Вечерний день - Михаил Климман

И никто не знает, что там внутри? - он с уважением посмотрел на шкатулку.

Думаю, что сейчас действительно никто. - Платонов тоже посмотрел на шкатулку.

А если взломать?

Там внутри устройство, - Владимир Павлович болезненно сморщился, все-таки мент и есть мент, - при котором содержимое уничтожается, если ларец вскрыть неправильно.

А рентген пробовали?

Рентген? - Платонов задумался. - Нет, рентген никто не делал. А что на нем можно увидеть в нашем случае?

Все металлические части. Понять, какое там устройство. Ты же говоришь, там слож­ный замок. Наши мастера, я думаю, в два счета откроют. Посмотрят, что к чему, какая тяга куда идет, и привет.

Владимир Павлович недоверчиво смотрел на «сына». Может, так и надо жить - посмо­трел на рентген, разобрался, что к чему, открыл и дальше побежал.

Он взял телефонную трубку и набрал номер:

Болтун, это я. Как ты считаешь, если эту шкатулку на рентгеновском аппарате про­верить?

А ты все еще с ней маешься? - хихикнул Болтун. - Чего мне так и не принес? Я бы поковырялся, и привет.

Платонов посмотрел на «сына». Вот еще один собрат ему по кавалерийским наскокам.

Так что с рентгеном? - не отвечая Болтуну, спросил он.

Рентген, - опять хихикнул тот. - Если бы все было так просто, то я бы теперь жил в Израиле и купался каждый день в море с двумя блондинками.

В Мертвом море, - в тон ему подхватил Палыч.

Почему в Мертвом? - обиделся Болтун. - В Средиземном, а то и в Красном. Ты в Эйлате был?

Так почему рентген не поможет? - Владимир Павлович уже начинал терять терпение.

Потому что шкатулка только облицована деревом, а внутри она металлическая, и рентген ничего не покажет. Так вот про Эйлат. Там такие.

Кто в Эйлате «такие», Платонов выслушивать не стал и, не прощаясь, отключил теле­фон.

Внутри шкатулка металлическая, - объяснил он «сыну», - рентген не поможет.

И все равно я бы показал ее нашим ребятам из технического отдела. Они и не такие сейфы вскрывали.

Это все твои идеи? - желчно спросил Владимир Павлович.

Как все упрямые люди, в других он больше всего не любил упрямство.

Как хочешь, - смирился «сын».

Платонов рассказал ему о смерти старухи Лериной и историка.

А как он погиб? - заинтересовался Сергей.

Откуда я знаю. Да и зачем это?

Ты не понимаешь, потому что не в милиции работаешь. Тот же почерк, что и в пер­вом случае? Случались ли подобные убийства раньше? Кто их совершал? На свободе чело­век или сидит? Да мало ли вопросов. Скажи мне точные данные на своего приятеля - имя, фамилию, адрес.

Платонов продиктовал, потом перешел к ситуации с появлением записок историка в гардеробе цирка.

А откуда они узнали, что историк для тебя что-то ищет? - прервал его «сын».

Не знаю, - покачал головой Владимир Павлович. - Мне в какой-то момент показа­лось, что меня слушают из квартиры напротив.

Сергей встал, проследил за взглядом отца, подошел к занавеске и осторожно выглянул наружу.

Оттуда?

Палыч кивнул. «Сын» что-то пометил в блокноте.

А зачем тебе Руслан Скосырев? - он сел опять на стул и почесал висок. - Какое он отношение к этому всему имеет? Наследник?

У него должна быть тетрадка от Станислава Петровича с какими-то записями, - без­заботно сказал Платонов и вдруг посмотрел на «сына».

Тому, похоже, пришла в голову та же идея.

Надо ехать спасать парня, - сказал он, поднимаясь.