Смертный грех Семирамиды - Валерия Леман

Калейдоскоп подозрений

Все то время, что я принимал душ, брился, одевался, выходил из отеля, усаживался в кофейне и заказывал большую чашку кофе, в моей голове безостановочно шел процесс склеивания всех известных мне на данный момент фактов в единую цепочку. Вчера, еще до прибытия полиции, я успел получить информацию практически ото всех раньше следователя Тифиса. Судя по полученным сведениям, события того вечера складывались примерно следующим образом.

Что касается меня, то по завершении открытия салона, пока отец с почетными гостями еще общались на лужайке на задах салона, я немедленно отправился в «Эллинику», чтобы лично убедиться в готовности ресторана встретить гостей. Именно в ресторане я и ожидал прибытия всех и начала вечеринки. Между тем основной контингент почетных гостей во главе с отцом прибыли в ресторан прямиком из салона, чуть позже меня; спустя еще минут пять прибыли друг за другом Елена с Васой, моя красавица Дина, затем – Серж; самыми последними в ресторане объявились мрачный Димос и его взволнованная супруга.

Со временем и последовательностью появления персонажей все выяснилось довольно быстро. Ну а вопрос, который в первую очередь интересовал следствие, – это орудие убийства: как меч Афины мог оказаться на террасе с трупом? И тут главную информацию представила Дина. По ее словам, которые при желании было легко проверить, сразу после презентации салона она отправилась в гостиницу, где и оставила меч в своем номере. Стоит отметить, в гостиницу Дина прибыла на такси в компании Сержа: они вместе поднялись на наш этаж, он забежал в свой номер, она – в свой, где бросила пакет с костюмом богини и мечом (подарок «Садов») на кровать. После этого Дина переоделась, спустилась в холл и, не став дожидаться Сержа, отправилась в «Эллинику» без него.

Второй важный факт, который я также отметил раньше полиции: с шеи жертвы бесследно исчезло колье из черного жемчуга, которое ей подарил Старый Лис и которое она усердно демонстрировала в течение всего вечера. Собственно, это колье и отличало ее от Аглаи, которая во всем остальном – прическа, платье, макияж – была практически полной копией жертвы.

На момент преступления на месте были практически все участники торжества за исключением Томми Дорсэ, который к тому времени успел вернуться в отель. При этом в то время, когда было совершено преступление, по моим наблюдениям, отсутствовали два персонажа – Димос и Серж.

Первый из них внушил мне смутное подозрение после того, как я задал ему пару вполне невинных вопросов. Полиция еще не прибыла, я выслушивал монолог Дины относительно истории с мечом Афины, и тут мне на глаза неожиданно попался этот самый Димос. С бледным лицом синеватого оттенка он сидел, сверкая черными глазищами, а рядом в голос рыдала, растирая покрасневшие глаза, его супруга. Само собой, я подошел к кузнецу и задал пару вполне невинных вопросов.

– Димос, как вы себя чувствуете? Вам плохо?

Несмотря на то что каждое слово я произнес достаточно четко и раздельно на самом примитивном школьном английском, Димос ничего мне не ответил – только перевел свой мрачный взгляд на меня. Отчего-то я был уверен: парень прекрасно понял мой простой вопрос, и его молчание в ответ – своего рода вызов, который заставил меня упрямо улыбнуться.

– Димос, почему ваша супруга так плачет? Она переживает смерть Жанны? А вы? Ну, не молчите же!..

И вновь ответом мне был лишь яростный блеск черных глаз. Сами понимаете, я не сдавался.

– Где вы были в течение довольно долгого времени – примерно в тот самый отрезок, когда Жанну убивали на террасе? Я заметил, что вас не было за столом.

К этому времени Аглая перестала рыдать и всхлипывать, с интересом повернувшись ко мне, слушая каждый вопрос, открыв рот.

– Мне вы можете не отвечать, но те же самые вопросы вам обязательно задаст полиция, и вы будете обязаны дать ответ.

Признаюсь, сохраняя на лице любезную улыбку, я начинал злиться – в конце концов, столь демонстративно не отвечая на мои вопросы, мрачный Димос тем самым открыто выказывал мне свое презрение.

Неожиданно слово взяла Аглая. Шмыгнув носом и в очередной раз промокнув припухшие от слез глаза скомканным платочком, она попыталась мне кокетливо улыбнуться.

– Он вам ничего не ответит. – Она произнесла свою фразу на вполне приличном французском. – Димос – он такой, упрямый. И он с первого взгляда невзлюбил бедняжку Жанну.

Полагаю, тот факт, что Аглая столь неожиданно ответила вместо него да еще на совершенно непонятном языке, заставил Димоса гневно дернуться и наконец-то осчастливить меня ответом.

– Жанна – нечистая женщина, безбожница, – не проговорил – выплюнул он мне в лицо, – и ее убили боги.

Выдав эту отрывистую реплику, он демонстративно закрыл глаза, словно сознательно отключившись от действительности. Я поклонился в благодарность за ответ и направился к своему месту за столом, где меня ждала Дина. Но до своего места я так и не дошел – на этот раз меня отвлек несносный Серж.

– Когда прибудет эта полиция?..

Он стоял перед столом, наливая себе очередную порцию вина. Мне невольно бросилось в глаза, что при этом его рука отчаянно дрожала. Я тут же припомнил, что в интересующий меня отрезок времени и славного Сержа не было видно за столом.

– Серж, а где вы были примерно полчаса назад?

Я задал вопрос, и парень от неожиданности едва не уронил свой бокал. Он резко развернулся ко мне.

– То есть как это – меня не было? Вы что, следили за мной? А если я скажу, что не видел вас в тот же отрезок времени?

Я усмехнулся.

– Естественно, и вы меня не видели – потому что вас не было за столом. А вот меня видели многие, потому что я сидел на своем месте.

– А вот я не сидел! – Его голос сорвался почти на крик. – Я танцевал, флиртовал, а также посещал писсуар. Вы довольны?

Трясущейся рукой он поднял свой бокал и залпом выпил вино, немедленно развернувшись ко мне спиной. Отметив, что бедолага безбожно вспотел – тонкая ткань рубашки на спине была мокрой, – я вернулся к Дине.

Мою богиню от всех переживаний била мелкая дрожь, и я крепко обнял ее, поцеловав в темечко.

– Кто же ее убил? – еле слышно прошептала Дина.

Я пожал плечами.

– Вариантов – множество, моя дорогая. Это как смотреть в детский калейдоскоп – множество картинок, и в каждой – свой смысл.

Время шло к полуночи, и нам только и оставалось дождаться прибытия полиции и своей очереди допроса.