Дело о поющей девушке - Эрл Стенли Гарднер

Мейсон ходил из угла в угол своего кабинета и время отвремени бросал замечания внимательно слушавшей его Делле Стрит.

Секретарша понимала, что адвокат просто думает вслух. Онапрекрасно изучила характер своего шефа и использовала эти знания, чтобыоблегчить и ускорить его мыслительный процесс. Временами она кивала головой,иногда просто внимательно слушала, периодически вставляла вопрос.

Не прерывая движения по кабинету, Мейсон заметил:

– Возможно, это объясняет, почему они не подняли шума насчетревольвера.

– Кто?

– Джордж Анклитас, – ответил Мейсон. – Он постарался свалитьвину на Элен Робб, однако это оказалась не просто кража оружия.

– Следовательно, он знал, что совершено убийство.

– Да.

– Откуда?

– Есть только один ответ: он сам убил ее. Застрелил из этогоревольвера, а потом подложил его в чемодан Элен Робб.

– Значит, миссис Эллис убили до того, как револьвер оказалсясреди вещей Элен?

– Должно быть, так.

Адвокат замолчал на какое-то время. Через несколько минутДелла Стрит решила поинтересоваться:

– Тогда в каком положении оказываемся мы, шеф?

Мейсон резко остановился, щелкнул пальцами и воскликнул:

– Черт побери!

Делла Стрит приподняла брови.

– Вот этот аспект я просто упустил, – признался Мейсон. – Яслишком увлекся, пытаясь разобраться с убийством и как мне лучшим образомзащитить нашу клиентку.

– Но теперь-то вы подумаете над этим аспектом?

– Я уже начал, только мне не очень нравится то, что идет мнев голову.

– Почему?

– Пока револьвер оставался просто предметом, украденным укакого-то лица, у нас имелось полное право вернуть его законному владельцу,например по месту работы, однако если оружие становится важным доказательством…

Мейсон внезапно замолчал и снова начал ходить из угла вугол. По выражению его лица сразу же становилось понятно, что он напряженноразмышляет.

– А разве нашим долгом не является сообщить полиции о всехимеющихся доказательствах? – спросила Делла Стрит.

Мейсон кивнул, а потом добавил:

– Но нашим долгом также является защита интересов нашихклиентов.

– Если доказательства попали к ней после совершенияпреступления…

– А полиция в это поверит, Делла?

– Ну…

Теперь пришел черед Деллы Стрит прерваться на полуслове иначать напряженно размышлять.

– Вот именно, – сказал Мейсон. – Мы оказываемся в крайненеприятной ситуации.

– Я могу взять всю ответственность на себя? – обратиласьДелла Стрит к адвокату. – Ведь фактически именно я отнесла револьвер обратно.

– Ты действовала по моему указанию. Не дури. Я взялся за этодело, и если речь зайдет о какой-то ответственности, я всю ее возьму на себя.Ты поняла?

– Факты говорят сами за себя, – возразила Делла Стрит. – Яподбросила револьвер в «Большой амбар».

– Нет, Делла, ответственность ляжет на мои плечи. Уясни это.Не пытайся впутываться из-за чувства преданности. Черт побери! Проблемазаключается в том… Я не знаю. А если предположим, что она нам наврала?

– Кто?

– Наша клиентка.

– Наврала?

– Нельзя исключать подобный вариант. Она – молодая женщина,которой наверняка неоднократно приходилось быстро соображать, пытаясьвыкрутиться из разных щекотливых ситуаций. Она знает, что почем, и, несомненно,четко уяснила, что сама о себе не побеспокоишься – никто о тебе непобеспокоится. Это правило выживания в том мире, где она вращается.

– Значит, она украла револьвер в «Большом амбаре»,отправилась на яхту, встретилась там с Надин Эллис и застрелила ее, – сделалавывод Делла Стрит. – Потом она заявилась к нам в контору, вручила вам револьвери рассказала сказку о том, как обнаружила его у себя в чемодане.

– Вот именно, – подтвердил Мейсон.

– А все это время миссис Эллис, вернее, уже ее труп лежал наяхте?

– Тогда каким образом яхта заплыла за остров Каталину? –спросил Мейсон.

Делла Стрит задумалась, а потом решила выяснить у адвоката:

– Яхта стояла у причала в гавани после того, как вы обменялиревольверы?

– Должно быть, Делла, – улыбнулся Мейсон, – и этот фактнанесет жестокий удар ниже пояса как окружному прокурору Гамильтону Бергеру,так и лейтенанту Артуру Трэггу. Этот факт, Делла, снимает вину с нашейклиентки, точно так же, как и с нас.

– О каком ударе ниже пояса ты говоришь? – уточнила ДеллаСтрит.

– Представители окружной прокуратуры обнаружили револьверсреди вещей нашей клиентки. Они определенно считают, что это орудие убийства,уже готовят материалы для представления в суд, отослали пули, послужившиепричиной смерти, в отдел баллистики. И тут они вдруг узнают, что эти пуливыпущены совсем из другого револьвера.

– В таком случае из какого револьвера они выпущены на самомделе?

Мейсон потер подбородок кончиками пальцев.

– Хотелось бы мне знать ответ на этот вопрос, – призналсяон. – Представляется маловероятным, что они вылетели из того револьвера, что мывернули в «Большой амбар»… но если вдруг окажется, что из него… Да, Делла,тогда мы попадем в очень неприятную ситуацию.

– Что нам придется сделать?

– Черт побери, не представляю. Если я не пророню ни слова,то, скорее всего, окажусь виновным в сокрытии улик, не исключено, чтосоучастником после события преступления в деле об убийстве – если пользоватьсяюридической терминологией.

– А если вы отправитесь в полицию и все им откроете?

– Если я расскажу полиции все, как было на самом деле, онимне не поверят. Они решат, что я разработал хитрую систему, чтобы запутатьправоохранительные органы и сбить их со следа. И в любом случае я оказываюсь внеприятном положении, потому что, обратясь в полицию, я предам интересы своейклиентки.

– Кодекс чести заставляет вас сохранять конфиденциальнымивсе факты, связанные с ее делом?