Между нами горы - Нора Робертс

— Коварный вопрос. Я не стану на него отвечать. Лучше предприму отвлекающий маневр.

— Я не буду заниматься с тобой любовью, когда кастрюля на плите, а Джордан наверху.

— Это была не моя идея, но мне она нравится. Я собирался отвлечь тебя сообщением, что в понедельник придут рабочие и начнут на кухне ремонт.

— Правда? — Как и рассчитывал Флинн, Мэлори тут же обо всем забыла. — Правда? — повторила она и прыгнула в его объятия. — Как здорово! Просто замечательно!

— Я подумал, что это поможет решить… наше дело. Ты переедешь ко мне?

Мэлори поцеловала его в губы.

— Спроси меня еще раз, когда отремонтируешь кухню.

— Какая ты упрямая, Мэл!

После целого дня физического труда Дане больше всего хотелось принять горячую ванну, а потом погрузиться в принесенные из библиотеки книги. Надо думать о том, как искать ключ! Но ее обуяла боязнь неудачи…

Признаваться в этом даже себе самой было унизительно, и Дана принялась мечтать о доме, который она когда-нибудь купит. Большой дом в уединенном месте. Библиотека там будет размером с ангар для небольшого самолета. И джакузи там тоже будет! А пока этот радостный день не наступил, придется довольствоваться своей квартирой. В конечном счете, в ней достаточно комнат. Ванная ведь тоже комната.

Дана подумала, что, если уж так хочется полежать в джакузи, можно пойти в спортзал, и тут же отогнала эту вздорную мысль. Она ненавидела спортивные залы. Там всегда полно людей. Все потные. И все норовят забраться в джакузи одновременно с ней.

Уж лучше подождать, пока у нее появится собственный дом и свое джакузи.

Дана приказала себе заняться делом и в первую очередь принялась за «Отелло». Разумеется, у нее дома был свой экземпляр. Полное собрание сочинений Шекспира. Но сегодня ей нужна была другая книга. Требовался своего рода свежий взгляд.

Она перелистала трагедию и нашла то, что искала:

Пусть Бог

Вас охранит от ревности; она —

Чудовище с зелеными глазами,

С насмешкой ядовитою над тем,

Кто пищею ей служит… [15]

Дана стала размышлять. Яго двигали ревность и тщеславие. Он поселил в душе Отелло чудовище с зелеными глазами, а затем наблюдал, как это чудовище пожирало соперника.

Кейном тоже двигали ревность и тщеславие. Он тоже смотрел, как пожирает жертву порожденное им чудовище.

Из этого можно сделать вывод, что именно делает человека — или бога — бездушным.

Она углубилась в работу, но тут послышался стук в дверь.

— Ну кто там еще?

Недовольно ворча, Дана пошла открывать. При виде стоящего на пороге Джордана недовольство перешло в раздражение.

— Хорошо бы эти визиты не превратились в привычку.

— У меня есть предложение. Давай прокатимся.

В ответ Дана попыталась захлопнуть дверь, но Хоук ждал этого — он заблаговременно уперся ладонью в косяк.

— Если хочешь, я сформулирую свое предложение по-другому. Я собираюсь в Ворриорз-Пик. Поедешь со мной?

— Что тебе там нужно? Ты не имеешь отношения к нашему договору.

— Как сказать. У меня есть кое-какие вопросы. Честно говоря, я решил, что после обеда должен покинуть дом Флинна. Голубкам нужно поворковать. — Он небрежно прислонился к косяку, но в то же время крепко держал дверь. — Автоматически выехал из города и оказался на дороге в горы. Сначала подумал, что не буду останавливаться — нанесу визит Ровене и Питту и поговорю с ними. Потом сказал себе, что ты очень расстроишься, если я не поставлю тебя в известность, и повернул обратно в город. Заехал за тобой.

— Наверное, хочешь заработать очки.

Губы Джордана дрогнули.

— Если ты ведешь счет.

— Не понимаю, какие у тебя к ним могут быть вопросы!

— Давай посмотрим на это под другим углом. Я еду — с тобой или без тебя. — Он выпрямился и опустил руку, перестав удерживать дверь. — Но если ты ко мне присоединишься, я пущу тебя за руль.

— Нашел чем соблазнять!

— Моей машины.

Перед глазами Даны тут же встал «Тандерберд» — такой красивый и мощный.

— Это нечестно!

Хоук достал из кармана ключи и позвенел ими.

Внутренняя борьба заняла у Даны не больше трех секунд. Потом она выхватила ключи из руки Джордана.

— Только куртку надену.

Недостатков у Джордана Хоука хватало, но в машинах он разбирался. «Тандерберд» поднимался по горной дороге, словно снежный барс, — гибкий, грациозный, мускулистый. Льнул к крутым поворотам и с ревом несся на прямых участках дороги.

Одни считали «Тандерберд» средством передвижения, другие — престижной игрушкой. Дана видела в нем машину . Первоклассную машину.

Ощущение от того, что она управляет такой машиной, было сродни сексуальному наслаждению. Дана получила возможность изменять ситуацию так же плавно, как переключать скорости. Может быть, поездка в Ворриорз-Пик и была идеей Джордана, но «Тандерберд», черт побери, ведет она!

Вечер выдался прохладным, и по мере того, как они поднимались, становилось все холоднее, но верх кабриолета Дана поднимать не стала. Она с радостью жертвовала замерзшими пальцами удовольствию мчаться по горной дороге в открытой машине.

Осень была в самом разгаре, и сейчас в золотистом свете заходящего солнца деревья сверкали сочными, яркими красками. Опавшие листья кружились на дороге, словно играя в салочки с солнечными бликами.

Дана подумала, что все это похоже на путешествие в сказку, где за поворотом может произойти все, что угодно.

— Ну как тебе машина? — поинтересовался Джордан.

— У нее есть свой стиль. И сила.

— То же самое я всегда думал о тебе.

Дана бросила на Хоука возмущенный взгляд и снова сосредоточилась на дороге. Конечно, она испытывает огромное удовольствие, но это не удержит ее от язвительного замечания.

— Не понимаю, зачем тебе такая машина, когда ты живешь в городе, где общественный транспорт гораздо удобнее и эффективнее.

— По двум причинам. Во-первых, для тех случаев, когда я покидаю город, как теперь. А во-вторых, я ее обожаю.

— Ага. — Дана его прекрасно понимала. — Пятьдесят седьмой год — золотое время для «Тандерберда».

— Без вопросов. У меня модель «шестьдесят третий Стингрей».

Глаза Даны заблестели:

— Врешь!

— Четыре скорости, триста двадцать семь лошадей. Впрыск топлива.