересом посматривали друг на друга.

– Спасибо, что заступился за меня… ну, там… – опустила она глаза.

– Да не за что. Зачем ты вообще пошла туда! Я уже говорил с Гиви, и он объяснил мне, что меняет женщин своеобразным способом: подает анкету в разные службы знакомств и пользуется нескончаемым потоком одиноких, истосковавшихся по ласке женщин. Знакомился с ними, не отходя от кассы, что называется, чтобы не тратить время на дорогу. Фактически каждый день с новой женщиной или девушкой. Гиви открыл мне страшную тайну: дольше одной ночи блондинки у него не задерживались.

– Я так и поняла. Мне он сразу не понравился, – сказала Настя.

– А зачем ты пошла в службу знакомств? – недоумевал Петр. – У тебя проблема познакомиться самой?

– Давай мы не будем обсуждать эту тему, – предложила Настя, постукивая вилкой по тарелке. – Ты же понимаешь, любой женщине распространяться о таких вещах не очень приятно.

– Предлагаю тебе внимательнее присмотреться к мужчинам вокруг, – недвусмысленно подвигал бровями Петр.

– Ты не в моем вкусе, – ответила она весьма поспешно.

– А я чувствую флюиды. Между нами точно что-то есть, взглядами просто примагничиваемся друг к другу насмерть, – настаивал Петр.

– Между нами – катастрофа, и больше ничего, – ответила она.

– Я впервые терплю такое фиаско, – вздохнул мужчина.

– Не сомневаюсь. Но… Всегда что-то бывает в первый раз. Я вот в первый раз пошла на пенсию. Первый раз попала и в милицию, и на пожар, и на больничную койку с травмами и ожогами. Все в первый раз…

– Ожоги заживут, а вот сердце…

– Я понимаю, что ты – профессиональный обольститель, но со мной у тебя номер не пройдет, – оставалась непреклонной Анастасия.

– Ты ошибаешься! Я не обольститель и тем более не профессиональный. Ты словно из гранита!

– К сожалению, из плоти и крови. Из плоти, которая сильно болит, – покачала головой Настя.

– Ничего, все заживет. У тебя легкие ожоги, я уточнял у твоего лечащего врача. – Петр заработал челюстями, доедая мясную котлету.