Черный, как смоль - Салла Симукка

Но ее руки пусты. Она одна.

Девушка была вынуждена рассказать Сампсе, что больше не может быть с ним. Он и вправду ей очень нравился, и с ним было по-настоящему хорошо. Она даже по-своему любила его. Но этот парень никогда не мог проникнуть в глубину ее мыслей и окружающих ее лесных теней. Сампса не мог их видеть – ведь у него-то их не было.

И Огоньку Белоснежка была вынуждена сказать, что не может к нему вернуться. Она любила его, всем сердцем и душой, а он видел ее всю целиком. Но он смог сделать ей так больно, что Белоснежка больше не могла снова подвергнуть себя такой опасности.

Но самая главная причина того, что девушка не смогла принять ни Сампсу, ни Огонька, заключалась в другом. Она не могла доверять никому из них до конца. Белоснежка считала, что любой из них мог быть Тенью. Эти мысли были у нее недолго в Сяркянниеми, но все же она подозревала обоих своих поклонников, и после этого у нее остался неприятный осадок. Это говорило о том, что полного доверия ни к одному из молодых людей у нее нет. А как можно быть с человеком, которому не доверяешь, которого хотя бы чуть-чуть подозревала в способности совершить подобные зло и жестокость? Как можно после этого смотреть такому человеку в глаза? С тем, о ком возникают такие мысли, отношения не построишь.

Слезы продолжали течь, и Белоснежка дала им волю.

У этих слез было так много причин…

Она оплакивала умершую сестру, по которой не могла скорбеть много лет.

Оплакивала свою семью, в которой никогда не будет теплых, доверительных и близких отношений, какие бывают в других семьях.

Оплакивала те счастье и любовь, от которых была вынуждена отказаться.

Оплакивала надежду когда-нибудь перестать быть одинокой.

Звездное небо казалось таким близким… Мерцающий свет далеких солнц приносил утешение. Вселенная огромна, а Белоснежка – лишь частичка мироздания. Внезапно ей стало лучше, и слезы перестали течь у нее из глаз. В этой Вселенной все рано или поздно станут одинокими – и в то же время никто не будет одинок. Все вернется к своим истокам. И Белоснежка всегда будет сильной и слабой одновременно, как кристаллы и камни, как волны и камыши, трава и опавшие листья, жар солнечного ядра и холод космоса…

Она многослойна, ее прошлое разветвляется на множество направлений, как старая-старая сказка. Ее жизнь начинается задолго до слов «жили-были» и продолжается после «и жили они долго и счастливо до глубокой старости». На самом деле в сказках рассказывается не все. Все сказки повторялись много раз и в разной форме. Никто не жил долго и счастливо до глубокой старости. И никто не жил несчастливо. Все люди во Вселенной и счастливы, и несчастны одновременно.

Таким был мир Белоснежки. В его тьме находилось место пылу и страху, безнадежности и восторгу. Его воздух плотно наполнял легкие девушки. В объятиях звездного неба она становилась более цельной. Становилась свободнее. Белоснежка прижала ладони к заснеженной земле, и ей вдруг захотелось превратиться в снег, стать частью их танца, раствориться в нем, слиться с другими снежинками…

Легкий порыв ночного ветра всколыхнул парк, задвигал черными ветвями деревьев и их тенями на снегу.

Все дышало и пульсировало вокруг Белоснежки, как будто где-то рядом билось одно-единственное, общее для всего в мире сердце. Ее сердце.