Исповедь Камелии - Лариса Соболева

– Офонарел?! – Куда только подевалась флегматичность Бедуина! – Да меня на ножи поставят, если узнают, что это я навел ментов на Каскадера.

– Ну и какой тогда выход? – спросил совета Артем.

Он не пустил Бедуина в машину. Чтоб не разбудить Софию, разговаривали у дерева, облокотившись о ствол плечами, и курили. Ничего, пусть на своей шкуре испытает, как это – стоять на морозе хотя бы полчаса, авось, на пользу пойдет, хотя вряд ли.

– Не знаю, – раздраженно сказал Бедуин. – Точки, где берут краденые тачки, знает только Каскадер, но как только ты мое имя назовешь, он передаст его по своим каналам. На всякий случай передаст, потому что никому не верит. И тогда мне хана, понял?

– Что за помело у него, откуда?

– Не догадываешься? С юности он занимался угоном автотранспорта. Базарят, чудеса выделывал, когда его накрывали, а он убегал. Боком, на двух колесах (!), чесал между автомашинами на узкой дороге. Это только один из его трюков, за них и стали звать Леху Гречко Каскадером.

Артем подумал с минуту, почесывая скулу. Он искал подход к легендарному каскадеру и не находил, попутно поинтересовался:

– Сколько точек в городе?

– Точно сказать не могу, но, думаю, немного, город у нас маленький, – ответил Бедуин. – Я б краденые тачки держал за городом.

– Их еще туда вывезти нужно.

– Брось, – отмахнулся Бедуин. – Сразу после угона, минуя посты гаишников, а они не везде есть, оттаранить тачку пара пустяков.

– А Каскадер на убийство из-за автомобиля пойдет?

– Ты что! – хмыкнул тот. – На фиг ему трупы, если он ас из асов? Между прочим, и угонами занимается сейчас редко, лишь бы форму поддержать. «Голубая лагуна» – это его шалман, бабок ему хватает на хлеб с бензином.

– Он в деле или так, дружбы ради помогает сбыть?

– Проценты берет за сводничество.

– А помочь пристроить мокрую тачку может?

– Если будет знать, что она мокрая... Черт его знает. Бабки-то не пахнут трупами.

– Как же сделать, чтоб он расслабился на мой счет?

– Никак. Рассчитывай на его настроение, вдруг возьмет и согласится. Но скажу честно, он осторожный и хитрый.

– Мда, согласится... – вновь задумался Артем. – Допустим, одну покажет, а мне нужны все точки, как же быть?

– Забодал ты меня своими вопросами! Хм, откуда я знаю, как тебе быть! Тут сам хожу по лезвию бритвы.

– Что ж, и на том спасибо. Бывай.

– И ты бывай. Слышь, не сдавай меня Каскадеру.

– Да не сдам, не сдам, – не оборачиваясь, бросил через плечо Артем, залез в авто и завел мотор. Тронулся не сразу, сначала потер руки, крякнув.

– Холодно? – сонно спросила София.

– Ты не спишь?

– Я думаю.

– О чем, если не секрет?

– О персонажах, я такой роман пишу... упасть! Пока в уме пишу.

– Всем писателям нравятся их романы, но они не всегда нравятся читателям.

– Лишь бы издателям понравился, а читатели мои книги читать будут. Вот так! Ой... – застонала она, пошевелившись.

– Что, персонажи покоя не дают?

– Нет, спина... Мне как будто чужую спину вставили. Бедуин разрешил открыть его имя Каскадеру?

– Нет. Боится, что его на ножи поставят. Придумать бы какой-нибудь финт, чтоб Каскадер смилостивился. С другой стороны, покажет он одну, ну, две точки, а их наверняка больше. Все равно надо проверить.

– Артем, почему Бедуин вам помогает?

– Деваться некуда. Его давно Денисович ручным сделал, грешки его знает.

– Но получается, милиция попустительствует проституции, которая у нас запрещена законом. Чего ты смеешься?

Он на самом деле расхохотался, громко и безудержно, будто София сморозила глупость не по возрасту. Она нахохлилась: дескать, я обиделась, но больше для виду, чтоб Артем не задавался и не представлялся знатоком жизни. Безусловно, на криминальном уровне он знает больше, ей эту сторону только предстоит познать, исследовать, чтобы понять. Конечно, ее герои живут в мире, не похожем на современный, между тем страсти что тогда были, что сейчас, мотивы и преступления – те же. Софии хотелось бы узнать не столько структуру преступной иерархии, сколько тонкости, объясняющие, почему человек убивает в себе человека и становится зверем.

Отсмеявшись, Артем заговорил не снисходительным тоном, каким часто пользуется Борька, а по-дружески, надеясь на ее понимание примитивных вещей, которые не все хотят понять:

– С точки зрения озабоченной моралью бабушки ты, конечно, права. Но представь: хватаем мы Бедуина сотоварищи, разгоняем его стаю, трезвоним по телевидению и радио: уничтожен рассадник разврата. Теперь ответь: что изменится? Простипомы исчезнут, все сразу станут высоконравственными и перестанут пользоваться сексуслугами? Можешь не отвечать, есть только один ответ: нет и нет. Девчонки вернутся на улицы, но появятся и новые сутенеры, которые их заставят работать на себя. Не исключено, что они будут хуже Бедуина во сто крат, этот хоть как-то обеспечивает девчонкам безопасность, хотя на данном поприще без жертв не обходится. Но клиент, когда знает, что есть Бедуин с парнями, что номер его машины запомнили, подумает, прежде чем из девочки сделать отбивную котлету. В общем, София, это проблема без выхода из тупика.

– Тебя послушать, так Бедуин просто ангел-хранитель.

– Да дерьмо он. Но не самое большое, поэтому пусть уж стережет своих девчат, заодно нам предоставляет необходимые сведения.

– Ладно, отставим извечную проблему без выхода, – сказала она. – А если узнать хотя бы одну точку, где берут краденые машины, потом допросить хозяина и выяснить остальные точки сбыта? Да того же Каскадера прижать как следует, он и расскажет.

– Не расскажет, – уверенно заявил Артем. – Он не из тех, кто колется. К тому же твоя идея сработала б, если бы нам было точно известно, что точки под одной крышей, у них один хозяин. Но сбытчики могут работать автономно и не знать, в каких еще местах берут машины.

– И как же быть?

– Не упираться в одного Каскадера. Мы ищем подозреваемую в убийствах женщину, а Каскадер – попутная линия, ведь автомобили убийца куда-то пристроил. Кстати, назавтра план есть: сделаю рейд по гражданкам, вышедшим из мест заключения.