Нежная стерва, или Исход великой любви - Марина Крамер

– Что вы вчера натворили со мной, чертовы сучки? – укоризненно спросил он. – Ты Малыша тоже так гасила? Тогда немудрено, что ушел – он жизнь свою спасал!

Марина захохотала от такого предположения:

– Это я еще не в лучшей форме, Серега! Вот погоди…

– Ну, нет уж, все! С меня хватит! – поспешно отказался Строгач. – Я так и умру, затраханный бабой.

– А ты накажи меня! – фыркнула Коваль, протянув ему валявшуюся рядом плетку, но он отскочил с такой поспешностью, что и сам засмеялся.

– Нет, серьезно – хватит, сутки вырвал с вами из жизни! Отдыхайте, а я поеду – стрелка у меня с Мамедом.

Он ушел, и Марина тоже стала собираться домой. И Розан уже весь мобильный раздолбал ей своими звонками.

– Ты где была всю ночь? – накинулся он на хозяйку сразу у ворот ее дома, едва та успела выйти из машины.

– Что ты орешь? – поинтересовалась пьяная еще Марина, покачиваясь на каблуках.

– Я тебя обыскался, телефон не отвечает, горничная твоя сказала: уехала на «бэхе», взяла только Макса и джип с водителем. Где была?

– Тебе не все равно?

– Нет! Ты допрыгаешься, опять похитят или вообще завалят, на фиг! – орал Розан, размахивая кулаками у нее перед носом. – И что за наряд на тебе? Ты похожа на шлюху из «Интуриста»!

– Да мне по фигу, на кого я похожа! – заорала она в ответ. – В свободное от дел время я могу себе позволить маленькие женские слабости!

– А, ну, тогда ясно все! С этого и начинала бы! По кобелям с Веткой моталась, невмоготу стало?

– Пошел-ка ты на хрен, дорогой! – фыркнула Коваль, уходя в дом. – Оставь мои постельные дела мне, сама разберусь, с кем, когда и как!

Она слышала, как взбешенный Серега орет во дворе на Макса, обвиняя того во всех смертных грехах, но вмешиваться не стала.

Стоя под холодными струями душа, она силилась понять, зачем нужна была вчерашняя канитель с Веткой и Строгачом? И это шоу на крыльце торгового центра? Совсем переклинило. Пора бы и угомониться немного, ведь не девочка уже – глава солидной фирмы как-никак! «Черт, достало все…»

Остаток вечера Коваль просидела у телевизора, опять любуясь на Брандо в «Крестном отце». Чем-то он неуловимо напоминал ей Егора, хотя точно сказать, чем именно, она не смогла бы, пожалуй. За спиной тихо появилась домработница и нерешительно спросила:

– Марина Викторовна, там Егор Сергеевич приехал…

– Ну и что? Он забыл, где дверь?

– Нет, но…

– Иди, Даша, не морочь мне голову! – не отрываясь от Брандо на экране, велела Марина. Та вроде вышла, но вскоре опять раздались шаги. – Что у тебя опять, Даша? – раздраженно спросила Коваль, не оборачиваясь.

– Я не Даша, – ответил муж.

– Так, ну а у тебя что?

Он подошел ближе, присел на корточки перед ней и заглянул в глаза:

– Что с тобой творится?

– С чего ты взял, что со мной творится что-то? У меня все в полном шоколаде, как, впрочем, и всегда.

– Не ври мне, я же вижу.

– Наблюдательный очень? Зачем ты приехал? Мы уже не живем вместе, если ты вдруг подзабыл. Я же недостойна быть женой великого бизнесмена Малышева, ведь я – Наковальня, бандитка и шлюха, чего уж там – давай называть вещи своими именами! Тебе нужна другая женщина, улыбающаяся куколка, глядящая тебе в рот, беспрекословно подчиняющаяся не только в постели, но и вне ее. А я не такая и никогда не изменюсь. Не скрою – мне плохо, но я переживу как-нибудь. Если ты пришел мириться, то зря.

– Не льсти себе! Я пришел за своими бумагами. Просто решил узнать, что с тобой, раз уж ты дома. Ты вчера выглядела и вела себя очень странно.

– Ой-ей-ей, не понравилось, да? – ехидно спросила Коваль.

Егор тоже улыбнулся и многозначительно глянул на нее, взяв за руку, но она вырвалась, покачав головой:

– Не выйдет, Малышев! Пусть теперь тебя твоя блондинка обрабатывает, а с меня хватит!

– Зачем ты ее-то приплела? Она вчера весь вечер проплакала, так ты ее унизила.

Марина пожала плечами, потянувшись за сигаретой:

– Я ж как лучше хотела! Кто еще научит ее правильно с тобой обращаться, если не я? О тебе же забочусь, дорогой!

– Вот спасибо! – ухмыльнулся Егор и вдруг подхватил на руки, зажав рот, и понес в спальню, на ходу вытаскивая из кармана наручники. «Ах ты, сволочь, за бумагами он зашел!» – разозлилась Коваль, и, когда Малыш, бросив ее на постель в спальне, попытался приковать за руку наручником, вывернулась и выхватила из-под подушки «вальтер»:

– Еще шаг, и я тебя убью.

– А сможешь? – насмешливо осведомился муж, однако испытывать судьбу не стал, зная, что слов на ветер его любимая не бросает. – Убери ствол, детка, давай спокойно поговорим.

– Я не могу говорить с тобой спокойно. Я вообще никак не хочу с тобой говорить, – проговорила Марина, но пистолет опустила.

– Вот и умница. Ложись, девочка, а я лягу рядом – так нам всегда было проще разговаривать, ты помнишь? – Егор протянул руку, чтобы коснуться ее руки, но Марина бросила в него подушку, и он увернулся, все-таки ложась рядом с ней и обнимая. – Что ты сделала со мной, Коваль? Я не могу жить с тобой, но без тебя мне просто невыносимо, – тихо сказал он, гладя ее ноги, открытые коротким шелковым халатиком. – Ты упрямая, вздорная, неуправляемая, у тебя нет никаких условностей, комплексов… Но, с другой стороны, ты нежная, покорная, ласковая, ты идеальная любовница, с тобой любому хорошо, ты любой каприз можешь исполнить. Как мне жить с этим всем? А как – без этого?

– Боюсь, у тебя нет выбора, – усмехнулась Марина, положив голову ему на грудь. – Это все только в комплекте, к сожалению, по-другому не получится…

Они долго еще лежали так, обнявшись, и молчали. Марина вдруг поймала себя на мысли, что не знает уже, хочет ли, чтобы он вернулся. Вряд ли она изменится, скорее – нет, и он тоже, просто возраст уже не тот, и жизненный опыт мешает. Вот такая любовь…

– Мне пора, – сказал вдруг Егор, поднимаясь, и Коваль еле удержалась, чтобы не попросить его остаться. Он хотел поцеловать ее, но она отвернулась, и, постояв над ней минуту, Егор ушел. А Марине остро захотелось грохнуть что-нибудь о стену. Вот эту вазу, например…

Она приехала в офис к девяти утра, в строгом костюме и с гладкой прической, чем поразила в самое сердце изумленного такой переменой Розана.

– Надо же! А я думал, ты вся в коже явишься! – ехидно заметил он, подсовывая ей бумаги на подпись.

– Отвали! Давай-ка лучше пересмотрим контракт с фирмой, что поставляет морепродукты в «Шар», а то шеф жаловался, что креветки странные какие-то были последний раз. Ты разберешься или я?

– Давай лучше я, – ответил Серега. – С тобой фирмач боится разговаривать.