Гремучая смесь с колокольчиком - Татьяна Луганцева

– Приветствую, – обвела она окружающих пронизывающим взглядом.

– Здрасьте… – сглотнул Борис Владимирович, тоже явно не узнавший ее. – Ого! Так вы прямо женщина-вамп. Прямо очень даже…

– Я не по этой части, – сразу же оборвала его полет мысли Алевтина Игоревна.

– Вы выглядите очень представительно, – отметила Тая.

– Спасибо. Главное, чтобы я внушала доверие и была величава… – Выражалась Алевтина Игоревна как-то странно.

– Величава – это да! – икнул Чирков. – Звезда во лбу, то есть на груди! – намекнул он на большой сверкающий кулон. – Ого! Так и грудь вижу… – Майор смотрел явно не туда, куда надо.

Тае даже стало стыдно за него.

– Боря! – одернул друга Алексей. – Хватит прикладываться к бутылке!

– Я воссоздаю все в мельчайших подробностях! Когда мы приезжали туда первый раз, я был пьян, как обезьян…

– Нам не обязательно воссоздавать тот момент, когда вы приезжали, – строго сказала Алевтина Игоревна. – Нам надо воссоздать ситуацию тридцатишестилетней давности. А тогда интересующий нас мужчина вряд ли был настолько пьян…

– А вот это не известно! Вот с этим бы я очень поспорил! – накренился к ней Борис Владимирович, хотя Алевтина Игоревна села от него максимально далеко. – Выкапывать женщину из земли – это вам не прогулка по грибочки-ягодки. Сто пудов был выпивши! Поэтому я создам вам нужный фон.

– Его не переубедить, – ответил Алексей и предложил Алевтине Игоревне фрукты и сыр.

Она отказалась и покосилась на майора.

– А он и не важен.

– Чего это я не важен? – обиделся Чирков.

– Самый важный здесь он, – указала Алевтина Игоревна на Алексея. – Потому что речь идет о его матери. Впрочем, вам, майор, я тоже могу помочь.

– Записать к наркологу? – усмехнулся Алексей.

– Погадать на руке, – ответила Алевтина Игоревна.

Борис Владимирович оживился.

– Легко! – сказал он заплетающимся языком и кинулся к Алевтине Игоревне, вытирая о брюки сальные ладони. – А вы еще и гадалка? А сколько вам лет? Если вы не намного старше меня, так это ничего.

Алексей рассмеялся.

– Вы женаты? – спросила Алевтина Игоревна.

– Разведен! – с пылом ответил Борис Владимирович, пожирая ее глазами.

– И ни одной юбки не пропускаете? – прищурилась Алевтина Игоревна.

– Почему юбки? – обиделся Чирков. – И брюки тоже! В смысле, сейчас многие женщины ходят в брюках! И чем брюки более в облипку, тем интереснее идти за такой дамой сзади и наблюдать за ней.

– Вижу, жизнь у вас бурная, – заявила Алевтина Игоревна.

– Этого не отнять! Все было! – самодовольно улыбнулся Борис Владимирович.

– И жена была, но не подходила она вам, – продолжила Алевтина Игоревна.

– Точно! Вот видишь, Леха? Я же тебе об этом и говорил! Вот умные люди сразу это видят. А ты: кобель, кобель!

– И потаскались вы уже по женщинам, а теперь хотите иметь одну, родную, чтобы ждала вас с работы в кружевном халатике и с кастрюлей борща, – монотонным голосом продолжила Алевтина Игоревна.

Борис прислушался к ней и нахмурился.

– Да… – уже не так уверенно произнес он.

Алевтина Игоревна строго посмотрела на Алексея, пытаясь заручиться его поддержкой, но тот только руками развел, всем своим видом говоря, что здесь он ни при делах. А уж он-то Чиркова знал хорошо. Но Алевтину Игоревну это не остановило.

– И вижу я по вашей линии жизни, – продолжила она, – что подошли вы к определенной черте, что пора вам остановиться. Потому что на горизонте появилась женщина, которой вы очень понравились, женщина вашей судьбы. Не упустите свой шанс, такое совпадение в жизни бывает крайне редко.

– Какая женщина? Где?! – оторопел Борис Владимирович.

– А вот позолоти ручку, – хлопнула его по ладони Алевтина Игоревна, и как по мановению волшебной палочки на широкой, потной ладони майора осталась маленькая картонка.

– Что это? – спросил Борис Владимирович и начал читать, отчего-то по слогам: – Алла Геннадьевна Бельская, заведующая терапевтическим отделением. Что за хрень?

Леша рассмеялся.

– Так вы что, меня разводите? – догадался Борис Владимирович. – Это что, визитка той фифы, что гоняла нас из ординаторской по всему отделению? Ужас! Я даже протрезвел! – Он повернулся к бару. – Она что, и правда спрашивала про меня? Я ей понравился?

– Нет, она сказала, что все мужики – сво… а вы главная из них, – ответила Алевтина Игоревна. – Но я бы на вашем месте все равно ей позвонила и пригласила в ресторан.

– Еще чего?! Я что, самоубийца? – Майор даже в лице изменился и опрокинул очередную рюмку. – Очень надо!

Алевтина Игоревна только головой покачала.

В лимузине тихо играла музыка, по потолку бегали огоньки светомузыки. Тая наелась и, находясь рядом с Алексеем, испытывала какое-то животное чувство счастья.

– Вы вон ему лучше погадайте! – сказал Борис Владимирович, глазами показывая на Алексея.

– Не вижу необходимости здесь что-либо говорить, – поджала губы Алевтина Игоревна.

– А чего так? Баб у него было больше, чем у меня! Чего мне-то эту мегеру подсовываете? Думаете, что если человек выпил, так он не соображает ничего?

– А что тут говорить? Ваш друг не упустил свою женщину…

– Какую чушь вы несете! То есть его женщина – мягкая, покладистая блондинка, а моя – та стерва?! За что мне это?

– У каждого свой крест, – прищурилась Алевтина Игоревна.

Лимузин плавно остановился.

– Приехали, – объявил водитель.

– Отлично! Вы нас ожидайте, – сказал Алексей.

– Как оговорено, конечно, буду ожидать. – Водитель посмотрел по сторонам, и на его лице было написано: с большей радостью я возил бы молодоженов или шумные компании по ночным клубам, чем стоять в одиночестве у кладбища.

На этот раз они вошли на кладбище через центральный вход. Их встретил Степан и провел к себе в сторожку. Выглядел он мрачнее тучи.

– Я не знаю, к чему все это. Я рассказал, что знал.

– Нам важно, чтобы вы вспомнили внешность этого мужика, – пояснил Алексей.

– Тридцать шесть лет прошло! Это невозможно! Чего я вспомню? Зря вы ко мне пристаете, – ныл Степан, – я ничего такого не сделал!

– Ага! Кроме того, что продали зарытый труп. Это еще какое преступление! – постращал его Борис Владимирович.

– За давностью лет я уже не буду отвечать за это! – ответил ему Степан. – Не давите на меня! Я же согласился помочь.

– Фотография у тебя с собой? – обратился Алексей к Таисии.