Смертельное фрикасе. Убийство по лионскому рецепту - Ванесса Рубио-Барро

А ее внучатая племянница со своим мужем? Такими ли уж честными и признательными они были на самом деле? Или же они решительно перешли к насильственным действиям, чтобы ускорить свое вступление в права наследства? Почему Аделина не заявила о пропаже блокнота? Не успела из-за нехватки времени? Выборочная забывчивость под предлогом горя? Или же это происки тех, кто вел расследование? А отставной почтальон? Был ли он и в самом деле так уж благодушен и готов помочь? Мог ли он не знать, что в блокноте содержатся драгоценные сведения, вызывавшие зависть у всего края? Не был ли Роже Галюжак сообщником дочери и зятя? Тем, кто сообщал им о тайных местах Адель, где можно добыть растения, недоступные для большинства смертных? Тем, кто предоставил им логистическую поддержку, когда пришло время перейти к действиям?

Не было ли убийство Адель давно задуманным? И разве ее смерть не совпала с началом создания будущей фармацевтической компании Николя Мариво? Зачем аптекарь звонил Штейнеру? Может, они были партнерами в создании торговой марки продуктов, вдохновленных оккультными знаниями Адель? Отваров, мазей и прочих снадобий фирмы, изготовленных по ее чудодейственным рецептам? Может, они хотели почерпнуть из ее кулинарной практики секрет молодости?

А малышка Манон Бюрла со своей большой глоткой и хлесткой идеологией?

А Лоран Рибурд со своим жалким видом неудачника и взглядом побитой собаки?

А нелегал Адама Туре со своим тяжелым молчанием и отведенным взглядом?

Поскольку все были знакомы между собой и встречались время от времени, то, может, они и подстрекали друг друга к наихудшему, по причинам, которые могла бы понять и объяснить только жертва? А предполагаемое сокровище, которое Адель спрятала в лесу? Существовало ли оно в действительности или было всего лишь еще одной легендой среди прочих в краю, где их и без того так много? А все эти знаки и символы, разбросанные тут и там? К чему можно их привязать? И как их расшифровать?

А бойкая Жозиана Дюрасен, всегда готовая оказать услугу и втереться в доверие к людям? Может, она выбалтывала (осознанно или по недомыслию) что-нибудь лишнее? Ведь она знала все или почти все о каждой семье на своем почтовом участке, так не раскрыла ли она из-за своей несдержанности что-нибудь такое, что спровоцировало злоумышленника?

А Ватсоны, такие благовоспитанные, такие образованные, так хорошо прижившиеся здесь? Не заставили ли они в конце концов заплатить пожилую женщину за ее непреклонный отказ в ответ на предложение выкупить прилегающий к их земле участок? Можно ли полностью доверять англичанке, которая собрала более двух тысяч детективных романов и не читает ничего другого? Как знать, не засунут ли вожделенный блокнот где-нибудь между томами «мельничной» библиотеки?

Но неужели можно всерьез воображать все это?

Подъезжая к Сарла, Лора и Пако окончательно выдохлись и были словно пьяные — одновременно удивляясь и смущаясь, веселясь и стыдясь, что заподозрили всех этих людей, принимавших их с улыбкой и совершенно доверчиво, и которые все вместе вдруг оказались персонажами зловещего маленького театра, хотя на первый взгляд их ни в чем нельзя было упрекнуть.

Лора молчала, успокаивая дыхание, словно чтобы поскорее избавиться от этих черных мыслей, роившихся в ее голове. Дорога по-прежнему петляла, но уже чувствовалась близость города, жилища становились все плотнее. Пако был задумчив, блуждал темным взглядом по верху приборной доски и казался озабоченным.

— А тебе не больно? — в конце концов спросил он тихо.

— Ты о чем?

— Об этом клеще у тебя под коленом!

— Да нет там никакого клеща!

— Только не говори мне, что…

— …Ну да, выдумала! Сама не знаю, что на меня нашло… Надо было срочно найти что-то правдоподобное.

— А если бы он предложил тебе его вынуть?

— Ни малейшего риска! Не мог же он потребовать, чтобы я сняла штаны прямо в аптеке, — сказала Лора, корчась от смеха. — Представляешь: я в одних трусиках среди его отваров!

Полузакрыв глаза, вцепившись руками в руль, Пако издал короткий смущенный смешок и внезапно прибавил газа, выходя из виража.