Обман - Андерс де ла Мотт

Она по-прежнему не знала, что ей думать. Конечно, весь рассказ дяди Таге прозвучал совершенно неправдоподобно, и если бы она услышала его от кого-то другого, то сразу же отвергла бы все, как полную чепуху.

Но на данный момент эта история – единственное объяснение, имеющееся в ее распоряжении. Она объясняет и фотографию, и фальшивые паспорта, а также отчасти проливает свет на другие вещи, в том числе и на обиду, съедавшую папу изнутри, постепенно превратившую его в другого человека, которого становилось все труднее любить. Она ведь по-настоящему пыталась. Изо всех сил стараясь ему угодить, ища малейших признаков хорошего настроения. Она так этого хотела…

Однако в этом рассказе по-прежнему множество лакун. Согласно дяде Таге в середине 80-х отца отстранили от дел. Но, насколько она могла судить, работать он продолжал, ездил в командировки еще, по крайней мере, десять лет до того, как вернулся из Испании в гробу.

Спрашивать об этом дядю Таге Ребекка не стала, не стала затрагивать детали вокруг обстоятельств папиной смерти и, несмотря на все его попытки надавить на нее, ничего не рассказала о найденном в банковской ячейке револьвере.

И, чем больше она обо всем этом думала, тем больше убеждалась в том, что дядя Таге о нем знал. Что на самом деле прежде всего его интересовал именно револьвер.

Именно поэтому Ребекка решила не задавать больше никаких вопросов – во всяком случае, до того момента, как сможет проверить то, что он рассказал. Не добудет больше информации, чтобы чувствовать себя более уверенно.

Но, возможно, ее нежелание задавать еще вопросы основывалось на страхе получить ответы. Или же на том, что ее голова и так уже распухла от других, значительно более важных проблем. Таких, как, например, вся эта история с арестом Хенке, а также грядущий приезд Марка Блэка, до которого оставалось всего четыре дня.

К тому же Ребекку все еще занимал вопрос с тем фургоном, что следил за ними тогда. В ее ячейку для почты только что пришел ответ из автодорожного ведомства. Это автомобиль, находящийся в аренде и зарегистрированный на недавно созданное акционерное общество из западного округа. АО «Основа» – стандартное название, которое используется, когда основатель не зарегистрировал никакого фирменного наименования. Адрес – абонентский ящик, как и у тысяч других компаний. Как бы там ни было, от информации в письме не было большого проку, что не усилило, но и не опровергло ее подозрения.

Во всяком случае, минивэн Ребекка больше не видела, что само по себе некоторое облегчение. Но кое-что начало беспокоить ее всерьез, а именно тремор в руках, особенно в правой. С того раза, как она чуть не уронила на пол бутылку с водой в кафе, у нее уже несколько раз тряслись руки. Видимо, дело в недостатке сна – так, во всяком случае, утверждает ее врач. Или же это побочный эффект новых таблеток.

Организму нужна пара недель, чтобы перестроиться, Ребекка, наберись терпения…

Микке или кому-то еще она ничего не сказала. Конечно, дозу ей прописали небольшую, но все же прием антидепрессантов – отнюдь не повод для гордости.

Ребекка вернулась обратно по коридору в свой офис, по пути пройдя мимо двери Микке. Та была закрыта, через стекло она могла видеть его спину. Как и во все прочие дни, он встал рано утром. И был на работе задолго до того, как она встала с постели.

Они слишком мало видятся, она прекрасно это осознает, но на этот раз это не только ее вина. Она согласилась работать в «Сентри» в попытке хоть немного загладить свою вину за историю с Тоббе Лундом. Чтобы они могли проводить больше времени вместе…

Так или иначе, намерения у нее были самые добрые…

А на самом деле она бы предпочла, чтобы они тогда рассорились. Чтобы он по-всякому называл ее, и каждый из этих эпитетов она полностью заслуживала. Лучше бы он хлопал дверями и не разговаривал с ней неделями, пока она не попросит у него прощения.

И, может быть, даже тогда не простил бы…

Конечно, его манера справляться с ситуацией – гораздо более зрелая. Ошибку совершила она, а он ее простил – и всё, точка! Так гораздо разумнее, чем извергаться в обвинениях и хлопать дверями. Но одновременно с тем так неестественно…

Закрыв за собой дверь офиса, Ребекка включила компьютер. Пока прокручивалось стартовое меню, решила заглянуть в ящик своего стола. Ничего страшного, если она потратит на это пару минут, к тому же компьютер собрался устанавливать какие-то обновления…

Открыв ящик, Ребекка аккуратно достала фотографию. Затем зажгла настольную лампу, отрегулировала направление света и достала из сумочки только что приобретенную лупу. Конечно, у фотографии плоховатое разрешение, и, естественно, прошедшие с тех пор пятьдесят лет вряд ли улучшили качество изображения. Но мужчина посередине в первом ряду, который, в отличие от всех остальных, лишь слегка улыбался одними губами, очень сильно похож на папу.

Она внимательно рассмотрела его под лупой. Тот же острый нос, те же выступающие скулы и темные глаза. Но полной уверенности все же не было. У него довольно низко натянут на лоб берет, поэтому все пропорции лица как будто немного сплющены. К тому же головной убор скрывает его волосы, что еще больше затрудняет узнавание.

Ребекка стала разглядывать других мужчин вокруг бронетранспортера. Всего шестьдесят человек, всем лет по двадцать, одеты в светлую, защитного цвета униформу и береты. Один из мужчин в дальнем ряду тоже показался ей слегка знакомым. Его лицо затеняют стоящие перед ним, поэтому какие-либо детали различить еще сложнее. Но он с большой долей вероятности мог бы быть дядей Таге…

Компьютор издал писк, и Ребекка отложила лупу в сторону, чтобы ввести логин и пароль. Пару секунд погодя она открыла браузер и ввела в окно поиска несколько слов.

«Контрабанда оружия, О.О.Н., Кипр

Более 50 000 результатов поиска…»