Погоня - Клайв Касслер

Шофер Кромвеля вывел из гаража «роллс-ройс-брогам» 1906 года. Эту машину с шестицилиндровым двигателем, мощностью в тридцать лошадиных сил сделал лондонский изготовитель экипажей Баркер. Шофер подал автомобиль к великолепному особняку Кромвеля на Ноб Хилл. Дом был спроектирован самим хозяином. Белый мрамор для него доставили по железной дороге из каменоломни в Колорадо. С фасада дом, украшенный колоннами с каннелюрами, имел вид греческого храма; дизайн остальной части дома был проще: сводчатые окна, стены, увенчанные карнизом.

Шофер Абнер Уид, ирландец с каменным лицом, был нанят Кромвелем скорее за его опыт борца, чем за умение водить автомобиль. Он терпеливо ждал возле машины, когда хозяева будут готовы. А в кабинете Кромвель ждал свою сестру, удобно устроившись на кожаном диване и слушая вальсы Штрауса на цилиндрическом фонографе Эдисона. Каждый цилиндр воспроизводил музыку в течение двух минут. Прослушав «Весенние голоса», Кромвель сменил цилиндры и поставил «Сказки венского леса».

В это время в комнате появилась его сестра в замшевом платье, доходившем до икр, открывая взорам ценителей ее прекрасные ноги.

— Довольно смело, — сказал Кромвель, пожирая ее взглядом. Сам он был в классическом темном шерстяном костюме.

Она закружилась по комнате, поднимая юбку и демонстрируя свои ноги до середины бедер.

— Ведь мы собираемся посетить трущобы на побережье Барбари, поэтому я решила одеться как грязная голубка.

— Надеюсь, вести себя так ты не будешь.

Он поднялся с дивана, выключил фонограф и подал ей пальто. Даже в обуви, увеличивающей его рост, он был не выше ее. Они проследовали через огромные передние двери со сложными украшениями к ожидавшему их «роллс-ройсу». Абнер, в парадном костюме и в начищенных до блеска черных ботинках, стоял по стойке смирно перед открытой задней дверью. «Роллс» был городской машиной, с закрытым пассажирским кузовом, но шофер оставался на свежем воздухе, его защищало лишь ветровое стекло. Как только сестра Кромвеля села в машину, он сообщил шоферу, куда ехать. Абнер включил передачу, и огромный автомобиль бесшумно покатил по гранитным камням, которыми была выложена проезжая часть улицы.

— Только сейчас в первый раз после моего возвращения домой нам представилась возможность поговорить, — сказал Кромвель, точно зная, что водитель не сможет услышать их разговор через окно, разделяющее переднее и заднее сиденья.

— Я знаю, что твоя поездка в Солт-Лейк-Сити была успешной. И наш банк стал богаче еще на семьсот тысяч долларов.

— Ты еще не рассказала мне, что тебе удалось узнать в Денвере.

— Сведения твоих шпионов из агентства Ван Дорна оказались точными. Офису в Денвере поручено возглавить расследование по делу бандита Мясника.

— Ненавижу, когда меня так называют! Предпочел бы что-нибудь более шикарное.

— Например? Умоляю тебя, скажи! — попросила она, смеясь.

— Стильный Дух.

У нее округлись глаза.

— Сомневаюсь, что редакторам газет позволят это.

— Что еще ты разузнала?

— Офис в Денвере возглавляет Николе Александер, полный идиот. Я лишь слегка попыталась очаровать его, а он уже не мог не говорить об охоте. Он злится, потому что не назначен ответственным за расследование. Он не мог удержаться и рассказал все о том, как они собираются ловить пресловутого бандита. Сам Ван Дорн назвал имя главного агента по этому делу — Исаак Белл. Красивый и дерзкий дьявол! Очень богатый, должна добавить.

— Ты видела его?

— Познакомилась, даже танцевала с ним. — Она вытащила из сумочки небольшую фотографию. — Ждала случая, чтобы передать тебе это. Сходство невелико, но фотограф, которого я наняла, оказался не очень профессиональным. Ему обязательно нужно заранее усадить клиента на стул.

Кромвель включил в машине верхний свет и принялся изучать снимок. На фото был высокий мужчина со светлыми волосами и усами.

— Он представляет для меня опасность?

У нее в глазах промелькнуло неопределенное выражение.

— Не могу сказать. По сравнению с тем, что рассказали наши шпионы, он производит впечатление более умного и утонченного. Я заставила их проверить его положение, связи и окружение. Он никогда не упускает того, кого преследует, и арестовывает его. Его послужной список вызывает восхищение. Очень высокого мнения о нем и Ван Дорн.

— Если он, как ты говоришь, богатый, почему же он теряет время, работая простым детективом?

Маргарет пожала плечами.

— Не имею ни малейшего представления. Возможно, подобно тебе, он тоже бросил вызов?

Она замолчала и начала поправлять воображаемый выбившийся локон.

— Откуда у него деньги?

— Неужели я забыла сказать? Он выходец из очень богатой семьи банкиров в Бостоне.

Кровель напрягся.

— Я знаю Беллов. Они владеют Бостонским банком, это одно из крупнейших финансовых учреждений в стране.

— Он парадоксален, — медленно сказала она, вспоминая несколько минут, проведенных с ним в отеле «Браун-палас». — Он может быть очень опасным. Он будет преследовать нас, как лисица кролика.

— Детектив, который знает банковские процедуры изнутри… Неприятно, — сказал Кромвель очень тихо. — Мы должны проявить особую осторожность.

— Согласна.

— Ты уверена, что он не догадался, кто ты на самом деле?

— Я хорошо замела следы. Александеру и ему известно лишь, что я Роза Мантека из Лос-Анджелеса, где у моего отца огромное ранчо.

— Если Белл настолько умен, как ты считаешь, он проверит это и выяснит, что Розы Мантека не существует.

— И что? — озорно спросила она. — Он не сможет узнать, что меня зовут Маргарет Кромвель, что я сестра респектабельного банкира, который живет в особняке на холме Ноб в Сан-Франциско.

— Какую еще информацию удалось выудить у Александера?

— Только то, что расследование Белла проходит не гладко. У детективов нет никакой зацепки, которая могла бы привести к тебе. Александер злится, что Белл не удостоил его своим доверием. Он говорил, что Белл не рассказывает о своих действиях, работает только с двумя агентами, Кертисом и Ирвином. Все они ломают голову над тем, чтобы найти хоть какую-нибудь путеводную ниточку.

— Приятно слышать это, — Кромвель рассмеялся. — Они никогда не догадаются, что за ограблениями стоит банкир.

Она бросила на него пристальный взгляд.

— Ты можешь бросить, ты же знаешь. Мы больше не нуждаемся в деньгах. Не имеет никакого значения, насколько ты осторожный, насколько проницательный. Тебя обязательно поймают и повесят, это только вопрос времени.