Горькие плоды смерти - Элизабет Джордж

– Сегодня ты была в ударе, – сказала Рори. – Насколько я понимаю, тому были причины. Какие же именно? – Эббот не ответила, и она добавила: – Признайся, ты в последнее время не приводила сюда мужчину? Любовника, у которого на тебя появились виды?

– Меня завела моя аудитория, – призналась феминистка. – Прямо передо мною сидели несколько женщин – явно какая-то религиозная группа. Стоило мне взять микрофон, как они буквально начали расстреливать меня взглядами. Господи, обожаю подначивать таких, как они!

– Твоя книга сделала свое дело, Клэр, – улыбнулась редактор. – Кстати, мы готовим девятую допечатку тиража. Ты в курсе?

– Ну, это все благодаря Дарси, – заявила Эббот. – Я не настолько глупа, чтобы думать, будто книга пользовалась бы успехом сама по себе. Тут главное – название. И концепция обложки, идеально отвечающая названию. Узкие лосины, высокие ботфорты, соблазнительный вырез рубашки, рюши, романтично-небрежно причесанные волосы, горящий взгляд, направленный на Элизабет Беннет… Какая женщина не возжелала бы мистера Дарси? Готова спорить, его захотела бы даже ты. Да что там, даже гетеросексуальный мужчина!

– Ты просто ужасна! – рассмеялась Рори. – Но, с другой стороны, это правда.

– Что именно? В том смысле, что Дарси мог бы заставить тебя любить мужчин, или то, что ты гениально придумала название и обложку книги?

– Последнее, – призналась Стэтем. – Эти кремовые брючки в обтяжку…

– Ага! – обрадовалась Клэр. – Значит, он все-таки присутствует, верно? В глубине твоего сознания. Ты мечтаешь ощутить на себе его жгучий взгляд. Любая женщина ждет этого, несмотря на свою ориентацию.

– И ты тоже?

Писательница посмотрела подруге в глаза, но отвечать не стала. Вместо этого она отрезала ломтик салями, положила на него внушительный кусок сыра и отправила в рот.

– Спасибо богу за импортную еду, – сказала она, прожевав. – Ну, а ты что скажешь?

– Про еду? Я обожаю импортную еду, – кивнула редактор.

– Я не о том. У тебя на горизонте кто-нибудь появился?

Рори наклонилась к Арло и пробежала пальцами по его лохматой спине.

– Вряд ли я снова решусь на такое.

Клэр задумчиво кивнула, мысленно взвешивая то, что хотела сказать. Что, кстати, было для нее характерно лишь в компании друзей. На публике же она становилась чем-то вроде пушки, выстреливая, словно снарядами, язвительными импровизированными ремарками. А вот с близкими людьми Клэр вела себя совершенно иначе. Осторожная и осмотрительная, она знала, как легко можно ранить словом, и потому неизменно проявляла деликатность.

– Не хочу говорить тебе, мол, то, что произошло, было целую вечность тому назад. Потому что это не так, – сказала она своей собеседнице. – Кстати, Рори, сколько лет уже прошло? Девять?

– Почти.

– И ты проделала трудный путь, прежде чем снова вернулась к жизни. Но для таких, как ты, существует последний шаг. В отличие от меня, ты не создана для одиночества. Где-то есть женщина, которая хочет получить то, что ты можешь ей предложить, и которая готова это принять.

Внутри у Стэтем что-то как будто отвердело. Словно некая часть ее «я» онемела от шоковой заморозки. Так бывало всегда, когда правда не договаривалась, и сейчас был именно такой случай. Она потянулась за своим бокалом.

– Ты это знаешь, верно? – спросила она писательницу.

Та постучала пальцем себе по виску.

– Тебе следует слушаться тетю Клэр. Она знает, что говорит.

– В таком случае…

Рори бросила взгляд на лестницу, ведущую наверх, в жилую часть дома. Это была автоматическая реакция с ее стороны – проверить, не подслушивает ли их кто-то.

Эббот посмотрела туда же и нахмурилась. Обычно она тонко улавливала настроение собеседников и потому поняла: тема разговора сейчас изменится.

– Послушай, Клэр, – произнесла Рори. – Сегодня вечером произошло нечто из ряда вон выходящее…

И она поведала ей о том, что Каролина забрала у одной женщины визитную карточку, которую та получила от самой писательницы. Редактор назвала ее «женщиной в футболке», которая, кстати, оказалась сотрудником лондонской полиции.

– Я говорю это лишь потому, что не в первый раз замечаю, как Каролина переходит границы, – заявила Стэтем. – А теперь секунду помолчи и выслушай меня. Я понимаю, что часть ее работы в том и состоит, чтобы оберегать тебя от неприятностей, когда ты слишком щедро относишься к людям. Но после того, как я поговорила с этой женщиной, детективом из Скотленд-Ярда…

– Детективом из Скотленд-Ярда? – хохотнула Клэр. – Я чувствую себя этакой мисс Марпл!

– Дай мне договорить. Пообщавшись с этой женщиной, я выяснила, почему ты дала ей свою визитку, – из-за ее футболки. Причем, пока вы с нею разговаривали, Каролина была рядом и прекрасно знала, почему ты дала ей визитку, – чтобы та женщина могла послать покупку по почте на твой адрес. Послушай, я знаю, что это не мое дело…

– Моя жизнь – твое дело.

– Но стоит ли позволять ей так своевольничать? Ты могла дать визитку кому угодно. Вдруг кто-то хотел пригласить тебя выступить с лекцией, принять участие в конференции или семинаре, пригласить в турне по Европе иди даже Америке, где, как мы обе знаем, имеются практически неограниченные возможности для раскрутки твоих книг…

– Сразу чувствуется твоя деловая хватка, – игриво заметила Эббот.

– Это – часть моей работы. Но эта ситуация… Это куда более серьезно. Она не имеет права переходить границы.

Клэр потянулась за своим бокалом и, взяв пригоршню оливок, принялась задумчиво отправлять их в рот одну за другой. Сначала Рори подумала, что ее собеседница решила не отвечать ей, но ошиблась.

– Послушай. Я вряд ли смогла бы обходиться без ее помощи, – заговорила, наконец, писательница. – Согласна, я не умею приструнить ее, когда она позволяет себе вольности, но она поступила так, как на ее месте поступила бы и ты.

– Ты думаешь, я стала бы выуживать твои визитки из карманов людей, которым ты их вручала? Это вряд ли.

– Просто она следит за тем, чтобы я не отклонялась от дел. Только и всего.

Увы, редактора писательница не убедила. Было в Каролине Голдейкер нечто такое, что сильно тревожило Рори. Вот только что? Ей никак не удавалось найти этому определение.

– Ты хотя бы объясни мне, почему она начала ездить вместе с тобой? Раньше в подобных поездках тебе не требовался поводырь. – Внезапно в голову Стэтем пришла нехорошая мысль. – Клэр, скажи, в чем дело? Ты не заболела? Вдруг случилось что-то такое, и ты больше не можешь справляться сама?

– Моя дорогая, я здорова, как бык, – хохотнула писательница. – Если только ты не имеешь в виду раннее слабоумие или что-то типа того… Успокойся. Ничего подобного. Я отлично себя чувствую. Крепка, как лошадь. Извини за сравнения с животными. Я уже дважды сравнила себя с ними. Черт, нехороший знак!