Дело о бархатных коготках - Эрл Стенли Гарднер

– Не знаю.

– Нашли какой-нибудь мотив?

– Нет. Они пытались применять к Еве Белтер все классическиемотивы, но ни один не подходил. Они застряли на мертвой точке. Но у них будетмотив, как по заказу, едва они узнают о Бичвунд Инн.

– Ты думаешь, что они узнают?

– Шила в мешке не утаишь.

Делла вдруг посмотрела на Мейсона расширенными глазами:

– Ты думаешь, что его застрелил Гаррисон Бурк?

– Не знаю, Делла. Я стараюсь дозвониться до него, нобезрезультатно. Садись у телефона и попытайся до него дозвониться. Звони каждыедесять минут, пока он не снимет трубку.

– Хорошо.

– Да, и позвони Полу. Он, вероятно, уже у себя в кабинете. Аесли нет, то звони по специальному номеру, ты знаешь. Он добывает для меняочень важные сведения по этому делу.

Делла Стрит была уже снова только секретаршей.

– Слушаюсь, шеф, – сказала она и вышла.

Мейсон снова стал расхаживать по кабинету. Через несколькоминут зазвонил телефон. Он поднял трубку.

– Дрейк, – услышал он голос Деллы, после чего отозвался Пол:

– Это ты, Перри?

– Да. Ты узнал что-нибудь?

– Твой телефон в порядке? Никто не слушает?

– Нет, все нормально. Давай выкладывай!

– Ага, отлично. У меня есть данные об этом револьвере.

– Говори!

– Я думаю, что тебя не интересует, на какой фабрике он был изготовлени где продан? – спросил Дрейк. – Тебе ведь нужно знать, кто его купил?

– А как ты угадал? – съязвил Мейсон.

– Интересующий тебя револьвер купил некий Пит Митчелл,проживающий на Шестьдесят девятой Западной улице, тринадцать – двадцать два.

– Хорошая работа, Пол. А что с делом Локка?

– Я не получил еще рапорта с юга. Знаю только, что Локк изДжорджии, но потом его след путается. Наверное, там он носил другую фамилию.

– Отлично – очевидно, там он что-то натворил. А что еще? Тыне узнал о нем ничего компрометирующего?

– Нет, но я узнал кое-что об этой девушке из отеля«Уалрайт». Ее зовут Эстер Линтен. Она живет в номере девятьсот сорок шесть,оплата ежемесячная, и платит она аккуратно.

– Ты не узнал случайно, чем она занимается?

– Скорее «кем». Кажется, она готова заняться каждым, ктоподвернется. Но серьезных компрометирующих данных на нее у меня пока нет. Даймне немного времени и разреши поспать. Человек не может быть одновременноповсюду и работать без сна.

– Ничего, привыкнешь понемногу, – усмехнулся Мейсон. –Особенно если будешь и дальше заниматься этим делом. Подожди у себя, черезминуту я снова позвоню.

– Подожду, куда я от тебя скроюсь! – вздохнул Дрейк иповесил трубку.

Мейсон вышел в первую комнату.

– Делла, ты помнишь ту политическую бурю несколько летназад? У нас еще была папка.

– Да, есть папка с надписью: «Политические». Я так никогда ине могла понять, зачем ты ее держишь.

– Из-за связей, – объяснил Мейсон. – Там должен быть списокКлуба сторонников Гаррисона Бурка периода предвыборной кампании в Конгресс.Найди его побыстрее.

Делла подбежала к стальному шкафу и выдвинула несколькоящиков, полных папок с делами. Мейсон присел на край стола и смотрел на еепоиски. Только глаза говорили о непрекращающейся работе ума: он лихорадочноанализировал дюжину возможных решений сложного положения.

Делла подошла к нему со списком.

– Отлично, – похвалил он.

На правой стороне бланка были перечислены члены – основателиКлуба сторонников Бурка – длинная колонка, свыше ста фамилий, напечатанныхмелким шрифтом. Мейсон прищурил глаза, читая фамилии. Пятнадцатым в списке былП.Дж. Митчелл, Шестьдесят девятая Западная улица, тринадцать – двадцать два.

Мейсон быстрым движением сложил список и спрятал в карман.

– Соедини меня еще раз с Полом, – попросил он.

– Слушай, Пол, – сказал он в трубку, когда Делла выполнилаего просьбу. – Ты должен мне кое-что устроить.

– Опять?

– Да ты еще и не брался за работу по-настоящему!

– Я слушаю тебя, Перри, – обреченно ответил Дрейк.

Мейсон начал говорить медленно:

– Садись в машину и поезжай на Шестьдесят девятую улицу.Вытащи из постели этого Пита Митчелла. Только ты должен это сделать вперчатках, чтобы не завалить меня и себя при случае. Воспользуйся старымномером с тупым детективом, который слишком много говорит. Не спрашивайМитчелла ни о чем, пока сам ему обо всем не расскажешь, ясно? Скажи, что тыдетектив и что Джордж Белтер был застрелен вечером в своем доме из револьвера,якобы купленного когда-то Митчеллом. Делай вид человека, убежденного в том, чтоу Митчелла все еще имеется это оружие и произошла какая-то ошибка, что тытолько ради формальности интересуешься, что он делал около полуночи или немногопозже. Спроси его, есть ли у него револьвер, а если нет, то что он с нимсделал. И не забудь, что ты должен сам все рассказать, прежде чем начнешьзадавать вопросы.

– Одним словом, делать вид, что являюсь полным дураком?

– Да, ты должен притвориться полным дураком, а потом всеполностью забыть.

– Я понял, понял, – ответил Дрейк. – Я должен сделать этотак, чтобы быть полностью прикрытым.

– Сделай это так, как я тебе сказал, – повторил Мейсонусталым голосом. – Точно так, как я тебе сказал.

Он положил трубку на рычаг. При звуке открываемой двериподнял глаза. В комнату вошла Делла Стрит. Лицо у нее было белое, глаза широкораскрыты. Закрыв за собой дверь, она подошла близко к столу.

– Там ждет какой-то мужчина. Говорит, что знает тебя. Егозовут Сидней Драмм, он из управления полиции.

Дверь открылась, и за спиной Деллы появилось ухмыляющеесялицо Сиднея Драмма. Его поблекшие глаза казались совершенно лишенными жизни. Онбольше, чем когда-либо, походил на бухгалтера, который минуту назад слез сосвоего высокого стула, чтобы найти какие-то кассовые квитанции.

– Извини за вторжение, Перри, но я хотел с тобой поговоритьдо того, как ты выдумаешь какую-нибудь гладкую историю.

Мейсон усмехнулся:

– Я уже успел привыкнуть к плохим манерам полицейских.

– О, извини, – возмутился Драмм. – Я не совсем полицейский,я всего лишь сыскной агент, филер. Мы с полицейскими терпеть друг друга неможем. Я просто бедный, плохо оплачиваемый служащий.