Реквием для меццо - Кэрола Данн

Мюриэл, понурившая голову, словно провинившееся дитя, почти бросилась навстречу Дэйзи.

— Слава богу, вы вернулись, — пробормотала она. — Я уже почти забыла, как страшно… Матушка, отец, достопочтенная госпожа Дэйзи Дэлримпл и старший инспектор Флетчер из Скотленд-Ярда.

Дэйзи и не предполагала, что Мюриэл знает ее титул. Она никогда не упоминала его в разговоре, но, похоже, сейчас это того стоило — преподобный Уэстли шагнул вперед, потирая руки и кивая:

— Весьма польщен, мисс Дэлримпл. Я рад, что моя дочь завела хотя бы одно достойное знакомство в Лондоне. — Алек удостоился холодного кивка.

Позади мужа семенила миссис Уэстли. Не удивительно, что Дэйзи поначалу ее вовсе не заметила. Та же Мюриэл, только на два-три десятка лет невзрачней и затюканней.

После того как были произнесены все приличествующие случаю выражения, преподобный Уэстли обратился к Алеку:

— Надеюсь, вы скажете мне, инспектор, когда будет позволено устроить похороны, раз моя дочь не имеет об этом понятия?

Дэйзи открыла было рот, чтобы подсказать, как правильно называется должность Алека, когда тот поспешно ответил:

— Завтра утром, сэр. Полагаю, сразу после дознания останки покойной будет разрешено предать земле, но не могу заранее знать, какое решение примет коронер.

— Тогда я договорюсь, чтобы службу провели в среду утром. — Викарий вновь повернулся к Дэйзи: — Мисс Дэлримпл, вы-то уж точно знаете, как называется ваш приход. Мюриэл не удосужилась позаботиться и о небесном благополучии Элизабет, не говоря уже о земном…

— Старший инспектор! — почти в отчаянии воскликнула Мюриэл, к несказанному облегчению Дэйзи, которая не помнила ни названия прихода, ни имени священника. — Я знаю, вы хотите поговорить со мной и с Роджером. Он поднялся к себе отдохнуть, но я к вашим услугам. Можно побеседовать в столовой, если вы не против.

— Да, конечно. — Если Алек и удивился, что главная подозреваемая чуть ли не умоляет, чтобы ее допросили, то виду не подал. — Констебль Пайпер не приходил, пока меня не было?

— Приходил, несколько минут назад. Спустился на кухню. Я позвоню Берил, чтобы позвала его сюда. — Мюриэл нажала кнопку звонка. — Дэйзи, вы ведь пойдете со мной?

— Если ты не можешь без сопровождающих, — сказал ее отец, — я готов пойти с тобой.

На лице Мюриэл отразился ужас.

— Пусть лучше пойдет мисс Дэлримпл, — вмешался Алек, за что был удостоен полных благодарности взглядов от Дэйзи и Мюриэл. — Она знакома со многими из тех, кто замешан в деле.

— Не могу сказать, что вы меня убедили, — сухо произнес викарий. Прежде чем он успел настоять на своем праве сопровождать дочь, Мюриэл поспешила к выходу, чуть не налетев на Алека, который шел за Дэйзи. Они сели за стол, а Пайпер незаметно пристроился в углу с блокнотом и карандашом.

— Итак, мисс Уэстли, вы подтверждаете, что миссис Абернати пила напиток из штофа в антракте?

— О да. Когда я зашла к ней в дамскую гримерную, она первым делом попросила бокал ратафии.

— И выпила его?

— Не залпом, как тот, что… потом, а пила маленькими глоточками до конца антракта.

— Ценное наблюдение.

Не удивительно, что Алек доволен, подумала Дэйзи. Иначе ему пришлось бы найти всех до единого опоздавших зрителей. Мюриэл, сама того не понимая, сузила круг подозреваемых до тех, кто в антракте заходил в гримуборную солистов.

— Перед тем как вернуться в хоровую, — продолжала Мюриэл, — я вновь наполнила бокал и поручила одному из капельдинеров поставить его под стул на сцене. Отец говорит, я должна была понять, что с напитком что-то не так. Но разве я могла? — Она с мольбой подняла глаза на Алека.

— Не могли, мисс Уэстли, если только не вы положили туда цианид.

— Я сказала ему, что не могла. — Мюриэл, похоже, больше беспокоили упреки отца, нежели подозрения Алека. — И вид, и запах — все было как обычно. Мне даже в голову не приходило, что кто-то подмешает в бокал яд.

— И все же кто-то подмешал. Почему вы сказали, что у миссис Абернати не было врагов?

— Враги — это как-то очень страшно…

— Как по-вашему, Эрик Кокрейн сильно расстроился, когда она пригрозила рассказать его жене о мисс Блейз?

— Пригрозила? Нет, она просто сказала, что несправедливо оставлять его жену в неведении, но ей некогда ее просвещать, «Реквием» нужно репетировать.

Алек усмехнулся:

— Ясно. Однако ни Кокрейн, ни мисс Блейз не заявили в ответ, что об интрижке Беттины с Говером должны узнать мистер Абернати и миссис Говер.

— Те и так знали. От Роджера Бетси своих увлечений не скрывала, только от родителей. — Мюриэл бросила нервный взгляд на дверь столовой. — А о слабости Говера к певицам-иностранкам все знают.

— Миссис Говер знает, — подтвердил Алек. — А о миссис Абернати она знала?

— Да, и даже просила Бетси оставить Гилберта в покое. Бетси рассказала, та всерьез занервничала, потому что, в отличие от иностранных певиц, любовница-англичанка никуда не уедет через несколько месяцев.

Подобное и предполагал Алек. Бросив на Дэйзи торжествующий взгляд, он спросил:

— И миссис Абернати послушалась?

— Нет, заявила, что не перестанет с ним видеться. Боюсь, она даже находила это забавным, ведь к тому времени они уже не были любовниками. Я уговаривала ее положить конец треволнениям миссис Говер, но… Бетси бывала довольно упряма, а самой мне не хотелось говорить с миссис Говер на эту тему.

— Известно ли вам, почему миссис Абернати продолжала видеться с Говером?

Мюриэл неохотно рассказала о Ковент-Гарден. Алек спросил ее еще об угрозах Консуэлы Делакоста и о ненависти Марченко, и Бетси, становясь все грустнее, подтвердила и то, и другое.

— И после этого ваши родители считают вашу сестру ангелом, — скептически подытожил Алек.

— Они никогда не приезжали в город и никого здесь не знают. И узнать о том, какая она на самом деле, могли бы только от меня. Но зачем лишать их иллюзий? — В голосе Мюриэл послышалась тоска. — Любить меня больше они бы не стали. Может, и вовсе не поверили бы, а если бы поверили, то их бы это попросту сломило.

Дэйзи фыркнула. Вряд ли деспотичную самоуверенность преподобного Уэстли способно что-то сломить — ее не поколебала даже смерть любимой дочери. Что же до миссис Уэстли, то, живя с таким мужем, она давно превратилась в жалкое безвольное существо. То же самое ожидало и Мюриэл, хотя, может, теперь, когда нет Беттины, Яков Левич ее спасет. Он, похоже, не из тех, кого легко запугать.

Словно прочитав мысли Дэйзи, Алек спросил:

— Как ваши родители отнеслись к присутствию здесь мистера Левича?

— Плохо, — кивнула Мюриэл. — Отец посмотрел на него свысока, будто мистер Левич… таракан какой-то, и ужасным голосом спросил, не еврей ли он. Роджер, добрая душа, очень твердо ответил, что мистер Левич — его друг, а я — что и мой тоже. Яша же, мистер Левич, сказал, что ему пора идти. Я просила его остаться, но он отказался. Когда я провожала его, он объяснил, что не хочет огорчать моих родителей еще больше, им и так сейчас тяжело. А я сказала, что он не должен огорчать меня, ведь мне тоже тяжело, и заставила пообещать, что он придет на обед!