Рыжая легкого поведения - Анна Дубчак

Плотно прикрыв дверь спальни, Наталия села на кровать, взяла в руки телефон и набрала номер, комбинация цифр которого всегда вызывала в ней дрожь и трепет: она звонила Валентину.

– Это я. У меня все изменилось – я уезжаю. Через полтора часа поезд. Ты еще можешь успеть собраться и даже взять два билета до Москвы. Желательно в СВ. Какое счастье, что у тебя отпуск… – И положила трубку.

«Это эгоизм чистой воды, – думала она уже в такси, которое мчало ее на вокзал, – а что, если он неважно себя чувствует или у него другие планы? В конце концов, он совершенно свободный человек. Напрасно я так сделала, надо было все же дождаться его ответа».

Наталия ехала налегке: небольшая дорожная сумка, несессер, в которой уместилось все, вплоть до пистолета и даже фена для волос.

Она так надеялась встретить возле касс Валентина, что даже немного растерялась, когда поняла, что его нигде нет. Она встала в очередь и уже через полчаса держала в руках два билета, но не в СВ, как хотела, а в купе, к тому же верхние полки.

Когда подошел поезд, она долго не садилась в него, все еще надеясь на чудо, на то, что вот-вот в толпе появится высокий худощавый мужчина с совершенно седой головой во всем черном. Но он так и не пришел.

Она прошла в свое купе, села возле окна, прижав к груди сумку, да так и задремала…

А проснулась оттого, что ее кто-то тронул за плечо.

– Ваш билет, – склонилась к ней пожилая полная проводница и уселась рядом на диван.

– Пожалуйста, – проговорила Наталия и протянула ей билет.

Две женщины-соседки не сводили с нее глаз. Оно и понятно: в джинсовом костюме и высоких льняных светлых ботинках на шнуровке она выглядела несколько вызывающе. Хотя скорее вызывающими можно было назвать их наряды: блестящие нейлоновые спортивные костюмы с красными, желтыми и зелеными лампасами, которые отвратительно сидели и лишь подчеркивали дефекты их фигур. Обе женщины были, очевидно, «челночницами», торговками, зарабатывающими себе на жизнь бесконечными поездками в Москву или Турцию за товаром и сколачивающими себе капитал на разнице цен там и в провинции.

Несмотря на то что поезд всего несколько минут как отъехал от вокзала, на столике уже стояла закуска, а по купе распространялся запах копченого сала и свежих огурцов.

«Буду спать до самой Москвы», – решила для себя Наталия после ухода проводницы, прямо в костюме забралась на верхнюю полку, оставив ботинки внизу, закрыла глаза и отдалась во власть движения поезда. Она всем телом чувствовала его пульсацию и вздрагивала лишь на поворотах, когда ей казалось, что машинист уснул (ведь за окном уже стемнело) и поезд сейчас сорвется в пропасть…

Между тем внизу вовсю шло веселье: «челночницы» пили водку, громко обсуждали политику правительства и несколько раз «проехались» по эпатажным ботинкам Наталии, которые сильно мешали одной из них, и она то и дело пинала их ногой. Наталия, наблюдая все это сверху и злясь на толстую тетку, едва сдерживала себя, чтобы не достать пистолет и хотя бы не припугнуть этих зарвавшихся «хозяек жизни». Кроме того, стадный инстинкт, присущий всему живому, вызвал в ней аппетит. Но спускаться вниз, чтобы выложить перед этими бабищами свои скромные бутерброды, не было ни малейшего желания. И вот когда она размышляла о том, а не съесть ли эти несчастные бутерброды прямо здесь, наверху, в дверь купе постучали. Одна из женщин рванула ручку так, что дверь, открывшись, откатилась в сторону и с грохотом ударилась о косяк: в купе вошел мужчина.

– Добрый вечер. – Он был красив и импозантен, как Аль Пачино. Женщины предложили ему выпить. Но он, не обращая на них ни малейшего внимания, разложил металлическую лесенку, ведущую наверх, и заглянул в лицо лежащей с закрытыми глазами Наталии.

– Вы арестованы, – сказал он нежно и тронул ее за плечо. Она открыла глаза и, не веря тому, что увидела, снова закрыла их и застонала.

Внизу все притихли и стали ждать продолжения спектакля. Но все произошло за считанные минуты, которые потребовались для того, чтобы Наталия, быстро спустившись, зашнуровала свои ботинки и, подхватив сумку, скрылась вместе с мужчиной за дверью.

В тамбуре Валентин поцеловал ее.

– Извини, я опоздал. Но какой длинный поезд?! Я так долго тебя искал по всем купе… Мне казалось, что его длина как раз и составляет расстояние…

– …между вокзалом и Москвой, так?

– Так. Ужасно рад тебя видеть. Пойдем, ты же заказывала СВ…

Ужинать решили в купе. Валентин достал из большой дорожной сумки бутылку джина, шампанское и закуску.

– Мне прямо не верится, что мы наконец вдвоем. До тебя невозможно дозвониться… Постоянно берет трубку какой-то ребенок, который говорит, что тебя нет. Кто это?

– Это Соня, моя домработница. Хорошая девушка, отлично готовит и страшная чистюля. А меня действительно трудно застать дома, я постоянно в разъездах…

– И как продвигается расследование?

– Если тебе интересно, то расскажу, а заодно и посоветуюсь…