Ничто не вечно - Сидни Шелдон

Главный врач окружной больницы «Эмбаркадеро» Сеймур Вильсон был измучен непосильной работой. Так много пациентов, но так мало врачей, медсестер и часов в сутках. Он чувствовал себя капитаном тонущего корабля, который мечется по судну, отчаянно пытаясь заткнуть все пробоины.

В данный момент тревоги доктора Вильсона были связаны с Хони Тафт. Если некоторым докторам она, похоже, очень нравилась, то надежные ординаторы и медсестры докладывали, что доктор Тафт совершенно не справляется со своей работой.

В конце концов доктор Вильсон решил поговорить с Беном Уоллисом.

– Я хочу избавиться от одного из докторов, – заявил он Уоллису. – Ординаторы, с которыми она вместе совершает обходы, докладывают, что она совершенно некомпетентна.

Уоллис помнил Хони. Ведь именно у нее были самые высокие оценки и блестящие рекомендации.

– Ничего не понимаю, – ответил он Вильсону. – Должно быть, здесь какая-то ошибка. – Он задумался на секунду. – Знаешь, что мы сделаем, Сеймур. Кто в твоем штате самый придирчивый врач?

– Тед Аллисон.

– Очень хорошо. Завтра утром пошли Хони Тафт на обход с доктором Аллисоном. И если он доложит тебе, что она некомпетентна, я от нее избавлюсь.

– Вполне справедливо. Спасибо, Бен.

* * *

За обедом Хони сообщила Пейдж, что на следующее утро она назначена на обход с доктором Аллисоном.

– Я его знаю. У него отвратительная репутация, – поделилась своими соображениями Пейдж.

– И я это слышала, – задумчиво произнесла Хони.

А в этот самый момент в другом крыле больницы Сеймур Вильсон разговаривал с Тедом Аллисоном. Аллисон был ветераном, отработавшим в медицине двадцать пять лет. В свое время он служил военным врачом на флоте и до сих пор сохранил армейские замашки.

Сеймур Вильсон давал ему указания:

– Я хочу, чтобы вы внимательно следили за доктором Тафт. Если выяснится ее некомпетентность, она будет уволена. Ясно?

– Ясно.

Подобное задание было по душе Аллисону. Как и Сеймур Вильсон, он презирал некомпетентных врачей. А кроме того, доктор Аллисон был твердо убежден, что, если уж женщины идут в медицину, они должны работать только медсестрами. Если это вполне устраивало Флоренс Найтингейл, то должно устраивать и остальных женщин.

* * *

На следующее утро в шесть часов ординаторы собрались в коридоре в ожидании начала обхода. Группа состояла из доктора Аллисона, его главного помощника Тома Бенсона и пяти ординаторов, включая Хони Тафт.

Наблюдая за Хони, доктор Аллисон подумал: «Отлично, сестренка, сейчас мы выясним, на что ты способна». Он повернулся к ординаторам.

– Приступим.

Первым пациентом в палате номер один оказалась молоденькая девушка. Она лежала на кровати, укрытая теплыми одеялами, и спала.

– Очень хорошо, – начал доктор Аллисон, – а теперь все посмотрите ее медицинскую карту.

Ординаторы принялись изучать медицинскую карту больной, а доктор Аллисон обратился к Хони:

– У пациентки лихорадка, озноб, общее недомогание и отсутствие аппетита. Температура, кашель и пневмония. Каков будет ваш диагноз, доктор Тафт?

Хони молчала, нахмурившись.

– Итак?

– Ну-у, – задумчиво начала Хони, – я бы сказала, что у нее, возможно, пситтакоз…, попуганная болезнь.

Доктор Аллисон удивленно посмотрел на нее.

– Почему…, почему вы так решили?