Ищейки - Питер Ловси

Джули кивнула.

— В таком случае, мы должны найти мотивы. Зачем красть марку и возвращать ее обратно? Еще вчера мы думали, что он потребует выкупа.

Кайт Халлиуэлл заметил:

— Марка была только пешкой в более масштабной игре.

— Ты связываешь ее с убийством? — спросила Джули.

— Разумеется. Игроки часто жертвуют пешкой, чтобы добиться выгодной позиции.

— Какой позиции? — спросил Даймонд.

— Такой, что Моцион отправится в полицию и его будут допрашивать несколько часов. А яхта останется без присмотра. Вполне хватит времени, чтобы убить Тауэрса и скрыться.

— Вот только мы не знаем, как он попал в запертую каюту и что там делал Тауэрс.

— Тайна запертой комнаты, — пробормотал кто-то из команды Уигфула. — Разве не странно, что «Ищейки» обсуждали эту тему, а потом мы сами получили точно такую же загадку?

— Точнее, две загадки, — вмешался Даймонд. Настроение у него стало более позитивным. — Украденная марка и убийство на яхте. Возможно, Кайт прав, и марка была только тактическим маневром в большой игре. Надо быть начеку. Поскольку все началось с марки, давайте обсудим сначала ее. Майло Моцион не может объяснить, как «Черный пенни» попал в его книгу, — кстати, это был «Человек-призрак» Джона Диксона Карра, если это имя что-то говорит кучке наших оболтусов, не читающих ничего, кроме «Сан». Он хранил ее на полке в своей каюте вместе с другими книгами. В последнюю неделю к нему никто не приходил. Вечером, отправившись на встречу «Ищеек», он снял книгу с полки и с тех пор не выпускал ее из виду. Это он заявляет абсолютно твердо. Что нам остается? Очевидно, когда он взял роман с полки, марка уже была там. Мы с Джоном осмотрели яхту. Она не очень велика. Около шестидесяти пяти футов в длину. Моцион говорит, что всегда запирается изнутри, когда сидит дома, и закрывает замок снаружи, если куда-нибудь уходит. Каюта — практически идеальная «запертая комната». Никаких тебе люков и только крошечные окна, в которые невозможно влезть. Есть две двери — спереди и сзади. Одна все время закрыта изнутри. На ней мощные засовы внизу и наверху. Мы их видели. Вторая заперта снаружи тяжелым амбарным замком, от которого имеется только один ключ — в кармане мистера Моциона.

Кайт Халлиуэлл предположил:

— А вор не мог вывинтить крепежные детали?

— Ты имеешь в виду скобку и задвижку? — спросил Даймонд. — Хорошая мысль. Нам она тоже пришла в голову. Винты заржавели, и нет никаких следов, что их кто-то недавно трогал. Ни одной царапины.

— А петли? — попытал счастья кто-то другой.

— Снаружи они недоступны, и на них тоже никаких следов.

Халлиуэлл пробормотал:

— У замка может быть второй ключ, что бы там ни говорил мистер Моцион.

— Мы проверили у экспертов. Это невозможно. Производитель замков подчеркивает, что каждый из них абсолютно уникален. Ключей действительно было два, но второй Моцион уронил в воду год назад. Трудно поверить, что в это время мимо случайно проходил какой-то бандит, который выудил из воды ключ и потом использовал его, чтобы попасть в каюту.

Но Халлиуэлл не собирался сдаваться:

— Тогда он мог где-нибудь оставить ключ, а преступник снял с него отпечаток и сделал дубликат.

— Мог, — согласился Даймонд. — Но не оставил. Моцион настаивает, что ключ всегда лежал в кармане его брюк.

— Мало ли на чем он настаивает. Мы точно можем ему верить?

— Думаю, да.

— Должно же быть какое-то объяснение.

— Возможно, вам будет интересно, что говорит по этому поводу Джон Диксон Карр. — Даймонд сунул руку в пиджак и эффектным жестом достал карманное издание «Человека-призрака». — Глава семнадцать называется «Лекция о запертой комнате» — именно ее Майло Моцион собирался читать «Ищейкам». В этой главе среди прочего автор замечает, что решение тайны запертой комнаты всегда разочаровывает.

— Все выглядит просто, когда это объяснишь, — пробормотал Уигфул.

— Что?

— Цитата из рассказа о Шерлоке Холмсе.

— Это Джон Диксон Карр, а не Конан Дойл, — наставительно заметил Даймонд. — Так вот, в своей лекции автор рассказывает о большинстве приемов, которые используют писатели в жанре «запертой комнаты». Я не стану утомлять вас перечислением всего, что там написано. Он отбрасывает тайные ходы, передвижные панели и тому подобные фокусы как не заслуживающие внимания. Немногим больше ему нравятся убийства, совершенные преступником без проникновения в комнату: например, с помощью газов, механических устройств и тому подобных штучек. То же самое относится к самоубийствам, после которых оружие извлекается через дымоход на конце резиновой подвязки.

Подвязка с оружием вызвала смешки.

— Как вариант, его вытаскивают через окно. Далее следуют ледяные пули, которые после убийства тают, не оставляя никаких следов. Также упомянем змей, маскировки, имитации и трюки со временем. Самый интересный для нас раздел — манипуляции с дверными замками. Диксон Карр делит их на три категории. Во-первых, убийца может прибегнуть к металлу или бечевке, чтобы повернуть торчащий в замке ключ с другой стороны двери. Но это не наш случай. Во-вторых, как тут уже говорилось, он может снять дверь с петель: опять же, в данном случае этого не произошло. В третьих, он отодвигает в сторону засов, применив ту же бечевку или металл. Мы помним, что одна из наших дверей была заперта изнутри на засов. Однако засовы теперь не настолько примитивны, как в 1935-м, когда Диксон Карр писал эту книгу. На яхте стоит врезной замок, металлические штыри уходят глубоко в косяк и при этом невидимы снаружи. Попробуйте отпереть такую штуковину с помощью бечевки, железного крючка или еще каких-нибудь приспособлений. Если убийца не Майло Моцион — а я уже объяснил, почему это не так, — значит, он каким-то образом открыл навесной замок.

— Но это невозможно, — вмешался Уигфул. — Это сложное устройство с одним-единственным ключом, который всегда находился у мистера Моциона.

— Вы уверены, что, когда вы поднялись на яхту с мистером Моционом, замок был заперт? — спросила Джули Харгривз.

Уигфул кивнул:

— Я внимательно за ним следил. И все время светил ему фонариком. Я видел, как он вытащил ключ и вставил его в замочную скважину. Когда он повернул ключ, послышался щелчок, и железная скоба отскочила вверх. У меня нет ни малейших сомнений, что он действительно открыл замок.

— А как насчет времени убийства? — спросил Фред Бейкер, один из ветеранов в отделе Даймонда.

— Ты знаешь, как в таких случаях выражаются патологоанатомы, — ответил Даймонд. — Врач сказал — цитирую его слова, — что «внешние симптомы предположительно указывают на наступление смерти в течение четырех часов до обнаружения тела». А мы и так знаем, что за четыре часа до этого бедняга еще был жив.

— Причина смерти?

— Не спеши, Фрэд. У нас еще нет заключения судмедэкспертов. Ясно, что его стукнули по голове чем-то тяжелым, но если я сейчас скажу, что он умер от повреждения мозга, потом окажется, что он подавился рыбной косточкой.