Дело о девушке с календаря - Эрл Стенли Гарднер

– С разрешения суда, у меня еще два свидетеля. Думаю, послеэтого я смогу закончить.

– Продолжайте, – ответил судья. – Вызывайте вашихсвидетелей.

– Вызывается Джаспер Хорн.

Высокий, костлявый, медлительный человек вышел вперед,поднял большую мозолистую руку и поклялся «говорить правду, только правду,ничего, кроме правды».

– Ваше имя Джаспер Хорн? – начал Дру.

– Да, сэр.

– Чем вы занимаетесь, мистер Хорн?

– Я десятник.

– Вы знакомы с обвиняемым Джорджем Анслеем?

– Да, сэр, знаком.

– Вы работаете по его подряду?

– Да. Я десятник на строительстве школы, которое он ведет взападной части города.

– Я прошу вас вспомнить утро прошлого понедельника: была лиу вас какая-либо беседа с Джорджем Анслеем?

– Конечно, я много раз разговаривал с ним. Он приехал настроительство, и мы осматривали работы.

– И все было спокойно, вам никто не мешал… Нет, я снимаюсвой вопрос и задам другой. Не было ли жалоб на то, что строительство ведетсяне точно по документации?

– Были, и не раз.

– Скажите, беседуя с мистером Анслеем утром прошлогопонедельника, вы обсуждали какое-то определенное дело, связанное синспекторами?

– Да, сэр.

– Какое именно?

– Ну, некоторые из стальных несущих конструкций стены легличуть в сторону от положения, намеченного в проекте. Расстояние между ихцентрами не совсем соответствовало документации, одна или две конструкции ушличуть вбок.

– Инспектор уже говорил с вами по этому поводу?

– Да.

– И что он сказал?

– Он сказал, что или я должен проложить конструкцииправильно, или вся стена будет разрушена.

– Вы спорили с ним?

– Можно сказать, спорил.

– А затем, позднее, вы поставили Анслея в известность обэтом?

– Конечно, я все рассказал ему.

– И тогда же вы дали Анслею какой-то совет?

– Да, сэр.

– Какой?

– Я сказал, что если он хочет, чтобы все эти неприятностикончились, то ему надо повидаться с мистером Меридитом Борденом.

– И что Анслей вам ответил?

– Он сказал, что скорее возьмет пистолет и выстрелит Борденупрямо в сердце, чем подчинится подобному типу и будет платить ему отступные.Еще он сказал, что если Борден действительно ставит нам палки в колеса, чтобывымогать деньги, то на этот раз ему не повезло. Он сказал, что таких людей малопросто убивать.

В зале суда раздался слабый гул.

– Свидетель в вашем распоряжении, – сказал Дру Мейсону.

Адвокат выпрямился на стуле.

– Эта беседа состоялась в понедельник? – спросил он.

– Да, сэр.

– А раньше были у вас споры с инспекторами по поводудефектов конструкции?

– Я бы сказал… Ни на какую другую тему мы и неразговаривали, если хотите знать.

– Инспектора были настроены придирчиво?

– Мистер Мейсон, – с яростью воскликнул свидетель, –инспектора нас просто душили. Они толпой ходили по строительству, придирались кмалейшим деталям, до каких только могли докопаться, забрасывали настребованиями, заставляли ломать конструкции и заново их ставить. Они все времянаходились на строительстве, выматывая нам всю душу, не давая шагу ступить,буквально доводили нас до сумасшествия.

– И так продолжалось до понедельника прошлой недели?

– Точно.

– Включая понедельник?

– Включая понедельник.

– А теперь обратимся к утру вторника. В тот день выразговаривали с инспекторами?

– Одну минутку, – вмешался Дру. – Этот вопрос не имеетотношения к делу и не входит в цели перекрестного допроса. Я ничего неспрашивал у свидетеля по поводу утра вторника.

– Полагаю, что имею право допрашивать свидетеля по поводувсех его бесед с инспекторами, – возразил Мейсон. – В конце концов, то, что онпоказывает, является его умозаключением. Он говорит, что придирки инспекторовбыли несправедливыми. Следовательно, я имею право выяснить фактическиеотношения между этим человеком и инспекторами, а также что он имеет в виду,когда говорит, что они придирались без оснований или что они были несговорчивы.Должен быть какой-то стандарт нормальных отношений, от которого он отталкивается.

– Думаю, что вопрос правомерен, – заметил судья. –Свидетель, отвечайте.

– Во вторник утром, – продолжал Хорн, – все было совсемпо-другому. Инспектор на работе подошел ко мне и сказал, что, по его данным,отклонения опорных конструкций в стене не выходят за пределы нормы. Он давнонаблюдает за нашей работой и знает, что мы строим добросовестно. Поэтомусчитает себя вправе с настоящего момента предоставить нас самим себе, чтобы мымогли спокойно закончить строительство.

– Это было во вторник утром? – переспросил Мейсон.

– Да, сэр.

– Спасибо, у меня все.

– Вы свободны, – сказал свидетелю судья.

– Я вызываю Франка Ферни, – объявил Дру.

Как и другие свидетели, Ферни принес присягу и приготовилсяк допросу.

– При жизни Меридита Бордена вы работали у него?

– Да, сэр.

– В каком качестве?

– Ну, нечто вроде главного помощника. Я делал все, что былонужно в данный момент.

– Вы делали и секретарскую работу?

– Да.

– И ходили по поручениям?

– Да. Я делал все, о чем Борден меня просил. Например, когдау него собиралась компания, я следил, чтобы стаканы были полны, чтобы гости нескучали. Короче говоря, делал все, что нужно была сделать.

– Вспомните утро прошлого понедельника. Это не был ваш выходнойдень?

– Нет, сэр. Определенных выходных у меня не было. Янаходился около мистера Бордена почти все время, а если мне нужно было уйти, топросто говорил ему, что ухожу.

– А как было вечером в понедельник?

– Я сказал ему, что вернусь поздно, так как хочу провестивесь вечер со своей девушкой.