Загадка ледяного пламени - Томас Ханшеу

— Добрый старый Найджел! Старина! Я так рад видеть вас. И какой дурак засадил вас в эту камеру? Стоило бы открутить ему дурную голову! И как вам здесь?

Пошутив подобным образом, Уэст попытался скрыть свои настоящие чувства, но подрагивание губ, говорило о том, что он испытывал на самом деле.

Хороший старый Тони Уэст! Верный друг!

— Хорошее место для сквайра и владельца поместья, не так ли? — с наигранным юмором пробормотал Мерритон, с трудом борясь, чтобы сохранить самообладание, а потом продолжал все тем же легкомысленным тоном: — Черт возьми, Тони! Вы-то хоть не верите, что я преступник?

Уэст покрылся красными пятнами. В первые несколько секунд он хватал ртом воздух, словно рыба, выброшенная из воды, и не мог ничего сказать.

— Поверить этому? Вы что, считаете меня сумасшедшим?! Да какой дурак во все это поверит? Разве той ночью меня с вами не было? Естественно, и на суде я скажу, что все это вранье. Пуля или не пуля, я-то знаю, что вы не убийца, и готов поклясться жизнью, что все именно так. Многие были с Дакром Уинном на ножах. Он для всех — как заноза в заднице. Единственное, на что годился, так это для того, чтобы одалживать деньги. Вы и сами знаете, как он любил все эти долговые расписки. У вас была причина убить его, но она много меньше чем, например, у Лестера Старка, клянусь. Или, возьмем, к примеру, меня…

— Нет, у меня никогда не было причины убивать Дакра. Если, конечно, не считать тот спор из-за «ледяного пламени». Больше им нечего будет предъявить в суде. Хотя они могут все перевернуть с ног на голову, только ради того, чтобы измазать дерьмом мое имя. Если же мне удастся оправдаться, то этого Боркинса я уж точно прибью.

Неожиданно Уэст поднял руку.

— Не говорите ничего, что может быть использовано против вас, — спокойным голосом объявил он. — Поверьте мне, сэр Найджел, закон — самое большое ничтожество на земле. Кстати, должен передать вам сообщение; слышал это, так как остановился в «Башнях Мерритонов» этим утром. Я видел этого человека — детектива Хэдленда. Он просил меня передать вам кое-что. Так вот, они нашли долговую расписку в кармане Дакра, которую дал ему Лестер Старк. Он написал ее дня за два до вечеринки. Забавно, не правда ли?

Забавно? Мерритон почувствовал, как в сердце неожиданно вспыхнул огонек надежды, и тут же у него появилось неприятное ощущение. Неужели он смог обрадоваться тому, что подозрение могло лечь на приятеля? Неужели он на какой-то миг захотел увидеть вместо себя в этой камере одного из друзей? Но долговая расписка… К тому же речь шла о Лестере Старке! Найджел помнил мрачные взгляды, которыми он и Дакр обменялись в тот вечер. Пытаясь отогнать неприятные мысли, Мерритон дернул подбородком.

— И что, как они считают, я стану делать с этой информацией?

— Хэдленд заверил меня, что собирается и дальше заниматься этим вопросом. На вид он очень приличный малый.

Успокоиться? Разве это возможно, когда с вами происходят такие омерзительные вещи?! Но Лестер не убил бы никого. А ведь несколько месяцев назад он сказал, что хотел бы, чтобы этот Уинн горел в аду… Только вот в том положении, в котором оказался сам Найджел, нужно держать рот на замке и никому не рассказывать о той беседе, или они и в самом деле возьмутся за бедного Старка.

* * *

Остальную часть длинного, тоскливого дня Мерритон скоротал, размышляя о долговой расписке с подписью Старка, выведенной каллиграфическим почерком, И как бы он ни старался, мысль об этом документе не выходила из головы, потому что пока это была единственная надежда.