Загляни ей в глаза - Михаил Март

Катя лежала на полу в метре от него. Он скинул пиджак, набросил его на девочку, поднял ее на руки, выскочил на улицу. И тут же обвалилась крыша.

Потрясающая картина: пылающий дом, Катя сидит у Григория на коленях и гладит его по лысине. Все, что росло на голове, сгорело. Руки тоже обожжены.

— От тебя паленым пахнет, — улыбнулась девочка.

— Паленая я курица.

— Нет. Ты боевой петух. Я по тебе скучала.

— Я так и думал. Извини, что задержался. К калитке тихо подошел Вербицкий:

— А говорил, не успеешь…

— У тебя, случайно, пол-литры в кармане не завалялось?

— Мы еще работу не закончили. Адресочек-то как вычислил?

— Алина подпалить что-то хотела. Предложила поехать на «дровяной склад» для кремации. А лучше деревенских домов ничего не горит. Могилу Анфисы придется искать в лесу.

— Найдем.

7.

Похоже, Михаил так и не двинулся с места с той минуты, как приехал с вокзала. На столике стоял нетронутый бокал с коньяком. Открыв дверь на долгий звонок, хозяин удивился. На пороге коттеджа стоял Вербицкий и двое его помощников. Один из них держал в руках тяжелый рюкзак.

— Вы что-то знаете о моей дочери? — тихо спросил хозяин.

— Кое-что знаю. Разрешите зайти, Михал Михалыч?

— Да, прошу.

Оперативники зашли в дом и прикрыли за собой дверь.

— Говорите.

— Сначала покончим с формальностями. Ваша невеста в доме?

— Зачем она вам?

— Она обвиняется в организации ограбления ювелирного салона, нескольких убийствах, похищении ребенка, умышленном поджоге дома. Он до сих пор еще горит. Там находилась ваша дочь.

По лестнице со второго этажа спускалась Алина в вечернем платье.

— Этого сумасшедшего вновь допустили к работе? Догадываюсь, у него полно свидетелей и весь его бред подтвердят очевидцы. В то время как у вас горят дома, я мирно сижу дома.

— Один из ваших сообщников ждет вас в машине. Он сожалеет о связи с вами и готов дать показания.

— У вас есть санкция на ее арест? — холодно спросил Михаил.

На секунду Вербицкий замешкался, потом вынул из кармана свернутый вчетверо лист бумаги.

Хозяин развернул его и замер — у него в руках была квитанция из химчистки.

Глянув на Вербицкого, он вернул ему листок и тем же холодным тоном сказал:

— Алина вернулась полчаса назад. Не смею препятствовать закону.

Вербицкий достал из заднего кармана наручники и передал их одному из своих помощников. Тот подошел к Алине и застегнул браслеты на ее изящных запястьях.

Вербицкий указал на рюкзак:

— Ваш выкуп, выброшенный в речку. Правда, мы деньги не пересчитывали.

— Десять процентов ваши. Вербицкий усмехнулся:

— Но есть вещи и люди, не поддающиеся оценке. Как с ними быть?

Илья распахнул входную дверь. На пороге стоял Гриша, похожий на побитого пса. Он держал за руку Катю, носик ее был в саже. От неожиданности Алина вскрикнула.

— Идите к выходу, гражданка.

Гриша с Катей вынуждены были посторониться. На глазах Михаила навернулись слезы. Катя бросилась отцу на шею.

— Папка!

Сверху донесся голос Алеши:

— Нашлась, принцесса! Мальчик сбежал вниз и обнял отца. Оперативники тихо ушли, плотно закрыв за собой дверь.

— Ты жил у нас, Алеша? — спросила Катя.

— Нет. Тебя встречать приехал.

— Ты знал, что я вернусь?

— Конечно. Так твоя нянька сказал. Сегодня время истекло.

— Он мне не нянька, а крестный. Так я говорю.

Катя подошла к Григорию и поманила его пальцем. Он присел на корточки. Девочка сняла с себя плеер и надела ему на шею.

— Это же мамина память!

— Дороже у меня ничего нет. Носи. Он сломался, но Алешка починит, он умный.

— Мне всякое предлагали, но самое дорогое отдают впервые.

— Значит, ты того стоишь, — улыбаясь, сказал Михаил.

Пора праздновать! Но уже без нас. Незачем мешать счастливым людям.