Пятая девушка - Павел Агалаков

– Миша, а как ты вообще к компьютерам пристрастился? – спросил Копылов Грибина.

– Тебе правда интересно или ищешь новый повод постебаться?

– Нет, серьезно. Для меня вот комп – темный лес. Поиграть, кино посмотреть, текст напечатать, а что-то более глубокое – это увольте. – Алексей присел на край стола и с видом внимательного слушателя уставился на Михаила.

– Раньше, лет пятнадцать назад, я тоже видел в компьютере просто развлечение, но однажды мне стало интересно, почему герой игры двигается туда, куда я его направляю. Пошел я тогда на радиорынок, был такой в парке Кулибина, разыскал мужика, торгующего технической литературой, купил пару книг, прочитал и все, вуаля! – усмехнулся Грибин.

– И все? – расстроенно спросил Алексей.

– Все. А ты думал, что я какой-то секрет знаю?

– Ну да. Типа, Леха, нажмешь на эту клавишу – счастье тебе прибудет, нажмешь на эту клавишу – денег кучу выиграешь, а на эту клавишу не нажимай – с ума сойдешь. Что-то вроде этого.

– Копылов, ты в полицию из циркового училища с факультета клоунады по распределению попал?

– Ладно, Мих, это я так, для разрядки схохмил, а вообще ты молоток. Клевая идея с камерами. Пойду до Михалыча дойду, спрошу, когда поедем. О, Светлана, прошу, заходите, – в дверях появилась Красавина.

– Я тут пытался у Миши разузнать, как он хакером стал, а он меня на пару книг послал. Ну, вы тут развлекайтесь, а я к Михалычу. – Алексей выкинул пару танцевальных па и, напевая песенку, вышел из кабинета.

– Опять достает? – участливо спросила Света.

– На идиотов обижаться – себя не уважать, – философски заметил Грибин.

– Это правильно, – поддержала Красавина.

– Слушай, а ведь и правда, мы же о тебе почти ничего не знаем. Расскажи о себе.

– Да рассказывать особо нечего. Все как у всех. Родился, учился, вот только не женился. В остальном бытовая копирка – дом, работа, работа, дом.

– А как ты в подразделение попал?

– Работал я в одном оборонном НИИ, разрабатывал программное обеспечение для систем самонаведения. Все было хорошо, работа мне нравилась, белый халат, жужжание компьютеров, красота. – Грибин мечтательно вздохнул. – Однажды пришел к нам заказ от конторы, занимающейся экспортом оружия за рубеж. Нужно было написать программу для системы дистанционного управления танковыми снарядами. Представляешь, бах! – и танк, который сзади тебя, разлетается в клочья. Такого еще ни у кого не было. Корпел я над этой программой месяц – ни есть, ни спать не мог, только об алгоритмах и думал. В конце концов я ее создал. Привезли экспериментальный чип. Мы с коллегами загрузили в него программу и отправили на завод, для создания финального изделия. В полевых испытаниях изделие повело себя странно, оно просто не хотело подчиняться векторам управления. Снаряд хаотично двигался в пространстве, выписывая замысловатые пируэты. Наконец, он рухнул и развалился на части, благо боевого заряда в нем не было. Ну естественно, расследование причин неудачи, экспертизы, отчеты и все такое. Дошло дело до чипа. Считали программу и выяснили, что программы там нет, одна оболочка и все. Конечно, кинулись ко мне: «Давай, колись, куда программу подевал?» А я и дел не знаю, говорю: «В чип загрузили, дату и время в журнал записали, все по инструкции». Меня к особистам, допросы бесконечные. Я на своем: «В чип загрузили, дату и время в журнал записали, все по инструкции». Особисты дело по инстанции передали, там меня тоже мурыжили. Потом другие трясли, так и до военной прокуратуры дошло. Подписка о невыезде, увольнение с работы и возможный срок по серьезной статье. На очередном допросе я выдвинул предположение, что чип мог быть подменен или кто-то выгрузил программу, заменив ее на пустышку в штатной оболочке. Зря я это сказал. Прокуратура взялась за меня с новой силой. Теперь они требовали назвать имена подельников, а главное – имя заказчика, так как товар специфичный и толкнуть его абы кому не получится. Короче, докрутили они меня до больничной койки. Вот лежу я и думаю, стырил кто-то мою прогу, продаст ее и будет жить припеваючи, а Миша Грибин сгниет на нарах не за хрен собачий. Но однажды в палату зашел мужичок и спрашивает меня: «Это вы Михаил Грибин, программист НИИ?» Я отвечаю: «Да». Он: «Меня зовут Струнин Олег Олегович».

– Сам Оле-Оле к тебе пришел? – удивленно воскликнула Красавина.

– Ага, сам. Говорит: «Много шуму ваша программа наделала». А я: «И мне, боком вышла». Он: «Я – начальник отдела одного из секретных подразделений. Мы параллельно занимались расследованием инцидента, связанного с пропажей вашего творения. Копнули глубже, чем наши коллеги по следственному цеху, и вычислили главного виновника вашего плохого самочувствия». Я: «И кто же этот злодей?» Он: «Имя назвать не могу, военная тайна, но скажу одно – этот негодяй занимал очень высокий пост и работал на иностранную разведку, в баньке, знаете ли, с мальчиками любил попариться, там его и завербовали. Теперь эти навыки ему в тюрьме очень пригодятся. Ну, а что касается вас, то все обвинения сняты. Правда, на оборонные предприятия вам путь теперь заказан, а посему предлагаю присоединиться к нам, в секретное подразделение. Отказ не принимается». Так я оказался в третьем отделе, а дальше ты сама все знаешь.

– Да, прямо шпионская история, рыцари плаща и кинжала, – протянула Света.

В кабинет заглянул Ильин.

– Миша, ты карту парка нашел? – спросил Андрей.

– Да, вот распечатка. – Грибин протянул сложенный вчетверо лист.

– Мы с Копыловым в парк, а вы на телефоне. Все, на связи. – Ильин закрыл дверь.

– Миш, пойдем перекусим, а то у меня, кроме вчерашней котлеты, маковой росинки во рту не было.

– Давай, я только за.