Укороченный удар - Харлан Кобен

— Говорят, ты вчера встречался с Павлом Менанси.

— И что?

— Ты не доволен подготовкой Дуэйна?

— Вполне доволен.

Хобман чуть заметно кивнул. Тема закрыта.

Из подтрибунных помещений вышли Дуэйн и его сегодняшний оппонент, Жак Потилин, финалист Открытого чемпионата Франции. Ричвуд в своем амплуа — совершенно расслаблен и спокоен. Широкая улыбка и кивок — привет тренеру и агенту.

Погода для тенниса почти идеальная: солнце уже вышло, но по арене Луиса Армстронга дул свежий ветерок, разгоняющий влажную духоту.

Болитар огляделся по сторонам. В соседней ложе сидела пышногрудая блондинка в белом обтягивающем топе. Сегодня, мальчики и девочки, мы будем учить слово «ложбинка»! Расположившиеся неподалеку мужчины глаз с нее не сводили. Все, кроме Майрона: он слишком мудрый для подобных глупостей. Вдруг блондинка обернулась, перехватила его взгляд и — о чудо! — застенчиво улыбнувшись, помахала холеной ручкой. Пришлось помахать в ответ. Никаких шагов Майрон предпринимать не собирался, но черт побери!..

Откуда ни возьмись, на соседнем сиденье возник Уин.

— Представляешь, она мне улыбается!

— Мечтать невредно!

— Женщины считают меня неотразимым, — похвастался Локвуд. — Увидят и сразу хотят. С этим проклятием приходится мириться каждый день.

— Прошу тебя, — взмолился Майрон, — я только что поел!

— Зависть — ужасное чувство.

— Так осчастливь ее, жеребец эдакий!

Уин бросил взгляд на очаровательную соседку:

— Не мой тип.

— С каких пор роскошные блондинки не твой тип?

— Грудь слишком большая. У меня новая теория относительно размера груди.

— Какая еще теория?

— Чем больше грудь, тем хуже секс.

— Что?

— Сам подумай: избалованные природой женщины — я имею в виду особ с огромными буферами — имеют обыкновение лениться, целиком полагаясь на свои… хм, авуары. Старание у них не всегда на должном уровне. А ты как считаешь?

Спортивный агент покачал головой.

— Я не согласен, больше склонен доверять давно сложившемуся мнению.

— Какому еще?

— Ты грязная свинья.

Улыбнувшись, финансовый консультант откинулся на спинку стула.

— Как прошла встреча с миссис Йеллер?

— Она что-то скрывает.

— Хм, интрига усложняется… Есть только один способ заткнуть рот матери погибшего ребенка.

— Какой же?

— Деньги, много денег.

Подобная мысль приходила и Майрону.

— В настоящее время Диана Йеллер — владелица дома в Черри-Хилл.

Уин тут же ухватился за новую информацию:

— Одинокая вдова из трущоб Филадельфии перебралась в респектабельный пригород? Ради всего святого, объясни: на какие средства?

— Думаешь, ее подкупили?

— А у тебя есть другое объяснение? Она всю жизнь не вылезала из трущоб, а под старость лет превратилась в мисс Милый домик с садиком?

— Возможен иной вариант.

— Какой?

— Мужчина.

Локвуд презрительно хмыкнул.

— Сорокадвухлетней женщине из негритянского гетто жирного папика не найти! Такое просто нереально!

Майрон молчал.

— А теперь, — вдохновенно продолжал финансовый консультант, — прибавь к этому уравнению Кеннета и Хелен ван Слайк, безутешных родителей еще одного погибшего ребенка.

— А что с ними?

— Я навел кое-какие справки: стабильного источника дохода и у них не просматривается. Семья Кеннета разорилась еще до его брака с Хелен, а что касается самой мадам, ее сбережения сгорели в бездарных деловых потугах молодого мужа.

— Хочешь сказать, ван Слайки на мели?

— Именно, — кивнул Уин. — Так что объясни, милый друг, на что они содержат Брентман-холл?

— Должны быть другие варианты, — покачал головой Майрон.

— Почему?

— В то, что одну мать подкупили убийцы ее ребенка, еще могу поверить, но чтобы сразу обеих!

— Должен отметить, у тебя довольно наивные представления о человеческой натуре!

— А у тебя слишком мрачные.

— Именно поэтому в аналогичных вопросах я зачастую оказываюсь прав.

— А как с этим связано «Тру-Про»?

— В смысле?

— Сетку наняли сразу после убийства. Ради чего?

— Братья Эйк прекрасно тебя знают. Наверное, боялись, что расследование начнешь.

— Почему? Какой им интерес?

Локвуд на секунду задумался.

— Раньше Валери работала с «Тру-Про», верно?

— Шесть лет назад, в ту пору агентство Эйкам еще не принадлежало.

— Тогда, вероятно, ты перепутал указатели.

— То есть?

— Вдруг связи с убийством вообще нет? «Тру-Про» ведь хотят заарканить Эдди Крейна?

Болитар кивнул.

— Тренер Эдди, этот мутный Павел, тесно связан с агентством Эйка. А если братьям кажется, что ты посягнул на их территорию?

— Такое им вряд ли по душе, — кивнул спортивный агент.

— Вот именно.

Вполне возможный вариант: Майрон примерил его, немного походил, но ощущения были какими-то странными.

— Да, еще кое-что… — произнес Уин.

— В чем дело?

— Аарон в городе.

У Болитара мороз прошел по коже.

— Зачем?

— Не знаю.

— Наверное, простое совпадение.

— Наверное. Друзья притихли.

Откинувшись на спинку сиденья, Уин сложил пальцы домиком. Начался матч. Игру Дуэйна без всякого преувеличения можно было назвать впечатляющей. Первый сет он выиграл легко: 6:2, во втором немного расслабился, однако вовремя спохватился, завершив его со счетом 7:5. После этого Жак Потилин сломался окончательно, и в третьем Дуэйн его просто разгромил: 6:1.

Еще одна убедительная победа.

Игроки уже покидали корт, когда поднялся Генри Хобман, по-прежнему с непроницаемым лицом.

— Гораздо лучше, — процедил он, — но до идеала далеко.

— Ну, Генри, от твоей похвалы даже неловко становится.

По ступенькам к Майрону скатился Нед Тануэлл. Расталкивая зрителей, он работал руками, как пловец на стометровке вольным стилем. Следом спешили другие представители фирмы «Найк».